Последний герцог
Шрифт:
— Да, — Дафна гордо подняла подбородок, — понимаю, одобряю и предложила ему помочь, чем смогу. Хватит издеваться над бедными беззащитными людьми, отец. Если ты не успокоишься, мы положим этому конец.
Трэгмор оторопел от услышанного и погрузился в долгое молчание.
— Хорошо, Торнтон, вы выиграли. Эта дурочка, — он кивнул на дочь, — целиком в вашей власти. Но скажите мне, за каким чертом вы украли мою жену?
— Выбирайте выражения, Трэгмор, в последний раз предупреждаю вас!
— Вы не ответили на мой вопрос. Хорошо, Дафна — твоя
— Торнтон не похищал маму, он просто оказал ей гостеприимство. Разве она не имеет на это права?
— Права?! — зарычал Трэгмор. — С того дня, как ОНА вышла за меня замуж, все ее права принадлежат мне! Я немедленно отправлюсь, чтобы забрать ее из вашего разбойничьего гнезда.
Он сделал шаг в сторону, чтобы обойти Пирса, но Пирс шагнул в ту же сторону и снова оказался у него на пути.
Трэгмор угрюмо уставился на него и прорычал:
— Ваши угрозы не помогут, Торнтон! На этот раз закон на моей стороне. Если вы помешаете мне войти в Макхэм, то я обращусь в полицию.
— Если вы обратитесь в полицию, Трэгмор, то общаться с ней вам придется гораздо дольше, чем вы думаете Дело о банкротстве завертится с такой скоростью, что у вас голова закружится.
— Вы сделаете это в любом случае?
— Может быть, и нет.
Трэгмор впился глазами в лицо Пирса:
— Что вы имеете в виду?
— Я имею в виду одно интересное предложение для вас
— Ну?
— Я предлагаю отправить Холлингсби на хранение бумагу, которую подпишем мы оба. Я со своей стороны обе щаю, что не буду требовать выплаты по распискам…
— А я?
— А вы обязуетесь больше не делать попыток увидеть поговорить или каким-то иным образом досаждать леди Дафне и маркизе.
— Как долго? — До тех пор, пока леди сами не пожелают этого.
— Тор… э-э… Макхэм, я, может быть, и принял бы ваше предложение, но оно нереально. С Дафной все понятно — она ваша жена и поэтому живет у вас, но, черт возьми, неужели вы объявите всему миру, что женились еще и на Элизабет? Господь с вами, Макхэм, вы требуете просто невозможного!
— Почему же?
— Как вы собираетесь объяснить исчезновение моей жены?
— А кому я должен это объяснить?
— Как кому? Ведь мы часто выезжаем в свет. Вы что, хотите, чтобы меня начали подозревать в каннибализме?
— Эту-то проблему как раз легче решить, — вмешалась Дафна. — Скажешь друзьям, что мама пока побудет со мной, чтобы помочь присмотреть за слугами, ну и вообще подготовить меня к роли жены и герцогини. Этого вполне достаточно, чтобы не возбуждать сплетен.
Трэгмор колебался.
— Конечно, решение за вами, — сказал Пирс и повернулся к жене: — Дорогая, помочь тебе собрать вещи?
— Нет, я сама. — Дафна поняла намек Пирса и выскользнула за дверь. Ей было противно смотреть, как торгуется отец, видеть, что для сохранения состояния он готов пожертвовать чем угодно, даже женой.
Она поднялась по лестнице, вошла в комнату и, закрыв дверь, прислонилась к ней спиной. Она долгим печальным
Без всякого сожаления, не оглядываясь назад Дафна решительно покинула свое детство.
— Холлингсби заверит наше согласие, когда оно будет готово, — услышала она голос Пирса, спускаясь по лестнице.
Пирс сразу увидел ее, взял саквояж и, не мешкая, направился к выходу. В дверях он обернулся:
— Я надеюсь не видеть вас, кроме как у Холлингсби в офисе. Ну и, разумеется, на семейном празднестве в Рождество через два месяца. — И язвительно улыбнулся.
Щеки Дафны раскраснелись, она учащенно дышала, когда с Рассетом на руках села в коляску. Ей пришлось изрядно побегать по парку, прежде чем удалось обнаружить Рассета.
— Я уж думал, что он никогда не согласится покинуть свое убежище, — сказал Пирс.
— Он немного упрям, — согласилась Дафна, успокаивающе поглаживая Рассета между ушами, — ну и, конечно же, скептик, но, я думаю, ты должен снисходительно относиться к этим его слабостям. Ты и сам немного похож на него.
Пирс с улыбкой согласился.
Тем временем коляска выехала на главную дорогу и понеслась еще быстрее.
— Насколько я поняла, папа согласился с твоими условиями? — осторожно поинтересовалась Дафна.
— А ты сомневалась? Дафна печально вздохнула:
— Нет, я знала и раньше, что деньги для отца дороже всего. — Она посмотрела назад на быстро удалявшийся дом. — Ты знаешь, Пирс, — призналась она, — я провела всю жизнь в этом доме, а покидаю его без малейшего сожаления.
— Тебя это удивляет?
— Нет, просто я чувствую сейчас, что, уезжая отсюда с Рассетом на руках и с тобой, я не испытываю ни малейшего желания вернуться.
Услышав свое имя, Рассет поднял голову, навострил уши и настороженно осмотрелся, но, успокоенный ладонью Дафны, снова свернулся клубочком на сиденье.
— По-моему, этот лисенок не против переселения, — заметил Пирс. — Будем надеяться, что он скоро приживется на новом месте.
— Ему не привыкать. Боюсь, он остался один едва ли не сразу после рождения.
— Да, у нас действительно немало общего, — усмехнулся Пирс,
Дафна улыбнулась и положила ладонь Пирсу на колено.
— Господи, как я счастлива, — прошептала она.
— Разве у тебя не было более счастливых моментов? Дафна опустила глаза:
— Был, и не так давно. Этой ночью.