Последний бой
Шрифт:
— А ну всыпь ему! — негромко сказал Лещенко, продолжая снимать камерой происходящее.
Миронов, подойдя к бизнеру — тот сразу скукожился, как будто даже усох, — с хорошим замахом огрел незадачливого олигарха по левому предплечью. Затем по заплывшей жирком квадратной спине... еще!.. и еще!..
Бил он, правда, едва в четверть силы, причем избегал попаданий по голове и прочим жизненно важным органам. Не бил, а, можно сказать, гладил. Тем не менее со стороны происходящее выглядело как жуткие побои и форменное убийство. Особенно если учесть, что нефтяник,
— Достаточно пока с него! — скомандовал Лещенко, предварительно выключив камеру. — Хватит завывать, господин предприниматель! Вас еще по-настоящему даже не били.
Бизнер вопреки оказанному на него физическому и психологическому нажиму продолжил и далее юлить, ссылаясь то на неинформированность, то на какие-то козни своих деловых партнеров.
Ну что ж, настала очередь «второй серии».
На пару с Мироном они перетащили из другого подвального помещения в «пыточную» своего недавнего клиента — Ивана Алексеевича, которого доставили из конспиративной квартиры, воспользовавшись транспортом, замаскированным под карету «Скорой», в этот коттедж.
Усадили на пол рядышком с бизнером, приковав к трубе.
— Ну?! — сказал Лещенко. — С возвращеньицем тебя, Иван?! Что новенького на том свете?
Иван Алексеевич, у которого под воздействием впрыснутой ему дозы лихорадочно заблестели глаза, натужно усмехнулся:
— Там, Петр, тебя уже с нетерпением ждут... в аду!
Пока Мирон готовил эсбиста к финальному акту, Лещенко вышел на свежий воздух — выкурить сигарету. Перекуривая на крылечке, он подумал, что нужно будет сделать как минимум одну копию с оригинала кассеты, которую он сейчас снимает. Оригинал он спрячет в надежном месте — никогда не знаешь, что именно тебе может пригодиться в этой жизни: иметь такую вещицу в собственной заначке не повредит. Копию же, когда он лично доведет запись до кондиции и смикширует звук, чтобы никакая экспертиза не смогла установить точную принадлежность закадрового голоса, лучше всего будет использовать для того, чтобы перевести в этой ситуации «стрелки» на других людей, работающих в иных спецслужбистских конторах.
Когда он вернулся, Иван Алексеевич, с которым Миронов провел воспитательную беседу, был уже как шелковый.
— Мирон, вытри чем-нибудь у него ссадину на лбу! — скомандовал Лещенко. — Говорено же тебе: «Не бей клиента по башке»!
— Да он сам голову подставил. — Миронов, опустившись на корточки, промокнул носовым платком кровавую ссадину на лбу у экс-гэбиста. — Все, командир, готово.
— Исчезни из кадра! — сказал Лещенко, беря камеру на изготовку. — Иван, ты все хорошо понял, да? Будешь себя правильно вести, тогда мы сохраним тебе жизнь.
Он включил камеру на запись. Стал задавать вопросы: фамилия, имя-отчество, звание и должность по линии Конторы — «полковник Госбезопасности, действующий резерв» — должность, занимаемая нынче в компании «Ространснефть».
Когда они дошли до самого важного, ключевого места интервью, Ивана Алексеевича вдруг заклинило.
Лещенко вынужден был приостановить
— Иван, не испытывай мое терпение! — угрюмо процедил Лещенко. — Скажи то, что мне нужно. По крайней мере не будешь мучиться!
Экс-гэбист в ответ грязно выругался.
— Как знаешь...
Миронов, еще раз взглянув на своего начальника, прицелился и выстрелил в коленную чашечку полковника. После негромкого хлопка тот протяжно взвыл, как раненый зверь.
— Иван, закрой пасть! — повысив голос, скомандовал Лещенко. — А ну — ша! Блядь!! Мирон, ну-ка прострели ему и другую ногу!!
Утробный вой тут же перешел в сдавленный стон (бизнер все это время сидел, обхватив голову руками и подскуливая тонким, совершенно не соответствующим его массивной фактуре голоском).
Лещенко включил камеру на запись, стараясь снимать так, чтобы в кадре находилась лишь верхняя половина туловища экс-гэбиста.
— Скажите, Иван Алексеевич, кто вас «крышевал» по линии спецслужб?
— М-м... это были люди из «четверки»...
— Как, как вы сказали?
— Есть такая — «группа 4» при Совете безопасности. Это засекреченное подразделение, призванное решать самые сложные вопросы национальной безопасности...
— Кто именно вас «крышевал»? Назовите фамилии!
— Есть там такие... полковник Шувалов... еще один человек, его псевдоним — Михайлов. А над ними стоит такой... Игорь Борисович Мануилов... Он возглавляет информационно-аналитический центр при Совбезе...
— А ваше бывшее ведомство? Федеральная служба безопасности? С этой стороны случались «наезды» с целью увести вас под «крышу» ФСБ?
— Нет, — сглотнув подкативший к горлу комок, сказал Иван Алексеевич. — Мое бывшее ведомство ко всей этой истории с уводом активов... и с попытками «крышевания»... не имеет абсолютно никакого отношения...
— Господин Литвинов. — Лещенко перевел камеру на предпринимателя. — Вы подтверждаете то, что сказал заместитель руководителя службы безопасности вашей компании?
Литвинов опустил руки и мелко-мелко закивал головой:
— Да, подтверждаю, целиком и полностью.
— Ну вот, как все ладненько-то у нас получилось, — удовлетворенно сказал Лещенко, ставя аппарат на «паузу». — Мирон, кончай его, он нам теперь и на хер не нужен!
— Постой, Петр! — экс-гэбист округлил глаза. — Ты же обещал...
— Я передумал, Иван.
В руке Мирона дважды содрогнулся пистолет с глушителем: одна пуля попала в левую половину груди жертвы, другая — в лоб чуть левее переносицы.
Ноги экс-гэбиста еще мелко подрагивали в агонии, когда Лещенко решил вновь побеспокоить бизнера, который, весь скукожившись, замер от ужаса в своем углу.
— Литвинов! Глухой, мать твою?!!
Бизнер отозвался лишь после того, как Мирон, обойдя лужицу крови на полу, подошел к нему и пнул по лодыжке ногой.
— С-с-слушаю... господин... товарищ чекист...