Посланец небес

Браун Вирджиния

Проглотив комок в горле, Ганна покачала головой.

— Нет, по крайней мере, Флетчеру. Но Ребекке, кажется, полегчало. Ты нашел доктора?

Откинув шляпу, он долгим взглядом посмотрел на нее.

— Нет, не нашел. Объясню позже.

— Позже? Но…

Кинув поводья Свену, Крид отдал приказание мальчику позаботиться о его коне, пока он поговорит с Ганной. Твердая рука подхватила ее за локоть и повела к отлогому берегу озера.

— Слушай, — начал он в своей знакомой грубоватой манере. — Я уехал

из лагеря только для того, чтобы немного поддержать всех, а не для того, чтобы привезти доктора…

— Ты что? — выдохнула Ганна. — Не хочешь ли ты сказать, что даже и не пытался отыскать доктора в «Сердце стрелы»?

Ему показалось, что она собирается уйти. Крид схватил ее за руки, чтобы удержать.

— Ганна, послушай меня. Никакой доктор ничего не смог бы сделать с этими детьми. Девочке повезло выжить, а мальчик… ну, он не оказался таким счастливчиком. Я не видел смысла попусту гонять коня и только подумал, что смог бы избежать некоторых возражений тем, что притворился…

— Притворился?! Зачем… зачем? Ты трус! Ты обманщик! Ты заставил меня думать, что ушел за помощью. Я ждала и ждала, а ты все не приходил, и Флетчер умер…

Крид встряхнул ее, прерывая поток оскорблений.

— Послушай меня! Флетчер все равно бы умер. Ты понимаешь это, Ганна? Если бы я проскакал весь путь до лагеря, нашел доктора, уговорил его пойти со мной, потом скакал во весь опор сюда, я бы все равно не успел. Ты понимаешь это?

Вырвавшись от него, Ганна прислонилась к шершавому стволу сосны и смотрела поверх его головы на голубое озеро, на отражения в нем заснеженных вершин гор. Она чувствовала Крида перед собой, чувствовала его тяжелый взгляд. «Как у него получается, что он всегда прав, даже если его побуждения такие неправедные? Или все это не так?»

— Ганна… мисс Макгайр… — Крид положил руки ей на плечи, повернул к себе лицом, огрубевшими пальцами взяв за подбородок, поднял ее лицо. Его рот — тот самый, что так возбудил ее ночью, был сжат как обычно в тонкую полоску, а голос был даже грубее обычного. — Я не должен был обманывать тебя, — резко сказал он, пугая ее своей уступчивостью.

— Нет, должен, — помолчав, не согласилась она. Затем с уверенностью добавила: — Да я и не оставила тебе никакого выбора.

— Нет, оставила.

Сопротивляясь порыву прильнуть к нему и попросить не выпускать ее из защищавших объятий, Ганна оживленно сказала:

— Хорошо, давай оставим это. Мы же не можем идти назад, нам нужно только вперед.

— Верно. И нам все еще осталось пройти тридцать миль, чтобы добраться до «Сердца стрелы». Как вы думаете, мисс Макгайр, сможем ли мы пройти их, ни разу не поспорив?

Она улыбнулась.

— Я не знаю, мистер Браттон, но давайте постараемся.

Крид пожал плечами.

— Я выигрываю, если ты начнешь.

— Мир?

— Мир…

Перемирие

продолжалось до конца дня и закончилось поздно ночью, когда дети, завернутые в одеяла, уже спали, а огонь уже догорал. Они снова поругались.

Крид, развалившись, сидел на бревне, глядя на огонь. В уголке его рта была зажата сигарета, он держал бутылку виски.

— Тебе обязательно пить крепкие напитки? — неодобрительно спросила Ганна. — Я нахожу их отвратительными.

— Ну, и не ней, — пробормотал Крид, не глядя в ее сторону.

— У меня и нет никакого, желания пить такую мерзость! — ответила она, сдерживая себя, чтобы не сказать большего.

Она понимала, что не должна была выговаривать ему по этому поводу, но когда он опрокинул бутылку и проглотил половину содержимого, она не смогла удержаться от возмущения:

— Мистер Браттон, очень нехорошо, что вы погрязаете в пьянстве, — прибавила она, когда бутылка снова оказалась у его губ.

Крид порывисто сел.

— Мисс Макгайр, очень глупо накликивать беду своим болтливым языком!

— Я только пытаюсь показать, в какую ловушку вы можете попасть с этим напитком и…

— Нет, вы пытаетесь запихнуть меня в рамки вашего чертового представления о мужчине! Ну, уж это не сработает, мисс праведница! Вам не удастся подвести меня ни под какой шаблон, поэтому перестаньте даже пытаться!

— Я совсем и не собиралась этого делать, — начала она примирительно, но Крид уже поднялся со своего бревна и возвышался над ней с видом, заставившим ее задрожать от страха.

Сердце девушки неистово забилось, во рту внезапно пересохло, и она посмотрела на него широко открытыми от страха глазами. Как она могла хоть на секунду забыть, что этот человек может быть таким грубым и свирепым? Как она могла призывать его к чему-то, зная что у него так мало принципов? Он же ведь может в любой момент, не колеблясь, бросить их? И удивительно, почему он еще не сделал этого. Наверняка она переоценивала его, приписывая ему те черты, которых у него никогда и не было.

Видя его мрачную реакцию, Ганна решилась на быстрое отступление. Но он уже опять стал говорить, что весь остаток пути она может пройти и без него, что он чертовски устал от сварливой женщины и вечно хныкающих детей.

— Кроме того, ты стоила мне хороших денег, — прибавил он в порыве гнева.

— Хороших денег? — спросила Ганна, поднимаясь на ноги, чтобы не чувствовать себя приниженной шестью футами двумя дюймами человека, возвышавшегося над ней, как гора. — Как это надо понимать, мистер Браттон? Каким же образом я стоила вам каких-то денег?

— Я охотник за вознаграждениями, мисс Макгайр, и вместо того чтобы заниматься людьми, которых мне надо схватить, я занимаюсь тем, что играю в ваше сопровождение! — огрызнулся он.