Последний резерв
Шрифт:
Зеленая плоская коробочка ему действительно понравилась. Она напоминала дистанционные пульты подрыва столь милых его сердцу мин и фугасов. По душе словно ветерок пробежал, будя приятные воспоминания.
Алешкин спорить не стал. Он поднял руку условленным жестом. Рядом с ними из зеленого кустарника бесшумно материализовался Пересмешник. Следом за ним вынырнул Стрелок. Незримое охранение, казалось, только и ждало беззвучной команды, чтобы присоединиться к товарищам.
Вся группа была в сборе. Пришла пора осваивать лежку. Неизвестно, на сколько времени «Гидра» станет для них новым домом и по совместительству тайным убежищем. Разведчики,
Сапер подцепил полупрозрачную катушку с тросом и выбрал слабину. Переходник-мембрана теперь возвышался над водой. Диковинный поплавок четко обозначал границу, где дно вертикальной стенкой уходило на глубину.
Все выжидательно посмотрели на командира. Что дальше?
Он снял с себя рюкзак и «Штурм» и положил на берег.
— Потом сбросите мне оружие и экипировку. Трех-четырех минут должно хватить, — сказал он Пересмешнику.
Зайдя в воду по щиколотку, Алешкин скомандовал сам себе:
— Первый, пошел!
Он надавил на лепесток ногой. Мембрана с еле слышным чмоканьем раскрылась.
«Ногами вперед — не очень хорошая примета», — мелькнула запоздалая мысль.
Но все обошлось.
Спецназовец настроился на скоростной спуск, как в детстве с крутой горки. Зря. Переход шел с поверхности в жилой модуль под углом в сорок градусов. Помогая себе руками и ногами, разведчик добрался до дна. Вернее, до подводного убежища, прочно покоившегося на дне. Внутри оно было разделено на два отсека: жилой и хозяйственный. В последнем прямо в стене перемигивались индикаторы панели контроля и управления «Гидрой». Ничего сложного. Солдат-первогодок и тот сможет разобраться. Тем более подводный дом не требовал особенного управление. Индикаторы информировали хозяев о том, как идет зарядка аккумуляторных батарей, о температуре внутри и за бортом, содержании кислорода в помещении. Все было в норме. При помощи простого сенсора можно было «расшторить» два иллюминатора в жилом отсеке. Под потолком горели квадратные панели освещения. Они давали тусклый рассеянный синий свет. Все было рассчитано так, чтобы не нарушать светомаскировку.
На поверхности выждали положенное время и переправили командирское оружие и рюкзак в раскрытый зев.
— Кто следующий? Прошу. — Пересмешник сделал приглашающий жест.
Он стоял вполоборота к берегу, не прерывая наблюдения ни на секунду. Всегда начеку, сжатый как смертоносная пружина, готовая в любой момент распрямиться в смертельном броске.
Стрелок и Сапер одновременно шагнули в воду. Одновременно попытались втиснуться в зев переходника. Лепестки послушно разошлись в стороны. «Гидре» было все равно, кого глотать. Стрелок задел тяжелым рюкзаком товарища за плечо. Тот отшатнулся, переступил ногами, стараясь сохранить равновесие. Два лишних шага — и дно закончилось и началась глубина. Без всякого намека на плавный переход. Всего два шага — и Сапер угодил в омут.
Мгновение из воды торчал только ствол винтовки. За нее и вытащили отплевывающегося Сапера — Стрелок в последний момент успел ухватить ствол мертвой хваткой. Он разжал руку лишь тогда, когда любитель водных процедур оказался рядом. Здесь вода доходила до середины щиколоток.
Зев «Гидры» разочарованно закрылся, не дождавшись нового посетителя.
— Козлы, — бесстрастно прокомментировал событие Райх. Палец со спускового крючка «Штурма» он так и не снял. — Всю речку взбаламутили.
Вот это было лишнее. Надо отдать Саперу должное, тонул он молча, не издав
— Какой-то я сегодня деревянный, — сказал подрывник в свое оправдание.
На товарищей он старался не смотреть, брезгливо снимая с себя водоросли, зацепившиеся за широкий ремень и подсумок с запасными магазинами.
— То-то я думаю: «Почему оно не тонет?» А он, оказывается, деревянный, — насмешливо осклабился Пересмешник, не отрывая взгляда от зарослей на берегу.
Вроде все тихо. Неожиданная кутерьма не потревожила прибрежный лес.
Мокрый и злой подрывник сердито зыркнул и открыл рот, чтобы сказать все, что он думает об острословах в частности и тупом армейском юморе в целом. Но Райх его опередил. Не поворачивая к ним головы, он процедил:
— Хватит мне спину взглядом буравить. Дырка будет. Быстро вперед. Оба, раз-два!
На этот раз они без потерь преодолели мембрану. Друг за другом. Последним покинул прибрежную полосу Пересмешник. Перед тем, как шагнуть в раззявленную пасть «Гидры», он оглянулся. На середине реки сильно плеснуло. Хотелось верить, это просто большая рыба, а не что-то плотоядное, привлеченное бултыханием Сапера. Лепестки мембраны, с тихим шелестом наползая друг на друга, закрыли вход над макушкой Райха.
Через пару минут, тихо булькнув, вход исчез с поверхности реки. Повинуясь команде со дна, тамбур-переходник втягивался в подводное убежище. Больше ничто на берегу не напоминало о недавнем присутствии людей. Крепежный костыль и самосматывающуюся катушку с полупрозрачным фалом Пересмешник предусмотрительно забрал с собой. Набежавшая волна, танцуя, ткнулась в берег, размыв след от каблука ботинка, отпечатавшийся в прибрежном иле.
Извиваясь, как гусеницы, они спускались по плавно изгибавшемуся переходу. На первый взгляд, было не развернуться. Разведчики словно вползали в глотку доисторического чудовища. Казалось, эластичные стенки смыкаются вокруг них.
Наконец они коснулись горизонтальной поверхности. Из-за перегородки выглянул командир.
— Заждался я вас. Почему мокрый? — Вопрос относился к Саперу, с которого капало на пол.
— Кругом вода, — обвел рукой отсек минер.
Обстановку разрядил Райх, последним выбравшийся из переходника. Он так и не снял с плеч рюкзак и был с оружием в руках. Стенки имели свойство растягиваться под нужный размер. Мелочь, а приятно.
Оглядываясь вокруг, он громко сообщил:
— Я всегда знал: есть места, где можно спокойно нести службу, но страшно жить.
За ним, громко чмокнув, сложился тамбур перехода. Мембрана надежно загерметизировала вход в подводный дом, отделив людей от воды, неба и суши. «Гидра» затаилась на дне.
— Новый метод маскировки, или ты начал давать побеги? — Алешкин вытащил обрывок водоросли, застрявший у Сапера под плечевой лямкой.
— Розы предпочтительнее с точки зрения почвоведения, — ни к кому не обращаясь, бормотнул подрывник.
Стрелок покачал головой:
— Сколько у тебя было контузий?
Сапер, беззвучно шевеля губами, начал загибать пальцы. Сначала на одной руке, потом на другой. Закончив подсчет, виновато развел руками:
— Точно не помню.
— Вот! А я о чем постоянно толкую? — Стрелок сначала покрутил пальцем у виска. Потом хлопнул напарника по плечу. Брызги разлетелись в разные стороны. Капли, попавшие на стенку из нанонеопрена, тут же впитались без следа. — Не стоит заморачиваться! Не помнишь, ну и ладно! Давайте устраиваться.