После Исхода

Веда Гарри

Чтобы член Пренейского Боевого братства стал флибустьером — капитан исключал категорически. Такого в принципе быть не может.

Все-таки республиканцы?

День был в апогее и каустические блики криотского дна танцевали максимально энергично. Сержант с пленником находились метрах в двухстах от левого фланга батальона, и путь к ним предстоял сюрреалистичный, как в сказке. Обе пулеметные турели, покрывавшие этот сектор — уничтожены и идти довольно опасно. От дьяволов, набивших в два раза больше оборонявшихся, чем было самих — можно ожидать,

чего не захочешь. Как будто мы не диверсионный спецназ Конфедерации, а зачуханный строительный батальон… Комбат выругался и взял ружье наизготовку.

Кларксон водрузил на грудь лежавшего врага свой тяжелый экспедиционный башмак, упер ствол в лобную часть гермошлема бедолаги и стоял, облокотившись на прикладный фиксатор. Древний варвар-завоеватель, не иначе. Рольн поморщился.

— Гля, командир, ну вылитый лейтенант, как на картинке… — Сержант толкнул ногой грудь поверженного.

Рольн подошел вплотную и взводный принял некоторое условное подобие положения смирно.

Капитан попытался установить связь с гермопанцирем лежавшего лейтенанта. На удивление — синхронизация прошла успешно, общевойсковой код канала связи совпал.

— Представьтесь, лейтенант… — Рольн внимательно разглядывал изможденное лицо врага.

— Лейтенант, Риккол Сторр, десантные войска Конфедерации. — Хриплый голос был едва слышен. — Патрульная миссия.

Рольн кивнул.

— Угу. А я — Санта Клаус. Нашивку где взял?..

Лейтенант сделал судорожное усилие, перевел взгляд в оптический визир, чтобы рассмотреть возвышавшийся над ним монолит капитанового гермокоса.

Заметил золотую нашивку Академии под офицерской распознавательной планкой.

Рольн видел, как расширились зрачки раненого, как лейтенант глотнул вздох от безмерного удивления.

Капитан постучал двумя пальцами по эмблеме. Лежащий адским усилием вскинул руку, дважды постучал по своей "пб" тыльной стороной кулака и выбросил вперед два сжатых пальца. Старое студенческое приветствие.

Рольн тряхнул головой.

— Сержант, на периметр его. Отправьте медицинским бортом, вместе с остальными раненными…

Кларксон не шелохнулся:

— Капитан, ты приказ точно помнишь?..

Рольн вскипел. Он в бешенстве дернул затвор автовинтовки и заорал так, что, казалось, было слышно сквозь гермокостюм безо всякого канала связи:

— Выполнять!!!

Кларксон нехотя пристегнул ружье за спину и без всяческих церемоний, грубо рванул раненного обеими руками за плечи.

Что такое общество? Наверное, на протяжении всей истории человечества, в любую секунду можно было спросить об этом и получить ответ. И степень различия в понимании сего вопроса, и характеризовала бы степень развитости социума, государства, да и отдельной личности, пожалуй, тоже.

Сейчас общество масштабировалось до размеров многих галактических образований, с множеством планет, государственных систем, кучи рас, которые по-прежнему далеки друг от друга, не смотря на все попытки объединиться.

Гораздо более важный аспект — что же является основой для объединения. А вот здесь, как и тысячи лет назад, как и всегда в истории — ответ только один.

Государство держится на силе. Прямой, опосредствованной, потенциальной, фундаментальной и брутальной. Штыки уступают место абордажным нанотесакам, пули — плазмирующим спироидам, пушки — бластоидным орудиям, а легионы — десантным кораблям. Но, как и раньше, некто, более богатый и могущественный, чем остальные, подчиняет себе общество, опираясь на войска, словно на ноги.

Тысячу лет назад, когда человечество только-только догадалось расселяться по новым планетам — общество Земли, матери-прародительницы, было весьма монолитным. Множество стран, существовавших в древности, осознали единый путь и приняли форму моногосударства, подчинившись основному домену, получив взамен возможность влиять на решения, принимаемые лидирующей силой. Скольким душам это стоило жизней, насколько земля пропиталась кровью, пока столь очевидное решение созрело в умах отцов наций — вы вполне можете почитать в Догалактической Истории. Но — немало, поверьте на слово.

В Новом Веке человеческая сущность вновь взяла свое. Расселение по космосу происходило лавинообразно. Теория квази-прыжков позволяла перемещать корабли из галактики в галактику, легко, как перышки и человек, словно вирус, который сдерживали много веков в замкнутом объеме — брызнул во все стороны, подобно тараканам из коробки.

Планет, пригодных, почти пригодных, условно-пригодных и едва пригодных для обитания — оказалось предостаточно, колонизация их была сопряжена, поначалу, с большим риском и на строительство инфраструктуры уходил весь ресурс, что добывали и производили на новых землях.

Так и произошла децентрализация.

Через каких-то четыреста лет, когда в новые обетованные дома уложили последний кирпичик — никому и в голову не пришло считать себя частью Земли. Военно-промышленный потенциал многих планет — был почти равен земному, а договариваться новопланетянам между собой удавалось быстрее, чем с консервативным государством на голубой альма-матер. Серия стычек показала, что война между любыми двумя участниками мгновенно отбрасывает их в развитии назад, давая фору остальным. У всех был паритет, явного преимущества не наблюдалось ни у одной новоявленной цивилизации и ситуация напоминала политический тупик.

К огромному счастью — от общения и коммуникаций никуда было не деться, поскольку ресурсная база в разных группах галактических систем разнилась весьма ощутимо.

Часть планет могла похвастать изо-пьезо камнями, позволяющими создавать термоплазмовые реакторы компактных размеров. На других — подобные минералы не встречались вовсе, зато имелись громаднейшие залежи ионолития или селиктония — веществ, без которых современные конструкционные материалы так и оставались бы примитивными древними сталями и пластиками.