После нас - хоть потом
Шрифт:
Считается, что подобные участки, именуемые обычно системами представлений или областью духовных иллюзий, контролируются тёмными силами. С утверждением этим трудно согласиться, поскольку раз на раз не приходится. На самом деле одна система контролируется тёмными силами, другая - светлыми. Поэтому, приближаясь к магически мерцающему свету, исходящему от таких мирков, неопытному покойнику или непосвящённому исследователю астрала стоит пристально всмотреться: не сквозят ли в этом сиянии чёрные искорки? Если сквозят, то лучше туда не лезть.
– А
– поинтересовался Глеб.
– Глубинка…
– Хм… А Суслов?
– Большая деревня… - пренебрежительно сморщив носик, влепила она родному городу.
– Всё там как-то, знаешь, приземлённо, обывательски… Выйдешь утром - ни одного экстрасенса в небе. Самолёты, самолёты…
– Понятно.
– Глеб сочувственно покивал.
– Тут либо одно, либо другое… Либо экстрасенсы, либо самолёты… Может, ещё по чашечке?
– Нет, мне пора…
– А завтра?
– с надеждой спросил Портнягин.
Миловидное личико омрачилось.
– А завтра мне карму отрабатывать…
– Слушай!
– вскричал Глеб.
– Варь! А в астрале?
– Точно!
– Серые глаза её вспыхнули.
– А где в астрале?
– Н-ну… где ты там своих жмуриков пасёшь?
– Да в Суслове, конечно, где ж ещё?
Собственно, место встречи в тонких мирах можно и не назначать - достаточно лёгкого мыслительного усилия, чтобы очутиться рядом с нужным человеком. Но обоим показалось, что так будет романтичней.
«Существуют три различные скорости передвижения призрака», - учит нас Сильван Мульдон.
На первой скорости ваше астральное тело перемещается подобно физическому: шагом, бегом, ползком. В крайнем случае медленно плывёт по воздуху.
Вторая - стремительный сквозной полёт, когда весь мир как бы выстреливается вам навстречу. Подробности пейзажа (интерьера), естественно, смазываются, прохождение сквозь грубоматериальное препятствие подобно вспышке. Чтобы врубить вторую скорость, достаточно поднять руки и сделать с детства всем известные потягушки. Чем сильнее вытягиваешься - тем быстрее летишь.
Что касается третьей, то её трудно даже назвать скоростью - это больше напоминает мгновенный прыжок из одной точки в другую, где бы та ни находилась.
И само собой разумеется, отправляясь на первое в своей жизни астральное свидание, Глеб Портнягин из трёх скоростей выбрал именно последнюю.
Возникнув возле условленного фонарного столба - того, что располагался слева от центрального входа в городской сусловский парк, он с удивлением отметил, что прибыл первым, и машинально потрогал ложбинку между шеей и затылком, как бы проверяя, на месте ли «шнур».
Если верить запискам специалистов, в девятнадцатом столетии «сия линия силы» выходила у всех поголовно из физического лба и ветвисто врастала в астральный затылок, иногда достигая диаметра серебряного доллара, иногда истончаясь в сущую паутинку.
Однако иные времена - иной астралитет. В двадцатом веке у большинства «шнур» уже соединял преимущественно пупочную
Некоторое время Портнягин созерцал сусловчан, лавирующих под чёрными нетопырьими зонтиками среди взрыхлённых дождём луж. Затем это ему надоело, и ученик чародея сердито огляделся. Не привык он к тому, чтобы девушки заставляли его ждать. А тут ещё некстати задёргался «шнур» - Ефрем требовал питомца к ответу. Пришлось отвлечься, быстренько запудрить наставнику мозги - и назад.
И так несколько раз.
Конечно, Глеб Портнягин в любой момент мог отдать приказ своему астральному телу очутиться рядом с Варварой и, установив таким образом местонахождение столичной штучки, явиться к ней за объяснениями в физическом виде. Если бы не мужская гордость!
«Шнур» задёргался вновь.
– Свиданка там у тебя, что ли?
– Свиданка!
– буркнул Глеб, вытряхивая на газетку могильную землю из пластикового пакетика.
– А-а… - не то насмешливо, не то уважительно про тянул Ефрем.
– Так бы и сказал сразу! Ладно, иди тогда. Сам заговорю…
Варвара так и не появилась. Глеб, как дурак, проторчал у входа в парк ещё часа два, изредка взмывая над фонарным столбом и пристально оглядывая проспект с высоты. Потом откуда-то взялся местный побирушка, скончавшийся несколько дней назад и упорно не желавший этого понять. Безуспешно поприставав к прохожим, он подкатился было к Портнягину, но тот прикинулся, будто тоже находится в физическом теле и не видит попрошайку в упор.
К полудню терпение лопнуло. Вернувшись в бренную оболочку, Глеб нашёл на столе кулёк с солью, землёй и маком в снаряжённом боеготовом виде, самого же Ефрема в квартире не обнаружил. А поскольку погода к прогулкам не располагала, сама собой напрашивалась мысль, что затосковавший учитель подался в направлении «Старого барабашки», где подавали не только натуральный кофе. Ругнувшись, Портнягин выскочил из дому - и вскоре был у стеклянного строения.
Наставника в кафе не оказалось, зато за одним из столиков - тем самым, вчерашним - сидела раздосадованная Варвара.
Портнягин остолбенел. Затем решительно шагнул вперёд, отставил металлический табурет и сел напротив.
– Очень мило!
– с отвращением произнесла она, подняв глаза.
– Что мило?
– задохнулся он.
– Я тебя там жду…
– Где?
– В Суслове! Городской парк. Центральный вход. Под первым фонарём слева.
– Не было тебя там!
От такой неслыханной наглости Глеб утратил дар речи. Варвара смерила его надменными прозрачно-серыми глазами. Ситуация складывалась обоюдоострая. Он - ученик колдуна, она - студентка института Монро. Без пяти минут специалисты - и не смогли встретиться в астрале. Скандал, господа…