Помолвка
Шрифт:
Выброшенный на свободу огненный элементаль – страшная сила, и правильно делал советник, категорически запрещая Мирене спускать его на обычных бандитов. Хотя вряд ли сам знал точно, какую именно силу держит в руках.
Требуется совместное усилие не одного магистра огня для вызова и заключения в амулет самого крошечного, с горошинку, элементаля. И нельзя забывать, что он не станет сидеть в амулете без дела, как воздушный или водяной собрат, а начнёт скаредно, крупинка к крупинке, собирать всё доступное ему тепло, не брезгуя ни солнечным, ни человеческим. А
Доносившиеся снизу крики и всё усиливающийся жар подтверждали догадку магистра, а поток энергии, который Ленбар жадно впитывал и тут же вкладывал в щиты, дарил крошечную, почти эфемерную надежду на спасение.
Очередной, самый мощный вал жара нахлынул вместе со странной вспышкой света и удушливой волной мерзко воняющего дыма. Срывая и сжигая щиты, плавя мозги и забивая горло надрывным кашлем.
– Астаркум! – почти теряя сознание, спёкшимися губами пробормотал Ленбар, разрешая защитным куполам свободно брать энергию из его тела.
Самая крайняя мера, позволяющая щитам продержаться некоторое время после того, как маг уже не сможет ими управлять.
Но Ленбар никогда бы на это не решился, не догадавшись, что именно означает хлынувший в окна яркий свет.
Глава 25
Далеко не сразу Милли поверила, что их упорное и непрерывное сопротивление бесконечным атакам изобретательных шаманов заставляет поворачивать изменчивое лицо богини победы в сторону хозяев Эр-Маджара.
Некоторое время ситуация казалась почти безвыходной. Маги давно отправили из обители не только женщин и детей, но и младших и слабых учеников. Несколько магистров, освобождённых от прочих забот, всё время дежурили рядом с атакующими, держа наготове порталы и готовясь вывести коллег в случае смертельной опасности в загодя приготовленные убежища.
Однако к исходу второго дня маги начали верить, что они медленно, но верно движутся к победе. Именно к этому моменту вода в крипте достигла лестниц, ведущих в темницу, и намертво перекрыла шаманам все пути к источнику. И к запасному выходу из ритуального зала, по которому гамстарцы до этого выгоняли в ведущую наружу галерею толпы мерзких монстров, на скорую руку состряпанных из всякого мусора.
Отныне этот путь был для них закрыт, а становиться рыбами шаманы не умели. Хотя и попытались сотворить водоплавающих монстров, наивно полагая, что магистры не предусмотрят такой возможности. Первые же ледяные пробки и сумасшедшие водовороты показали гамстарцам всю глубину их заблуждений.
Но магистры воды на этом не остановились. Пока одни из них сооружали вокруг источника ледяные заслоны, направляющие основной поток энергии в сторону жителей обители, другие создавали водных големов и толпами отправляли в казематы.
Милли оказалась во второй группе и, наблюдая изнутри голема за происходящим в темнице, точно знала, что там происходит.
Впрочем,
– Повезло нам, что Ленбар успел закрыть выход в башню. Страшно представить… как всё могло повернуться, – потрясённо пробормотал кто-то из молодых магистров ещё в первый день, и все остальные маги только крепче стиснули зубы.
Гарди и старшие магистры поняли своевременность и верность решения Ленбара, едва прибыв в обитель. Уже в первый день была допрошена Хитта, и вскоре все точно знали, сколько пирожков и кусков мяса досталось попавшим в ловушку.
– У меня в лаборатории большой запас трав и бак с водой, отвары можно варить в неограниченном количестве, – успокаивая сам себя, пояснял желающим Вангор, – три-четыре дня они обязательно продержатся.
Про то, что Ленбару необходимо спать и пополнять резерв, он молчал. Да все и сами отлично понимали, один ученик – это ничтожно мало, чтобы выручить в такой ситуации. Про то, зачем магистр позвал с собой Мирену, маги перестали рассуждать после того, как всё откровенно разъяснила Хитта.
– Да разве стал бы хозяин брать с собой жену?! – возмутилась она, едва услышав осторожный вопрос Тайвиноса. – Как же! Он один тихо ушёл и Гектору велел дом запереть! А она, соколица наша, как узнала, так и взвилась! Не пробуй, говорит, меня удержать! Знаешь, говорит, на что я способна! И глазищами-то так и сверкнула! Дочку велела усыпить и охранять и побежала! А он говорит – убьёт меня учитель! Корзинку схватил, еду побросал… я, конечно, немного помогла, и тоже побежал, а окна листьями закрыл…
– Мы ей все амулеты вернули… – невпопад сообщил Тайвинос, вспоминая спелёнутых ловчими сетями учеников… – Гектор правильно сделал, что не стал спорить.
– Кто мы такие их судить… – горько вздохнул Гарди, – так всегда бывает… Живёт рядом человек, и ты даже представления не имеешь, на что он способен в непредвиденной ситуации. В кусты побежит или вперёд бросится. Они бросились вперёд… и теперь неважно, какие причины их вели.
А к середине третьего дня шаманы решились на отчаянный шаг. Увели в караулку, защищённую от нападения големов, Вестура и одного из лазутчиков, обнаруженных магами и ждавших решения своей участи, и приступили к ритуалу. Едва заслышав первые крики, Сарджабиз решительно отобрал у принцессы управление големами и послал её отдыхать.
И побледневшая от ужаса Милли была ему только благодарна за такую заботу. Точно зная, ей и уже увиденного хватит на несколько полноценных кошмаров.
А к вечеру стало понятно, что всю мощь последнего удара шаманы решили направить на выход в башню.
– Нужно снимать щиты, – мрачно объявил Гардиан, и никто не стал спорить.
Знали, чего ему стоило такое решение.
Теперь вопрос лишь в том, кто успеет первым. Выдохшиеся и растратившие почти все заготовленные заранее пакости шаманы – или маги.