Последний срок
Шрифт:
Мейсон не знал о Маккуиллене и об отметинах на спине Джорджа Ирвинга. Босх решил, что еще не пришло время рассказать ему об этом.
– Ладно, Мейсон, что-нибудь еще добавите?
Полицейский покачал головой.
– Вы не станете проводить очную ставку по поводу всего этого с членом муниципального совета?
– Пока нет.
Гарри задумался.
– Пойдете завтра утром на похороны?
– Пока не решил. Так похороны завтра утром?
– Да.
– Пожалуй, пойду. Мы долго дружили и лишь в последнее время разошлись.
– В
– Да что уж там…
Мейсон встал и, понурившись, направился к заднему коридору. Босх смотрел ему вслед, размышляя о капризах человеческих отношений и о работе следователя. Он приехал в голливудское отделение, собираясь обвинить продажного полицейского, перешедшего грань дозволенного, а вместо этого познакомился с очередной жертвой Ирвина Ирвинга.
А во главе списка жертв члена муниципального совета стоял его собственный сын. Мейсону не стоило тревожиться, что он схватится с отцом погибшего товарища. К Ирвину Ирвингу подбирался Босх и первым хотел предъявить обвинения.
25
Утром в четверг на похороны Джорджа Ирвинга пришло много людей. Но Босх не решился бы утверждать, что всех привела сюда скорбь по усопшему, а не стремление укрепить отношения с Ирвингом-старшим. Здесь была политическая элита города и люди из командного состава полицейского управления. Пришел даже соперник Ирвинга на предстоящих выборах, не имеющий ни малейшего шанса на победу. Казалось, в политической борьбе объявлено перемирие, чтобы отдать дань уважения покойному.
Босх стоял поодаль и наблюдал, как процессия, состоящая из сливок общества, направлялась выразить соболезнование Ирвину и другим членам семьи покойного. Гарри впервые увидел Чэда – представителя третьего поколения Ирвингов, очень похожего на мать. Он стоял рядом с ней, опустив голову, и почти не поднимал глаз, когда кто-то пожимал ему руку или сочувственно похлопывал по плечу. Казалось, Чэд раздавлен горем, тогда как мать держалась стойко, не проронила ни слезинки – видимо, напилась лекарств и действовала словно автоматически.
Босх, увлеченный наблюдениями за поведением членов семьи, не заметил, как от группы, где стоял начальник полиции, отделилась Киз Райдер и неслышно, будто убийца, подошла и встала слева от него.
– Гарри!
– Лейтенант Райдер, удивлен, что встретил тебя здесь.
– Приехала с шефом.
– Да, видел. Большая ошибка.
– Почему?
– Я не стал бы в данной ситуации демонстрировать поддержку Ирвину Ирвингу. Вот и все.
– Появилось что-то новое после нашего вчерашнего разговора?
– Пожалуй, да.
Босх вкратце передал ей рассказ Роберта Мейсона, из которого следовало, что Ирвин Ирвинг участвовал в попытке отобрать лицензию у таксомоторной компании «ЧБ» и передать «Риджент». Его действия, вероятно, и спровоцировали события, из-за которых погиб
– Мейсон даст показания?
Гарри пожал плечами:
– Не спрашивал его, но ему известен расклад. Он полицейский и любит свою работу – настолько, что порвал с Джорджем Ирвингом, узнав, что его использовали. Мейсон понимает, что если его попросят дать свидетельские показания и он откажется, его карьера будет окончена. Думаю, он выступит свидетелем. Меня удивляет, что Мейсон не пришел сегодня на похороны. Я-то ожидал, что здесь начнется недурная разборка.
Райдер окинула взглядом толпу. Панихида завершилась, и люди, направляясь к машинам, растекались между могил.
– Здесь не место для разборок. Увидишь его – уведи.
– Похороны кончились. Он не придет.
– Какое твое следующее действие?
– Сегодня большой день. Собираюсь вызвать для разговора Маккуиллена.
– У тебя недостаточно улик, чтобы выдвинуть против него обвинение.
– Может, и так, но я послал бригаду экспертов с напарником в отель. Они сейчас прочесывают там все по второму разу. Если нам удастся найти свидетельства того, что Маккуиллен побывал в номере Джорджа или на пожарной лестнице, дело сделано.
– Вот именно – «если».
– Еще и вероятность того, что форма его часов совпадет со ссадинами на спине жертвы.
Райдер кивнула.
– Что ж, это может сработать. Но как ты сам сказал мне до этого – доказательство не решающее. Наши эксперты заявят, что ссадины совпадают с формой часов. Его – ответят, что ничего подобного.
– Все верно. Слушай, лейтенант, мне надо кое с кем пообщаться. Так что, будь добра, избавь меня от своего общества.
Райдер поглядела на редеющую толпу.
– С кем?
– За мной тайком наблюдает Ирвинг. Наверное, хочет подойти и ждет, когда я останусь один.
– Ладно, ухожу. Удачи, Гарри.
– Не помешала бы. Увидимся, Киз.
– Не пропадай.
– Принято.
Райдер направилась к группе людей, окружающих начальника полиции. И почти сразу, воспользовавшись тем, что рядом с Босхом никого нет, к нему подошел Ирвинг. Гарри не успел даже поздороваться, когда Ирвинг выложил то, что было у него на уме:
– Как ужасно опускать сына в землю, даже не зная, почему его у тебя отняли.
Босх сдержался, решив, что сейчас не время для перепалки с Ирвингом. Предстоит еще многое сделать. Сперва Маккуиллен, а Ирвинг потом.
– Понимаю, – сказал он. – Надеюсь, у меня появятся для вас новости. Через день или два.
– Так не пойдет, детектив: вы меня совершенно не информируете. А то, что я слышал о вас, нисколько не утешает. Кроме смерти моего сына, вы ведете другое расследование.
– Сэр, у меня много незаконченных дел, и работа не завершается только потому, что некий политик потянул за веревочки и на меня навалили еще одно. Вы должны знать одно: я занимаюсь расследованием и до конца недели сообщу вам новости.