Посланец старейшин
Шрифт:
– Если вас не затруднит, то завтра. Скажем, в десять утра? Я приглашу стенографистку, она запишет ваше заявление. Оно должно быть заверено нотариусом, причем с указанием имен ваших поручителей, включая господина Румянцева.
Светлана тяжело дышала.
– Боже мой, миллионы и миллионы долларов!
Алекс очень долго просидел в кабинке, наконец решился выглянуть наружу и убедился, что в туалете никого нет. Он умылся над раковиной и после этого, впервые после поездки на грузовике из Тихвина, почувствовал себя освеженным. Выйдя в вестибюль, Алекс окинул взглядом толпящихся там людей, но не обнаружил никого, напоминающего преследователей. После этого он бочком выбрался на улицу
Стемнеет не раньше одиннадцати – за час до полуночи, напомнил он себе. В принципе, он мог бы отправиться на квартиру Алексея, где завтра должен встретиться с Еленой, но это было слишком опасно. Квартира – наверняка первое место, за которым установил слежку Юсуфов. Алекс был уверен, что люди из ФСБ уже побывали там и наверняка побывают еще. Но где же пересидеть до наступления темноты?
Он пошел куда глаза глядят, только теперь обращая внимание на то, что раньше выпадало из поля его зрения. В общем-то, все улицы были похожи одна на другую: шедевры архитектуры, центры развлечений, казино. Неоновые рекламы ожили около восьми вечера, но на фоне неба, все еще ярко освещенного солнцем, они терялись. Алекс брел, совершенно не выбирая дороги, не имея цели и, в конце концов, зашел в какое-то кафе перехватить чашкукофе. Он совершенно не понимал, почему это Алексей, будучи русским, все же предпочитал кофе, а не чай. Усевшись за столик, он вполуха слушал поп-музыку и разглядывал других посетителей. Здесь были и туристы, и влюбленные, и пьяницы. Его никто не беспокоил, можно было сидеть, сколько захочется, но через некоторое время он почему-то забеспокоился, оплатил счет и снова вышел на улицу.
К этому времени Алекс страшно устал, все тело болело. Подумав, он отправился в отель «Невский Палас», снял номер на имя Алексея Иванова, потом пошел в Гостиный Двор на Невском, самый большой универмаг в Санкт-Петербурге. Там нашел отдел мужской одежды и приобрел новые брюки, солидный пиджак, носки, рубашку и галстук. Старую одежду он выбросил в мусорный бак и, взглянув на себя в зеркало, остался очень доволен тем, что выглядел как настоящий успешный бизнесмен. Потом в обувном отделе Алекс купил пару туфель, дорогой магнитофон в отделе бытовой электроники, зашел в аптечный отдел и купил антисептиков для левого плеча, которое все еще здорово болело. Зайдя в мужской туалет, он перевязал руку и снова вышел на улицу, прикидывая, как ему избавиться от вполне возможной слежки и попасть на дачу Румянцева.
Время, казалось, остановилось, поскольку небо было все так же ярко освещено, хотя самого солнца уже и не было видно. Он взглянул на часы, которые показывали 20.15. Интересно, куда это его занесло? Алекс поискал взглядом табличку. Она гласила: «Ул. Правды». Мостовая была старая, залитая водой из-за испорченных стоков. По сторонам возвышались жилые многоэтажные здания, построенные еще в сталинскую эпоху.
Возле сквера на улице Достоевского, застроенной почти целиком дореволюционными домами с коммунальными квартирами, прислонившись к стене, стояла привлекательная девочка. Она курила сигарету и провожала взглядом Алекса, устало идущего мимо. На вид ей было двадцать с небольшим, длинные светлые волосы обрамляли хорошенькое личико с накрашенными губами и подведенными глазами. Соседним зданием оказалась захудалая гостиница, рассчитанная явно не на тех состоятельных людей, с которыми Алекс сталкивался в дорогих отелях. Взгляды девушки и Алекса встретились, и он сразу понял, что она проститутка. Он подошел к ней, она встретила его милой улыбкой.
– Хотите хорошо провести время? Если так, то сами знаете – это всегда пожалуйста.
– Нет, я не знал, – улыбнулся он. – Но, в принципе, хорошо провести время любому туристу приятно.
– Гостиница обойдется в три тысячи рублей. Нужно будет показать паспорт и заплатить вперед.
– А кредитки не принимаются?
– Здесь – нет.
