Попаданец 2.0
Шрифт:
— Проклятье! Что вы стоите, идиоты, — зычный рёв Леха, казалось, был слышен за сотни метров. — Сбивайте их с ног, засыпайте пламя песком, пожри дуллахан ваши внутренности. Да не водой, кретин ты безмозглый!
Рык командира внёс ещё большую сумятицу в и так шокированное произошедшим «диванное» войско подгорного замка. Кто-то кинулся к ящикам с песком, в изобилии расставленным на стене, кто-то — к уже визжащим и полыхающим товарищам, пытаясь свалить их ударами тупых концов копий. При этом несколько человек умудрились столкнуться, а одного из объятых огнём бойцов, особо ретивый служака скинул со стены и его крик затих после глухого
Оставшийся горящий воин, таки упал на землю, может быть, услышав, наконец, своего командира, но, скорее всего, просто уже не имея сил стоять на ногах. Попытки сбить с него пламя провалились, народ лишь бестолково метался округ, в основном мешая друг другу, да и хитрая горючая смесь была явно непростой. Уже через минуту-другую несчастный захрипел, а затем и вовсе затих. Ещё с десяток минут ушло на то, что бы погасить огонь на стене.
Естественно, что в этой суматохе, о какой либо стрельбе по противнику можно было забыть. Да и вообще, в его сторону смотрели лишь те, кто находился в двух башенках, выступающих из стены. Но в одну почти сразу же, после столь удачного для нападающих выстрела, прилетело несколько зажигательных горшков, заставив ретироваться всех находившихся внутри. А во второй, солдат скорее интересовало, успеют они выпрыгнуть или нет — если им точно так же не повезёт.
Поэтому, предупреждающий крик Гуэня, уже успевшего вернуться из арсенала, с новым коротким копьём, клинком, похожим на саблю и пращой, стал для всех, кроме меня, полной неожиданностью. Лех кинулся к бойнице, выглянул наружу и тут же с матом спрятался, а там где, ещё секунду назад была его голова, выбил из камня кучу искр арбалетный болт. Я тоже решил посмотреть, что же привлекло внимание ухатого, и «по-умному» прикрывшись щитом, в который тут же влетело пару гостинцев, выглянул в промежуток между зубцами.
И надо сказать, голосил эльф по делу! К стене, под прикрытием арбалетчиков и баллист приближалась странная конструкция. С виду она напоминала трап который подают к самолёту. Приставной пандус на колёсах и с двумя выдающимися далеко вперёд балками, на которых были закреплены массивные блоки. Цепи, пропущенные через них, в свою очередь крепились к какой-то, как мне показалось, двери, полностью оббитой металлом. Установленная вертикально она загораживала не только прятавшихся за ней людей, но и четвёрку монструозных созданий, гораздо более массивных и уродливых, нежели наш гобик.
Покрытые бронёй, на толстых, мощных ногах, они чем-то напоминали африканских бегемотов. Вот только я никогда не видел гиппопотамов с рогами, как у тура. К тому же тушки этих химер были увиты узлами бугрящихся мускул, от чего выглядели очень рельефными, что обычно несвойственно крупным животным.
На некоторых участках их тела покрывал панцирь, из чего-то, с виду напоминающего хитин. Так что камень, с завидной точностью запущенный эльфом из пращи, лишь бессильно отскочил, не причинив никакого видимого вреда. Твари его, похоже, вообще не заметили.
— Что это за смесь бульдога с носорогом?
Вырвавшийся у меня вопрос был в основном адресован в пустоту, так что ответа на него можно было не ждать. Выглянувший наружу, уже под прикрытием моего щита Лех разразился потоком брани, сравнимым, наверное, с большим петровским загибом. При этом он успевал отдавать команды, затейливо смешивая в речи нерасторопных служак, врагов, их оружие, а так же различные, противоестественные способы половых
— А ты… какого… стоишь как…? Сейчас эти… опустят свой… штурмовой пандус. Ты… со щитом управляешься лучше, чем все мои… Встанешь со мной и Бруно в первом ряду! — Капитан забрал у оруженосца один из круглых щитов, который тот таскал за ним и вскинув его на левую руку и обнажив меч, обращаясь к сержантам, добавил. — Бойцов построить позади нас, оттуда хорошо алебардами по врагам… а арбалетчиков поставить по флангах. И что бы у всех тетивы пели! Поняли су… дети! Если я услышу, что кто-то филонит, то… Бруно, оглоблей тебя по хребту, ты чё зенками хлопаешь! Щит на руку и в центр! Мы с боков тебя прикроем. Эй, вы, пожри дуллахан вашу печень, зажечь огни! Встретим этих… как полагается!
Собственно солдаты уже толпились у предполагаемого места высадки вражеских штурмовиков. Опознать его было довольно просто, по выломанным меткими попаданиями зубцам, открывающим беспрепятственный доступ на стену вражеской осадной технике. Вот только от наших бойцов за версту разило полной безнадёгой. И дело даже было не в том, как неохотно они сжимали древки алебард и ложа арбалетов.
Повинуясь командам капитана, сержанты создали за нашими спинами жалкое подобие строя, но даже при этом создавали впечатление, что я стою перед отарой ведомых на заклание овец. Которые, как я опасался вполне могли превратиться в гадюк. В отличии от Леха и Бруно, явно собравшихся биться до конца, их подчинённые явно подумывали о том — так ли вообще им сдалась вся эта военная служба, если сопровождается она не выпивкой и дворовыми девочками, а вот такими вот ожиданиями лавины врагов на узкой полоске крепостной стены. Так что, судя по настрою бойцов, вполне можно было ожидать того, что кто ни будь из них, решит купить свою жизнь, просто прирубив впереди стоящее начальство.
Здоровяк оруженосец расправив плечи, ткнул меня локтем. Сейчас он стоял с громадным ростовым щитом, напоминавшим римский скутум, вот только размером с добрую дверь. Заняв позицию по центру, парень, со стальным скрежетом, обнажил свой вчерашний тесак-переросток, вызвав очередную волну отборного мата у Леха. Свой кистень, он запихнул за пояс на спине, потому как, видимо, недоумку опять приспичило поиграть в рыцарей. Сам же капитан, занял позицию слева от нашей двуногой стенки, оставив мне для меня наиболее опасную сторону.
Да уж! Благородством тут и не пахнет. Видать не может забыть дядька проигрыша драгоценного кинжала. Надо будет поинтересоваться у Гуэня в чём собственно его ценность.
И тут, мне показалось, что за спиной беззвучно взорвалась свето-шумовая граната. Настолько сильным и резким был переход, от вечной полутьмы рукотворного ущелья, к яркому свету, пролившемуся на нападающих из включившихся магических прожекторов. Невольно зажмурившись, я второй раз за день вслушался в многословный загиб, делая зарубку себе в голове выучить хотя бы часть заковыристых слов. Такое знание всегда пригодиться, если понадобиться душу отвести, а русский мат хоть и хорошая штука, но на местных вряд ли подействует должным образом.