После нас - хоть потом

Лукина Любовь Александровна

Уяснив, что перед ним всего-навсего посетители, жировичок успокоился.

–  Будете за мной, - с достоинством сообщил он.

Некоторое время сидели молча.

–  Как она хоть называется, твоя планета?
– негромко спросил я Гришу.

Гриша сказал. Я попробовал повторить - не получилось.

–  Понятно… А где находится?

–  Не знаю…

–  То есть как? Не знаешь, где твоя планета?

–  Я ведь не астроном, - с тоской пояснил Гриша.
– И потом это в самом деле очень далеко…

Я

вспомнил, что где-то в кладовке у меня должен лежать старый учебник астрономии за десятый класс. Карты звездного неба и все такое… Хотя что с него толку, с учебника! Гриша-то ведь по своим картам учился, в наших он просто не разберется. Да я и сам теперь в них не разберусь.

–  А вы, простите, по какому делу?
– поинтересовался жировичок.

–  По важному, - отрезал я.

–  Понимаю… - Он многозначительно наклонил голову. Потом сложил губы хоботком и принялся озабоченно осматривать ребро своей правой ладони.

У него было круглое бабье лицо, острые, глубоко упрятанные глазки и седоватая гривка.

Я снова повернулся к Грише.

–  Слушай сюда… - до предела понизив голос, приказал я.
– Значит, так… Ты наших законов не знал…

–  Да я их и сейчас не очень… - шепотом признался он.

–  Вот и хорошо. Главное: ты не знал, что у нас нельзя жить с чужим паспортом. Ты вообще с другой планеты, и спрос с тебя маленький… Понимаешь?

Гриша кивнул, но, судя по выражению лица, ни черта он не понимал. Жировичок все это время ерзал от нетерпения - ждал, когда мы закончим.

–  Вот ведь как бывает, - поймав паузу, доверительно обратился он ко мне.
– С виду рука как рука…

–  Чего надо?
– прямо спросил я.
– Видишь же - люди разговаривают! Чего ты лезешь со своей рукой?

Жировичок тонко усмехнулся и, понизив голос, проговорил без выражения и почти не шевеля губами:

–  Ребром ладони могу вскрыть любой сейф…

–  Что?!

В этот момент в коридоре показался майор - крупный светловолосый мужчина лет тридцати пяти. Поздоровавшись, он задержал взгляд на посетителе в мятом костюме, и в его серых глазах мелькнуло беспокойство.

–  Вы опять но мне?
– вежливо, с еле уловимой запинкой спросил майор.

–  К вам, Павел Николаевич!
– отвечал, влюбленно на него глядя, вскочивший со стула жировичок.
– Знаете, я сегодня всю ночь думал… Все-таки на учет меня поставить надо! Ведь если человек способен вскрыть сейф без помощи каких-либо инструментов…

Майор поморщился.

–  Давайте лучше пройдем в кабинет, - предложил он.

–  Конечно-конечно!..
– засуетился жировичок, и дверь за ними закрылась.

У меня потемнело в глазах.

Нет, вы прикиньте, что теперь получается! Заходит к майору этот чокнутый и говорит: «Здравствуйте, я вот ребром ладони сейфы режу, поставьте меня на учет…» И тут же, следом,

как нарочно, вхожу я, ввожу Гришу и говорю: «Здравствуйте, тут вот товарищ с другой планеты прибыл. Выговорить ее невозможно, где находится - он не знает. Документы у него настоящие, не краденые, а что фотография везде его, так это вам только кажется…»

Я вскочил со стула.

–  Гриша!
– хрипло сказал я.
– Айда отсюда!

Но тут дверь кабинета отворилась и в коридор вышел разобиженный жировичок. Быстро его майор…

–  Ну?
– с ненавистью бросил я.

–  Все в порядке, - неохотно отозвался он.
– Поставил на учет… Фамилию записал, адрес…

–  А чего надутый такой?

Жировичок оскорбленно фыркнул.

–  И здесь перестраховщики!
– сердито помолчав, сообщил он.
– Я, говорит, не могу доложить о вас начальству, предварительно не убедившись! Вот вам, говорит, мой сейф - режьте!..

–  Ну?
– еле сдерживаясь, процедил я.
– А ты?

Жировичок опять фыркнул - на этот раз гневно.

–  Неужели он сам не понимает?
– с досадой сказал он.
– Ну, разрезал бы я этот сейф, испортил бы казенное имущество, а отвечать кому? Ему же и отвечать! Странный он, ей-богу!..

–  А ну пошел отсюда!..
– прохрипел я, и жировичка не стало.

На шум из кабинета выглянул майор.

–  Вы тоже ко мне?
– спросил он.
– Что ж вы не заходите?

Пришлось зайти. Мы отдали ему пропуска и опустились в предложенные нам жесткие полукресла, стараясь не смотреть в угол, где стоял небольшой серо-голубоватый сейф.

–  Слушаю вас, - деловито и в то же время доброжелательно сказал майор.
– Только представьтесь сначала…

Представились. Услышав, что перед ним резчики холодного металла, майор насторожился и как бы невзначай покосился на сейф.

–  Я вас слушаю, - повторил он.

Я поднялся и, ни на кого не глядя, полез в свою спортивную сумку за вещественным доказательством. Вынул, поискал глазами какой-нибудь ненужный предмет и, не найдя, установил на краешке стола спичечный коробок. Майор с интересом следил за моими действиями. Я отрегулировал рычажком дальность; аккуратно прицелился…

И ничего не произошло. Коробок как лежал - так и остался лежать. Машинка не сработала. Впервые.

А ведь я знал, что она не сработает! Еще когда нажимал клавишу! Потому что не почувствовал электрических мурашек, бегущих от кисти к локтю. Вместо этого мурашки пробежали у меня по спине, но электрическими они не были.

–  Не работает… - сказал я с тоскливым отчаянием и положил оружие на стол. Пропащий ты человек, Минька Бударин! На роду, что ли, так написано?..

Майор озадаченно разглядывал лежащий перед ним на столе большой ярко-оранжевый пистолет. Потом поднял глаза на меня.