Помощники
Шрифт:
Пыля по дороге босыми ногами, мимо них пробегал Юрка, сын школьной сторожихи. Ребята остановили его и сообщили тревожную новость.
— А давайте проверим, — сказал Юрка. — У нас в кладовой много мела лежит. Айда в школу!
И они, не теряя попусту времени, заторопились в город, захватив с собой ещё и Алика.
У Павлика разбегались глаза. Первый раз он попал в город, да ещё в такой интересный! Вон с большого кирпичного дома снимают длинную вывеску с нарисованными на ней булками, сыром и колбасой. А вон большой
— Павлик, чего отстаёшь?!
— Дом сейчас повезут. Целый дом!
— Подумаешь, дом!.. Их всё время возят. Пойдём скорее.
На школьном дворе громоздились составленные одна на другую парты. Рамы из школьных окон были вынуты, двери сняты с петель. Хорошо бы побегать по гулким пустым классам и длинному коридору, да нельзя. Некогда!
Под лестницей в кладовке хранились запасы писчего мела. Он лежал в большом коробе.
— Подымайте, — скомандовал Юрка. — Вынесем вон туда, а оттуда — в окно.
Заодно с коробом прихватил и огромное ведро, чтобы было чем наливать воду.
За дровяным сараем ребята нашли укромный уголок. Павлик и Минька расчистили место, поставили короб на два кирпича, а Юрка и Алик притащили от водопроводной колонки ведро воды.
Приподнимая общими силами ведро, чтобы вылить воду в короб, ребята только мешали друг другу и чуть было не поссорились.
— Чего топчешься? Только ноги давишь, — ворчал Вовка. — Снизу, под самое дно берись.
Павлик стал вместе с Минькой приподнимать ведро снизу, но тут вода плеснулась Алику на живот.
— Ой! — взвизгнул он, а потом засмеялся, потому что стало щекотно: холодные струйки воды текли по ногам.
— Подумаешь, рассмеялся! — хмурился Вовка. — Пустите, я сам.
Но трудно было ему одному справиться с ведром. Он пыжился, громко сопел.
— Ребята, — вот! — крикнул Павлик, сорвав с головы тюбетейку, только вчера подаренную ему матерью.
— Ага. Давай. Верно! — дружно подхватили ребята.
— А я буду фуражкой, — сказал Вовка. — Ничего, она высохнет.
Черпая воду тюбетейкой и фуражкой, Павлик с Вовкой вскоре наполовину опорожнили ведро и потом уже легко вылили из него оставшуюся воду в короб.
Вовка был прав. Павлик замер, наблюдая, как мел действительно впитывал в себя воду. Из щелей старого короба к ногам ребят потекли молочно-белые ручейки. Скоро образовалась целая лужа, словно тут вылили молоко. Ребята были очень взволнованы.
Мало того, что вода впитывается, она, просачиваясь, ста-
ловится вон какой белой! Что это за море будет, если оно окажется таким же забелённым? В нём и рыба не станет жить и нельзя будет купаться.
— Большим кому-нибудь надо сказать, — решил Вовка. — Павлик, пойдём. А вы стойте здесь, — сказал он остальным ребятам
За сараем был раньше забор, но его сломали. Можно было перепрыгнуть через канаву и выбежать сразу на улицу. Павлик обстрекался крапивой, но не обратил на это большого внимания.
По улице навстречу им шёл какой-то бородатый человек, ведя за собой на верёвке козу.
— Дяденька… — подбежал к нему Вовка. — Вы знаете, дяденька…
Испугавшись ребят или решив улучить удобную минуту, коза стремительно рванулась в сторону. Верёвка выскользнула из рук бородатого дяденьки.
— Ах, шут тебя… Держи её!.. — закричал он ребятам.
И Павлик с Вовкой пустились догонять козу.
Она бежала по пустырю, а за ней, извиваясь змеёй, волочилась по земле верёвка. Вовка упал в какую-то яму, и Павлику пришлось помогать ему выкарабкиваться. А коза за это время успела убежать далеко.
Они долго гонялись за ней. Казалось, вот-вот настигнут. То Павлик, то Вовка припадали к земле, чтобы схватить конец верёвки, но коза делала новый скачок. Наконец Павлику всё же удалось ухватить верёвку. К нему вовремя подоспел Вовка, и они вдвоём потащили козу к хозяину.
— Что б вас всех!.. — сердито ворчал он. — Бегаете вы тут, оголтелые! — вместо благодарности напустился он на ребят. — Видите, какая она пугливая.
— Вы знаете, дяденька… — пытался Вовка рассказать ему об опыте с мелом. — Мы налили воду, а она стала белая-белая…
— Значит, и море тоже будет от мела белым? — тревожно спрашивал Павлик.
Бородатый дяденька сдвинул лохматые брови, дёрнул поближе к себе козу.
— Какое такое белое море тут будет? Почему это так? — строго сказал он и отмахнулся от них. — «Мел, мел…» Мелете невесть что. Некогда мне тут с вами…
Он крепче намотал на руку верёвку и потащил за собой упиравшуюся козу. Павлик и Вовка недовольно покосились на него.
Но ведь нельзя стоять, ничего не предпринимая.
— Знаешь, — сказал Вовка. — Тут недалеко Клавдия Петровна, наша учительница живёт. Давай ей расскажем.
— Давай.
И они побежали к учительнице. Но не только Клавдии Петровны, даже дома её не нашли. Вовка, стоя на разровненном пустыре, недоуменно озирался: казалось, что тут никогда никакого дома и не было!
— Тут вот жила она. Рядом с водокачкой, — смущённо говорил Вовка.
Водокачка стояла, а дома около неё нет.
— Ладно, — переменил решение Вовка. — Бежим.
Павлик бежал за ним, не зная куда. Но вот они пробежали ещё немного, и показался школьный двор с сараем, у которого они проводили свои опыты с мелом и где их оставались дожидаться ребята. Павлик только что хотел вслед за Вовкой перепрыгнуть через канаву, как навстречу им из-за сарая выскочили перепуганные Алик и Минька, а за ними, потирая ухо, выбежал раскрасневшийся, как рак, Юрка.