После дождя
Шрифт:
Несколько мгновений тишина в помещении ничем не нарушалась. А потом Дольге вновь подал голос:
– Тебе надо уезжать отсюда. Особенно теперь. Нахрена ты прибил его, Джонни?
– Он мог бы вывести на нас,- тихо проговорил Джонни Хогг, опуская глаза. Он обещал брату никого больше не убивать, и вот… Он задушил какого- то тщедушного нидринга.
Лет двадцать назад он бы гордился этим. Попробуй задуши нидринга голыми руками- то! А теперь…
А теперь его тошнило. Ему было отвратительно.
– И всё же. Бери семью, деньги, всё,
– У меня нет семьи,- зло отмахнулся Джонни, в один присест осушая чашу.
Разумеется, нет. С тех- то пор, как он в очередном приступе ярости пырнул брата по шее...
– Я никуда не поеду. Я был солдатом, знаешь ли. И я не привык отступать,- слова казались глупыми, но Хогг упрямо наклонил голову и продолжал говорить.- Попробую выкрутиться.
– Ну- ну,- покачал головой Ротвер, глупо улыбаясь.- Ты убил цехмейстера на людях, Джонни. Убил, хотя нужды в этом не было. Как ты выкрутишься?
Джонни бросил на него уничтожающий взгляд, однако тут же вздохнул. Дурак прав, конечно же.
– Боги с ней, с контрабандой,- покачал головой Дольге.- Они её просто конфискуют. Никаких арестов, если она в пределах разумного. Пока повязали только пятнадцать человек. Это из шестидесяти- то! А вот убийство…
Тишина снова поглотила комнату.
Я снова ошибся, подумал Джонни, гневно массируя виски. Снова! Одна маленькая ошибка, и всё летит к демонам!
– Мы можем обратиться к кое- кому за помощью…- неуверенно подал голос Ротвер.
– Ну и кому же, а?- простонал Джонни. Ротвер замолчал, явно пытаясь что- то вспомнить.
Вспоминай, придурок, вспоминай. Хогг глотнул с горла, а затем поднялся. Подойдя к грязному окну, он выглянул на улицу.
Возможно, он в последний раз имел удовольствие наблюдать этот вид из окна своего дома. Прекрасный вид на задворки рыбного магазина, полные рыбьих потрохов.
– Вспомнил!- радостно хохотнул Ротвер, даже откидываясь в кресле.- Орёл!
– Орёл?- недовольно покачал головой Дольге под непонимающим взглядом Хогга.
– У него есть свой человек среди старших юстициаров! Можно договориться!
Дольше недоверчиво сжал губы.
– Не нравится мне это…
– Не тебе одному,- сварливо отмахнулся Баэльт.- Но так надо.
– Ага, надо,- обыски не были единственным, что не нравилось Робартону. Он был человеком практичным, а потому жил одним днём. Более того, он мог с гордостью сказать, что жил одним часом.
И вот сейчас ему не нравилась эта комната. Ужасно не нравилась. Хотя бы потому, что он тратил свой час здесь.
Наверное, Мрачноглазу она тоже не нравилась. Но именно тут он сейчас сидел за большим столом, копаясь в ворохе бумаг и изучая торговые книги. Занимаясь этой скучной и рутиной работой, он чертовски напоминал Ирвину Эрнеста. Просто до жути напоминал.
«Даже занудствует так же»
– Кхм,- кашлянул Ирвин.
Баэльт оторвался от бумаг и, скривив лицо,
Паника.
– Чего тебе?- устало спросил Мрачноглаз.
– А просто поговорить уже нельзя, а? Ты стал для этого слишком занят?
Баэльт усмехнулся усталой улыбкой, от которой Ирвина передёрнуло. Что ни говори, а улыбаться Мрачноглаз не умел. Как будто бы скалиться…
– Ты никогда не приходил ко мне просто поговорить.
«И то верно…»
– Что слышно?
– Ничего. Всё идёт более- менее спокойно. Глашатаи по всему городу вопят о том, что мы расправляемся с коррупционерами. Народ вроде бы доволен. Только вот цехмейстера кузнецов кто- то посреди улицы пырнул.
– Кто?
– А не знаю. Зато вот что у меня есть.
Робартон бросил на его стол книгу. Очередной торговый журнал, как и десятки тех, что приносили Мрачноглазу до этого.
– Что- то особенное?
– Торговая книга Алана. С тем же именем.
– С тем же проклятым именем…- глубоко вздохнул Мрачноглаз, медленно прикрывая глаз.- Ничего нового и необычного. Так какого ж хрена ты принёс её сам, а?
– Мне было скучно, и я решил…
Вместо нареканий и криков, Баэльт Мрачноглаз устало поднял руку с пером, и…
Лениво махнул ей.
– Хрен с тобой.
– Со мной- то да, а вот что с журналом, а?
– Даже не буду смотреть. Я этого лорда- Пошёл- на- Хера уже наелся до конца жизни. Он везде, понимаешь? Его следов нет толком нигде, но лёгкие отголоски – пожалуйста, везде! И везде – никаких лиц, одни маски!
– Маски? Орлиные, да?- хмыкнул Робартон в ответ на вздрагивание Баэльта.- Часто их видел во время патрулирования. Думал, новая секта какая.
Баэльт полностью отник от своих бумаг и выудил из кармана плаща плакт. Через мгновение дымок устремлялся в потолок.
– Знаешь, Робартон,- в его голосе звучало отчаянье.- Мне начинает казаться, что, если я загляну в свою сумку, то найду там маску орла. Я готов уже ко всему. Он везде, понимаешь? Один из них приходил ко мне. Показывал амулеты. С десяток. Фервен пытался вычислить их, но…- Баэльт безнадёжно махнул рукой.
– По крайней мере, ты вычистил улицы метлой! Все юстициары, даже те, кто вчера только ходил в страже, тыкают в нос всем приказом Эрнеста и хватают всякую шваль! Стоило только начать делать это без подготовки, бешено, безумно – в общем, в твоём стиле, - и всё получилось! Мы уже наловили штук сто «котельников»! И это пока! Понимаешь? Вся крупная контрабанда, до которой мы дотянулись, опечатана и конфискована! Ну, та контрабанда, которая прям вообще из приличий выбивалась… Цехмейстеры сидят тихо, а парочку даже отправили на допросы! Ты понимаешь, что это значит, а?!- Робартон распалился и теперь широко улыбался. Он вскочил, отчаянно жестикулируя- Мы победили, Мрачноглаз! Мы трахнули город!