Последний странник
Шрифт:
– Я не сделал ничего плохого.
Мэгги взмахнула рукой, и струйка дыма прочертила в воздухе извилистую линию.
– Нет, сделал, Габриель. Мы все совершаем те или иные преступления. Во-первых, скажи мне: тебя ищет полиция?
Габриель вкратце описал смерть матери, нападение каких-то людей на Майкла по пути домой, встречу с мистером Пузырем и то, что случилось на швейной фабрике. Основную часть времени Мэгги слушала молча и только изредка уточняла, как он узнал тот или иной факт.
– Я знала, что Майкл обязательно втравит тебя в какие-нибудь неприятности, – сказала она, когда Габриель закончил рассказ. –
– Возможно, дело совсем не в процентах, – ответил Габриель. – В детстве мы жили с родителями в Южной Дакоте, и отца однажды выследили какие-то люди. Они спалили наш дом, отец исчез, а мы так ничего и не узнали. Мама перед смертью рассказала какую-то странную историю.
Прежде Габриель никому не рассказывал о своей семье, а теперь не мог остановиться. Коротко описав жизнь своей семьи в Южной Дакоте, он пересказал и то, что мама рассказала перед самой смертью. Что касается Мэгги, то основную часть жизни она провела, выслушивая, как ее клиенты повествуют о совершенных ими преступлениях, и научилась скрывать любые признаки недоверия, пока повествование не закончено.
– Это все? Никаких подробностей больше не помнишь?
– Нет, больше ничего.
– Как насчет того, чтобы выпить?
– Пока не хочется.
Мэгги достала бутылку французского коньяка и плеснула немного себе в стакан.
– Я не хочу сказать, что не доверяю словам твоей матери, но опыт подсказывает мне другое объяснение. Как правило, люди попадают в беду из-за секса, гордости или денег. Иногда из-за первого, второго и третьего одновременно. Того гангстера, о котором тебе рассказал Майкл, Винсента Торрелли, убили в Атлантик-Сити. Судя по всему тому, что тебе известно, Майкл одолжил у Торрелли незаконно полученные деньги, а потом решил не отдавать их обратно. Вот и все объяснение.
– Думаешь, с Майклом все в порядке?
– Скорее всего. Если они не хотят потерять вложенные средства, Майкл им понадобится живым.
– Я могу ему чем-то помочь?
– Сам ты практически ничего сделать не можешь, – сказала Мэгги. – Поэтому вопрос в другом. Вопрос в том, хочу ли я заняться твоей проблемой. Денег у тебя, разумеется, нет?
Габриель покачал головой.
– Нравишься ты мне, Габриель. Ты никогда мне не врал, а это дорогого стоит. Почти все свое время я провожу в компании профессиональных лжецов. От них довольно быстро устаешь.
– Мне просто нужен совет, Мэгги. Я не собираюсь втягивать тебя во что-то опасное.
– Жизнь сама по себе штука опасная. Именно это и делает ее интересной. – Она допила остатки коньяка и приняла решение. – Ладно. Я тебе помогу. Во-первых, помогать ближним велит заповедь, а во-вторых, пора проявить свои невостребованные материнские инстинкты.
Мэгги открыла кухонный шкаф и достала пузырек с таблетками.
– А теперь сделай мне приятное. Прими витамины.
22
Когда Виктори-Фром-Син Фрейзер было восемь лет, к ней в Лос-Анджелес приехала двоюродная сестра и впервые рассказала о храбром Арлекине, который пожертвовал
Джозетта страшно рассердилась, когда дочь призналась ей, что встречала в аэропорту Арлекина.
– Тебе должно быть стыдно, – сказала она Вики. – Пророк сказал, что не повиноваться родителям – грех.
– А еще Пророк сказал, что, повинуясь воле Господа, человек имеет право слегка нарушить правила.
– Арлекины не имеют ничего общего с волей Господа, – возразила Джозетта. – Они перерезают человеку горло, а потом сердятся, что он забрызгал им туфли своей кровью.
На другой день после того, как Вики ездила в аэропорт, на их улице появился фургон техпомощи. Чернокожий парень вместе с двумя белыми напарниками залезали на столбы и проверяли линии электропередачи, но Джозетту их усердие не обмануло. Мнимые электрики делали двухчасовые перерывы на обед и, казалось, не закончили бы работу и за год. То один, то другой из них весь день стоял рядом с домом Фрейзеров и наблюдал. Джозетта велела дочери на улицу не высовываться и по телефону никому не звонить. Его преподобие Морганфилд и остальные прихожане надели праздничные одежды и собрались в доме Фрейзеров для молитвы. Они не хотели, чтобы кто-нибудь ворвался в дверь и похитил благочестивую девушку.
Вики попала в неприятности из-за того, что помогла Майе, однако нисколько о том не жалела. Люди редко прислушивались к ее словам, а теперь вся паства только и говорила, что о поступке Вики Фрейзер. Сидя дома, она проводила все свободное время в раздумьях о Майе. Все ли с ней в порядке? Не убил ли ее кто-нибудь?
Через три дня после встречи в аэропорту Вики сидела у окна и смотрела на задний двор, когда увидела, как через их изгородь перепрыгивает Майя. На секунду Вики показалось, что женщина-Арлекин появилась прямо из ее мыслей.
Майя направилась через лужайку, на ходу вытаскивая из кармана плаща автоматический пистолет. Вики распахнула стеклянную раздвижную дверь и помахала рукой.
– Осторожнее, – сказала она. – Там на улице работают какие-то трое. Делают вид, будто они электрики, а мы думаем, их Табула прислала.
– Они заходили в дом?
Майя сняла солнцезащитные очки и прошла из гостиной в кухню. Оружие она спрятала обратно в карман, но правой рукой касалась верхушки металлического футляра с мечом.
– Есть хочешь? – спросила Вики. – Я могу приготовить тебе завтрак.
Арлекин остановилась у раковины и настороженно огляделась по сторонам. Вики тоже осмотрелась и увидела кухню так, будто попала сюда первый раз в жизни. Зеленые кастрюли и сковородки. Пластмассовые настенные часы. Статуэтка хорошенькой девочки у керамического источника. Все казалось таким обычным и надежным.
– Шеперд – предатель, – сказала Майя. – Он работает на Табулу. Ты помогала ему, значит, тоже можешь быть предателем.