Последний синклит
Шрифт:
— И вы выдали коммерческую тайну конкурентам, — наконец понял, что именно происходит, Хеккет. Он посмотрел на Дронго. — Я же вам говорил, что можно купить любого человека. Надо лишь заплатить настоящую цену.
— Покупают шлюху, — невозмутимо ответил Дронго, — порядочные люди не продаются. Что касается мистера Тиллиха, то я думаю, что он и сам уже осознал всю пагубность своего поступка. Именно поэтому мы будем молчать до тех пор, пока не закончится расследование.
А затем мистер Тиллих напишет заявление о своем добровольном уходе. Я думаю, так будет лучше для всех. Вы ведь
— Да, да! — крикнул с отчаянием Тиллих. — Я давно хотел уйти. Если бы не эти преступления… Я сам… Конечно, я уйду, и никто ничего не узнает.
— Вы еще не рассказали про Симуру, — напомнил Хеккет.
— Клянусь, — прижал обе руки к груди Тиллих, — клянусь, что я никогда не встречался с господином Симурой!
— Это мы еще должны проверить, — заметил Хеккет. — Вас ведь видели вместе.
— Нет, — неожиданно вмешался Дронго, — я думаю, что здесь Тиллих, возможно, и говорит правду. Линда приехала в Лондон из Шотландии. Она увидела Тиллиха с двумя азиатами в холле отеля «Дорчестер». Там невероятно большой холл с рестораном. И если они сидели в конце, а Линда стояла у входа, то издали рассмотреть их лица она не могла. Для нее все азиаты издали будут на одно лицо.
Возможно, что один из корейских экспертов и был похож на Симуру. Мы лучше уточним у самого господина Симуры. Что касается вас, Тиллих, то я могу вам обещать только свое молчание. Я не уверен, что Линда захочет утаить факт вашей возможной встречи с Симурой. И если даже она ошибается, вам придется рассказать другим экспертам, с кем именно вы встречались в отеле «Дорчестер».
Дронго отошел от несчастного помощника, сел на стул и устало добавил:
— И учтите, что ее сейчас уже начали допрашивать Квернер и Хашаб. А эта пара только что загнала Арчибальда. Нужно было видеть, в каком состоянии он вышел от них.
— Что мне делать? — спросил Тиллих.
— Говорить только правду, — посоветовал Дронго. — Может быть, сэр Энтони не узнает о вашем предательстве. Хотя лично мне вы отвратительны. Можете идти, у меня уже нет вопросов. — Он взглянул на Хеккета, и тот отвернулся, давая понять, что также не хочет больше общаться с Тиллихом.
Когда за помощником закрылась дверь, Хеккет вздохнул:
— Он очень подходил в качестве главной фигуры обвинения. Вы разрушили такую подходящую версию, Дронго.
— Вам нужна версия или истина? — спросил несколько удивленный Дронго. — Неужели вы считаете возможным подтасовать факты даже в таком запутанном деле?
— Оставьте вашу мораль при себе! — отмахнулся Хеккет. — Я имел в виду совсем другое. Если он виноват, мы могли его чуточку дожать.
— А Кодзи Симура? Сэнсей потребовал бы доказательств, а у вас их нет, кроме утверждения Линды, что она якобы видела Тиллиха, встречавшегося с Симурой. А если у Симуры будет алиби? Если выяснится, что он в этот день был в Японии и его видели несколько чело век? Что тогда? Он же не мог в одно и то же время оказаться в Лондоне и в Токио. Вы представляете, какой будет скандал?
— Как с вами трудно работать, Дронго, — разочарованно пробормотал Хеккет, усаживаясь на стул рядом с ним. — Теперь начинайте вы свой разговор, а я немного послушаю.
В конференц-зал вошла Элиза Холдер. У нее был такой строгий и вместе с тем надменный вид, что даже Хеккет невольно поправил галстук. Дронго вежливо поднялся и показал на стул, только что оставленный Тиллихом.
— Садитесь, пожалуйста.
Она прошла к столу, чуть отставила стул и села, положив перед собой сумочку. Дронго обратил внимание, что сумка от Дживанши.
— Можно курить? — спросила она. Дронго кивнул, и она достала сигареты и спички. Фирменные сигареты и такие же спички от компании «Давыдофф». Именно спички, а не зажигалка. В последнее время подобные мелочи начинали входить в моду. Увидев его взгляд, она словно прочувствовала его вопрос.
— У меня хорошая зарплата, мистер Дронго. Сэр Энтони считает, что толковым сотрудникам следует платить особые премиальные в знак поощрения их сверхурочной работы.
— Вы читаете мои мысли, — улыбнулся Дронго.
— Это обязанность хорошего секретаря. — Она чиркнула спичкой.
— Вы давно работаете у сэра Энтони?
— Да. Около четырех лет.
— Что вы можете о нем рассказать?
Она чуть удивленно посмотрела на Дронго. Когда красивая женщина держит сигарету, в этом есть что-то подсознательно сексуальное. И хотя Дронго не выносил даже запаха дыма, он отметил и ее манеру держать сигарету, и ее умение себя вести.
— Надеюсь, меня позвали не для того, чтобы я рассказывала о своем шефе? — чуть иронично спросила она. Иронии было в меру. Чуть-чуть. И вместе с тем в словах звучала насмешка.
Хеккет удовлетворенно хмыкнул, не считая возможным даже скрывать свое ликование. Ему нравилось, как вела себя эта женщина, и он не собирался этого скрывать. Кроме того, ему вообще нравилось, когда Дронго вольно или невольно оказывался не на должной высоте.
— Нет. — Дронго оставалось только улыбнуться. — Мы позвали вас, чтобы вы рассказали нам о каждом из подозреваемых. В том числе и о своем шефе.
— Говорить только правду, — посоветовал Дронго. — Может быть, сэр Энтони не узнает о вашем предательстве. Хотя лично мне вы отвратительны. Можете идти, у меня уже нет вопросов. — Он взглянул на Хеккета, и тот отвернулся, давая понять, что также не хочет больше общаться с Тиллихом.
Когда за помощником закрылась дверь, Хеккет вздохнул:
— Он очень подходил в качестве главной фигуры обвинения. Вы разрушили такую подходящую версию, Дронго.
— Вам нужна версия или истина? — спросил несколько удивленный Дронго. — Неужели вы считаете возможным подтасовать факты даже в таком запутанном деле?
— Оставьте вашу мораль при себе! — отмахнулся Хеккет. — Я имел в виду совсем другое. Если он виноват, мы могли его чуточку дожать.
— А Кодзи Симура? Сэнсей потребовал бы доказательств, а у вас их нет, кроме утверждения Линды, что она якобы видела Тиллиха, встречавшегося с Симурой. А если у Симуры будет алиби? Если выяснится, что он в этот день был в Японии и его видели несколько человек? Что тогда? Он же не мог в одно и то же время оказаться в Лондоне и в Токио. Вы представляете, какой будет скандал?