После дождя
Шрифт:
— Ты не обязана искать мне друзей, мама, — сказала я, но, думаю, мое разочарование на самом деле было вызвано тем, насколько я была сбита с толку ее новой жизнью и новым мужчиной в ней.
Она скрестила руки на груди.
— Я просто хочу, чтобы ты наслаждалась жизнью, пока находишься здесь. Сабина может показать тебе окрестности. Она очень веселая и умная девушка. — Выражение ее лица было искренним, и я поняла, что должна быть благодарна ей за то, что она пыталась мне помочь. Мне просто нужно было понять, как я впишусь в это общество и впишусь
— Ты можешь дать мне несколько дней, мама? Мне трудно все это принять.
Наконец, что-то в ней сломалось. Она подошла ко мне и заключила в объятия.
— Я знаю, ты поймешь, что делать, белла, так же, как и я.
— Ты думаешь?
Она кивнула.
— Я знаю, — сказала она, поцеловала меня в лоб и вышла из комнаты.
***
Почти неделю спустя я, наконец, согласилась встретиться с Сабиной, дочерью Карлоса. Я решила, что лучше всего встретиться без присутствия наших родителей, хотя за те пару дней, что я была там, успела привязаться к Карлосу. Моя мать казалась другим человеком, а Карлос всегда был вежлив со мной и вел себя по-джентльменски.
Мы с Сабиной встретились в кафе в пятницу днем. Она оказалась совсем не такой, как я ожидала. Она была вся в татуировках, беспрерывно курила сигареты и через каждое второе слово вставляла «блядь». Честно говоря, меня удивило, что моя мать считала, что она окажет на меня хорошее влияние. Я, например, восхищалась уникальностью Сабины и завидовала ее уверенности в себе. Она почти идеально говорила по-английски и рассказала мне, что большинство людей нашего возраста в Испании ходят в клубы, напиваются, танцуют и занимаются сексом на одну ночь. Я чувствовала себя неопытным инопланетянином.
— Итак, я хочу сводить тебя в «Эль Соло». Мы будем танцевать всю ночь напролет, но сначала нужно найти тебе что-нибудь из одежды. Ты одеваешься, как двенадцатилетняя девочка.
Я посмотрела на свой безразмерный свитер крупной вязки и джинсы и рассмеялась. Она была права. Сабина отвезла меня к себе домой и дала мне целую охапку платьев, чтобы я отнесла их маме и примерила.
— Я заеду за тобой в одиннадцать, — сказала она, когда я направилась к двери.
— Хм? В одиннадцать вечера? Обычно к этому времени я уже в постели.
— Клубы открываются только после двенадцати.
Я была потрясена.
Дома у мамы я перемерила все платья, большинство из которых едва доходили мне до середины бедра. Я выбрала одно из самых приличных черных платьев. Оно было сшито из плотного эластичного материала, который открывал широкие штанины, но при этом имело водолазку и длинные рукава. Это было самое консервативное платье из всей коллекции.
Пока я завивала волосы, в спальню вошла моя мама и, не произнеся ни слова, присела на кровать.
— Я удивлена, что ты не возражаешь, что я тусуюсь с Сабиной. У нее бешеная натура.
Моя мама что-то пробормотала себе под нос по-испански.
— Что, мама? — спросила я.
Она встала и подошла
— Посмотри на себя, — сказала она по-испански. — Посмотри на себя. Ты взрослая женщина, но жизнь снова превратила тебя в ребенка. Тебе больше не нужно мое разрешение или одобрение.
Я восприняла ее слова в той манере, в котором они были сказаны, вместо того, чтобы обидеться.
— Знаю. Иногда я забываю, что прошло так много времени.
Закончив собираться, я рассказала маме все о Нейте и о своей неуверенности. Она посоветовала мне подождать и посмотреть, что он предпримет. У меня все равно не было другого выбора. Я могла бы вернуться к нему домой и подождать его, но мне нужно было кое-что узнать о нем и о себе, о том, что могло рассказать мне только расстояние. Смогли бы мы просто забыть друг о друге и продолжать жить своей жизнью, если бы находились в разных мирах? Стал бы он снова трудоголиком, а я бы снова шла по жизни в оцепенении и одиночестве? К сожалению, в этой мысли было что-то странно успокаивающее. Неизвестность — страшное место, и я собрала все свое мужество, пытаясь согреться в салоне его грузовика той ночью в больнице.
Сабина приехала ровно в одиннадцать. За то короткое время, что мы не виделись, она успела перекрасить волосы в платиновый блонд. Ее брови по-прежнему были темными, а губы — кроваво-красными. Она выглядела потрясающе в блестящем платье цвета металла и четырехдюймовых туфлях на шпильках.
— Ты выглядишь потрясающе! — сказала я, широко раскрыв глаза.
— Ты и сама не так уж плоха, сестренка.
— Не могу поверить, что ты обесцветила волосы. Ты очень смелая.
— Спасибо, но это всего лишь волосы, — пожала она плечами. — У некоторых людей их вообще нет.
Мы доехали до клуба на такси. Сабина протащила меня через длинную очередь к входу. Она подняла глаза на гигантского вышибалу и захлопала ресницами.
— Ну, — сказала она по-английски, — чего ты ждешь, болван? Открой дверь.
Он покачал головой, но открыл огромную красную металлическую дверь.
— Ого, ты знакома с этим громилой? — спросила я.
— Мой папа — владелец этого заведения, как и половины других клубов Барселоны. — Я в очередной раз была шокирована тем, что моя мама встречается с владельцем клуба.
Сабина была уверенной в себе и требовательной, но в то же время по-настоящему заботливой. Она хотела, чтобы мне было весело.
— Это будет лучшее время в твоей жизни, обещаю, — прокричала она в ответ, когда мы проталкивались вперед. Я последовала за ней, когда она быстро прошла сквозь толпу и поднялась по короткой лестнице в VIP-зону. Кабинки были обиты красным бархатом с высокими спинками и инкрустированы золотыми завитками. Она крикнула официанту по-испански, чтобы тот принес бутылку лучшего шампанского. Вскоре вокруг кабинки собрались люди, среди которых были друзья Сабины. Она уверяла всех, что ее американской подруге нужно как можно лучше провести время.