Последний Герой. Том 5
Шрифт:
Леший шёл в обход, осторожно переставляя ноги между корней и кочек, когда в тишине леса, словно треснувшая доска, разнёсся крик его нового напарника:
— Где ты, сука?!
Голос прокатился где-то вдалеке, сорвался в глухое эхо и затих.
— Дебил… — процедил Леший, останавливаясь и прислушиваясь. — Ну и дебил. Что ж ты орёшь…
Он чуть склонил голову, прислушался ещё раз. Лес ответил привычной тишиной — редким свистом птицы да шорохом листвы под лёгким ветром.
— Ничего… —
В мыслях уже сложился план. Он знал, что этот способ работает — не первый раз доводилось идти в обход, заходить с фланга, отрезать путь к отступлению. И он был уверен: сейчас всё получится. Не в первый раз убивает, и, как он сам себе сейчас твердил, точно не в последний.
Леший двигался осторожно. И вдруг справа, чуть поодаль, щёлкнуло — сухо, резко, как приглушённый выстрел. Он замер.
— Ага… — едва слышно выдохнул он.
Это мог быть кто угодно — может, его напарник, а может, тот, за кем они охотились. Но что-то подсказывало: это не белобрысый. А этот… Этот хищник. Да, мы его загнали, но он всё равно остаётся хищником. Не зря же Инженер так его опасается.
Щёлкнуло снова — уже ближе, мягче. Леший подался вперёд, смещаясь на звук, и уловил шуршание — будто листья, сдвинутые ногой.
Он шел на звук. Уже почти рядом. Азарт начал захлёстывать. Охотничий азарт, когда кровь идёт по сосудам быстрее, зрачки расширяются, мышцы сжимаются в тугую пружину. Слух, зрение, каждое чувство обострилось до предела.
Вот он, момент — тот самый миг, ради которого он идёт по следу. Убийство. Но не простое, не беззащитной жертвы, а достойного противника, к тому же еще и мента. Не уничтожение, а противостояние. Мысль об этом прошла по спине лёгким током, пробежала приятной дрожью по загривку.
Он сильнее сжал цевьё автомата, ощутив холод металла в ладони. Палец на спусковом крючке лежал, казалось, расслабленно, но на деле был готов сорваться в долю секунды.
Леший двигался бесшумно, как тень. Каждый шаг нужно было делать медленно, но осторожность здесь была важнее скорости. Главное — не спугнуть. Главное — не дать уйти.
Не дать уйти.
Мысль билась в висках, становясь с каждым шагом настойчивее.
И вот в просвете между стволами мелькнула человеческая фигура.
Есть!
Леший стиснул зубы, чтобы не позволить себе даже тени улыбки. Казалось, что малейшее движение губ может выдать его, блеснуть где-то в листве и всё испортить. Он поднял автомат, вскинул его к плечу, наводя мушку.
Человек стоял за деревом, частично прикрытый стволом. Можно было чуть сместиться, взять под углом, чтобы достать наверняка. На нём была синяя джинсовая рубашка, и в просветах сквозь листья это пятно цвета резало глаз. На голове кепка. Да, это он — тот, кто выскочил из «Москвича».
Мент. Яровой.
Внутри всё сжалось от глухой злости.
Из-за тебя, сука, я своими руками прикончил своих людей! Пристрелил,
Леший медленно раздвинул ветки. Нагнулся, пролез на четвереньках чуть вперёд, чувствуя под ладонями влажную траву. Даже дыхание рефлекторно задержал — мозгом понимал, что на таком расстоянии его сопение всё равно не услышат, но инстинкт взял верх.
Он распрямился, скользнул на шаг вперёд. Уже можно было разглядеть, что человек стоит к нему полубоком, привалившись спиной к дереву. Притаился. Кепка сливается с цветом коры. В руках у него — палка, какая-то дубина. Стоит, будто выжидает чего-то, но не двигается. Ха! Палка…
Пойти поглумиться? — на секунду мелькнула мысль. Посмотреть, как он будет отмахиваться палкой…
Нет. Сначала прострелю плечо, чтоб не рванул. А то под шумок метнётся в бурелом — ищи его потом там.
Леший чуть поправил хват, прицелился в плечо… и тут же отверг собственный замысел:
А ну его к чёрту. В голову стрелять буду. Наверняка.
Он перевёл автомат в режим одиночных выстрелов. Левую щёку чуть вжало в приклад, палец плавно потянул спуск. Сердце и дыхание замедлились, весь мир сжался в узкий отрезок между мушкой и намеченной точкой.
Бах!
Выстрел разнёсся в тишине леса оглушительно. Леший ясно увидел, как пуля вошла в висок, как мягко прорезала кость, выкрашивая с противоположной стороны черепа кроваво-костяную крошку. Осколки и брызги ушли в сторону.
И тут в голове холодной змейкой скользнуло: что за хрень?..
Человек не упал. Он медленно повернулся лицом к Лешему. Сердце киллера ухнуло куда-то вниз.
Глава 2
За несколько минут до описываемых событий
Я уже слышал, как за спиной в кустах ломятся мои преследователи. Слышал хруст веток и, казалось, даже их тяжёлое дыхание сквозь собственный гул в висках. Оставалось совсем немного — и они догонят. Нужно было срочно что-то менять, иначе в этой охоте я стану добычей.
Я свернул с тропы, где трава по колено. Несколько раз прошёл туда-сюда по одному и тому же месту, утаптывая и обозначая след. Сентябрьская трава послушно ложилась под подошвами, не топорщась, будто сама мне помогала.
Впереди, на краю небольшой полянки, я заметил раскидистую берёзу. Ствол толстый, с длинными низкими суками — как раз то, что нужно. Довёл свой «след» прямо к ней, чтобы выглядело так, будто я пошёл дальше по прямой, а сам, ухватившись за сучья, начал карабкаться вверх.
Каждое движение отзывалось в колене тупой, вязкой болью. Нога ныла, сустав будто налился свинцом. Кровь уже не сочилась, и это хорошо. Приходилось перебирать руками медленно, прижимаясь к шершавой коре, чтобы не оступиться и не рухнуть вниз. На ладонях уже чувствовались занозы и ссадины, но останавливаться было нельзя.