Попаданец 2.0

Широков Алексей Николаевич

— Дядька Лех, что с вами?!

— Это, Маришка. Подстрелили значица. Супротив правил рыцарских, да подлым образом пульнули стрелой магической, — здоровяк старательно делал умное лицо и говорил важно, всем видом показывая что, дескать, теперь он тут за главного. — Это самое… Надо бы живицы, раны залечить, а то супостата бит нужно, а мне без командира никак не можно. Сэр Алеющий Благоверный, и вы здесь! Радость-то какая! Ну, теперича уж мы ворога мигом…

Баронесса не обращала внимания на бубнёж здоровяка, склонившись над раненым. Судя по взмахам руки, он силился ей что-то ей объяснить, но гулкий

звук слов Бруно сводил эти попытки на нет.

— А ну тихо! — от командного окрика хрупкой на вид леди Мари верзила аж поперхнулся.

К их компании медленно, с выражением достоинства на лице подошёл смазливый щегол, несущий в одной руке магический светильник и тихо о заговорил чём-то с оруженосцем, то и дело, бросая в нашу сторону косые взгляды. Баронесса же, тем временем, склонившись к самым губам усача, внимательно вслушивалась в слова раненого.

— Гуэнь поторопись! — сказал я, заглядывая в фургон.

— Да-да! — недовольно пропыхтел эльф, развязывая очередной мешок из грубой ткани в котором он хранил свои побрякушки.

— Ну, конечно, же! — внезапно воскликнула девушка, заставив меня обернуться. — Технические тоннели дварфов! Дядя Лех, вы гений! Так!

Она повернулась ко всем остальным, я же навострил уши.

— Из замка, прямо отсюда, из конюшенных помещений существует тайный выезд. Путь я помню с самого детства. Сейчас я открою запоры, вы запрягайте химер и лошадей! Мы уедем…

В этот момент её взгляд упал на мёртвые тела верховых химер, и она резко замолчала, уронив руки.

— Как же так… — а затем она посмотрела прямо на меня.

Гуэнь выглянув из кузова, как и я внимательно вслушивался в слова Баронессы. Видя, что и рыцарь, и оруженосец, проследив за взглядом девушки, очень нехорошо смотрят в нашу сторону, помянул своего Гаен-дуна и положил руку на эфес своего клинка.

— Я же говорил! Наёмное быдло! Ни чести, ни совести! — произнёс рыцарь, и его меч с серебряным шелестом очень эффектно покинул ножны. — Что ж, придётся преподать вам урок! Сер Бруно я прошу вас быть моим братом по оружию!

— Почту за честь Алеющий Благоверный! — прогудел оруженосец, оглядываясь по сторонам, выискивая, куда бы примостить раненного капитана.

— Зачем вы убили наших скакунов? — долетел до меня дрожавший от обиды голосок Баронессы. — Это же так подло…

— Не тратьте на них свои золотые слова моя леди! — высокопарно произнёс Амадеуш, гордо выпрямившись, отводя меч в сторону.

Высоко подняв подбородок и глядя на нас слегка наклонив голову, всё так же картинно и презрительно, медленно приближаясь и при том, даже не пытаясь принять боевую стойку.

— Они того не стоят!

Я вынул молот из петли. Эльф одним гибким движением выпрыгнул из повозки, выхватывая свою саблю, и встал рядом со мной. Впрочем, не смотря на сложившуюся ситуацию, Гуэнь, похоже не отказывался от мысли разойтись полюбовно, в очередной раз, поездив девушке по ушам.

— Леди Мани-аян! Смею вас уверить. Что мы не…

— Довольно! — рявкнул рыцарь, всем своим видом показывая, что никакие слова не способны более повлиять на его решение.

Впрочем, и Баронесса, похоже, не обратила на эльфа ровным счётом никакого внимания. Девушка, не мигая, смотрела прямо на меня.

— Мы здесь

не причём, — спокойно ответил я на её беззвучный вопрос, и она медленно кивнула, принимая мои слова.

Видя это, блондинчик резко остановился, словно налетел на невидимую стенку, а затем посмотрел на Бруно в поисках хоть какой-то поддержки. Вот только парень, ещё секунду назад преисполненный смелости стоял на негнущихся ногах и заворожено, словно кролик на удава смотрел на мой молот.

— Хватит! Стойте Амадеуш! Уберите меч! — приказала девушка и быстрым шагом направилась ко мне.

Остановившись за несколько метров от повозки, она, невзирая на свой, довольно пикантный, внешний вид изобразила довольно изящный реверанс и, залившись краской, выпрямилась, глядя мне прямо в глаза.

— Сер Игорь… — она замолчала, собираясь с мыслями. — Прошу вас! Мой отец погиб. В мой дом пришли бандиты, и я не смогла его защитить. Капитан моей стражи, человек которого я знаю, всю жизнь тяжело ранен и я не знаю, дотянет ли он до утра. Я прошу вас! Помогите мне во имя Всеблагого!

Похоже, что неаккуратные слова Гуэня про моё «инкогнито» не просто упали благодатную почву, но и дали ростки. Меня явно принимали не за того, кем я был на самом деле, потому как похоже моё презрительно-хамское отношение к смазливому рыцарь полностью соответствовало представлениям девушки о высокородных особах.

Не знаю почему, но мне в этот момент на её месте мне почудилась Алиса. Моя сестрёнка, хотя и была полной противоположностью этой бледной и невзрачной девицы. Ощущение какого-то жуткого, беспросветного, одиночества, резануло мне нервы. Я на секунду представил, что бы было, если бы моя шабутная сестрёнка осталась совсем одна во всём мире, прямо как эта девушка, да ещё и в компании раненного, великовозрастного дебила и человека, на которого лично мне было просто противно смотреть. И понял, что просто не могу отмахнуться от её просьбы, хотя она похоже с готовностью приняла бы любое моё решение.

— Хорошо. Мы возьмём вас с собой, — и, повернувшись к вскинувшемуся эльфу, повторил. — Мы. Берём. Их. С собой.

Прочитав на моём лице все ответы, на свои, не заданные вопросы, ушастый тщательно скрывая своё недовольство, убрал саблю в ножны и, натянув на лицо дежурную улыбку философа-путешественника, грациозно поклонился. А затем молча, пошёл готовить нашего гобика.

— Бруно грузи капитана в фургон, — крикнул я оруженосцу, стыдливо мнущемуся под холодным взглядом красавчика. — А вы, леди, покуда, покажите мне, где этот ваш тайный проход.

Бруно, словно бы проснувшись, кинулся выполнять мой приказ. Девушка, подобрав свой плед, повела меня к самой дальней стене гаража, уж не знаю по какому стечению обстоятельств, находящееся почти прямо напротив нашей повозки. Стены в этой части конюшни, как в прочем и во многих других местах были покрыты затейливой резьбой и барельефами, изображавшими усатых и бородатых приземистых человечков, то воюющих друг с другом, то возводящих какие-то сооружения.

Баронесса указала два затейливо выполненных щита, в руках довольно схематично изображённых воинов с кирками вместо оружия. В отличие от них, сами щиты были вырезаны с особым старанием, да к тому же выступали из стены сантиметров на пять.