Алекс снова улыбнулся, поняв, что это возможность,
– Как тебя зовут?
– Лариса. И имейте в виду, за деньги личная информация не дается, – решительно ответила она.
– Хорошо, хорошо.
Вестибюль гостиницы был старым и обшарпанным. На вошедших тут же уставился убого одетый портье, человек средних лет, с короткой сальной бородкой, жующий огрызок гаванской сигары. Алексу сразу стало ясно, что портье и девочка знакомы.
– Нам комнату, – объявила Лариса.
– Ваш паспорт, – сказал портье Алексу. Тот протянул ему паспорт Филиппова, предпочитая не светить здесь документы Алексея. По его мнению, это было не так уж и опасно, поскольку здешние обитатели отродясь не читали газет, никогда не смотрели телевизор и совершенно не интересовались тем, кто и за что разыскивается милицией. Портье вернул паспорт и заставил Алекса расписаться в регистрационной карточке. Лариса с портье в это время обменялись понимающими взглядами. Алекс отсчитал три тысячерублевые купюры и вручил их портье. Ключа здесь, похоже, не полагалось. Портье просто кивнул девушке, которая отлично знала, куда идти, поскольку проделывала это множество раз. Алекс отправился за ней по шаткой лестнице, скрипевшей при каждом шаге, и на втором этаже они оказались перед дверью с номером 202. Она открыла дверь, пропуская Алекса вперед. Комната оказалась обшарпанной, совсем небольшой, у стены стояла старая кровать с продавленным матрасом. Он сразу положил на кровать атташе-кейс. В комнате не было ни плиты, чтобы вскипятить чай, ни каких-либо других предметов обстановки, могущих сделать это любовное гнездышко более приятным местом. Ларисе это было явно совершенно безразлично. На уме у нее были только деньги, и чем короче окажется визит клиента в этот совсем не роскошный номер, тем лучше.
– Да, конечно, тут не «Невский Палас», – усмехнулся он.
– По очевидным причинам в «Невский Палас» я попасть не могу, – возразила она. – Хотя денег я там заработала бы куда больше, – заметила девушка, а потом пригляделась к нему повнимательнее. – Сдается, что я уже где-то видела твое лицо.
– Да, мне об этом часто говорят. Наверное, я просто похож на обычного среднего русского человека.
– Нет, дело не в этом. Кроме того, на мой взгляд, ты вовсе не выглядишь средним. Вообще-то, ты очень даже привлекательный. Никогда бы не подумала, что тебе приходится покупать женщин за деньги.
– Наверное, все женатые мужчины то и дело посматривают налево, – улыбнулся он, все еще озираясь вокруг.
– Да, практически все мои клиенты – женатики. После рождения детей женщины обычно быстро набирают вес, и тогда их мужья начинают искать себе что-нибудь постройнее и посимпатичнее.
– Вроде тебя.
– Спасибо. Как тебя зовут?
– Для тебя – Алекс. Фамилию не скажу.
– Само собой.
– Слушай, а ты много здесь зарабатываешь?
– Уж лучше здесь, чем сидеть за копейки в библиотечной пыли.
Для Алекса это было приятной возможностью хоть с кем-то нормально поговорить. Этого ему не приходилось делать с тех пор, как он шесть дней назад ввязался во всю эту историю. Неужели прошло столько времени?
– Кстати, а сколько с меня? – спросил он.
Она окинула его быстрым оценивающим взглядом. Человек явно состоятельный. Возможно, имеет собственный бизнес.
– Две тысячи рублей.
Алекс понимал, что с него она запрашивает больше, чем запросила бы с кого попроще.
– Хорошо, две так две, – согласился он, вытаскивая нужную сумму из пачки тысячерублевых купюр и вручая ей.
Она была очень довольна тем, что так дорого запросила и что все прошло так гладко, поскольку знала, что он мог начать торговаться и она опустила бы цену вдвое. Девочка вообще умела оценивать людей по внешнему виду, а на сей раз это было особенно легко. Здесь сказывался опыт, приобретенный за последние годы. Ведь она выросла в маленькой северной деревушке, где о подобных несусветных вещах и вовсе не слыхивали.
– Ты первый разденешься или я? – спросила она.
Алекс никогда ни на секунду не предполагал, что может оказаться в подобной ситуации, тем более время начинало поджимать. Еще так много нужно было сделать в этом мире, о проблемах которого так мало знала эта девочка, – впрочем, как и все остальные.