Полюблю до гроба
Шрифт:
Застать их можно в неформальной обстановке в кафе у Милы. Ашот Бахчинян, как настоящий восточный человек, жить не может без кофе, а Мила варит его исключительно хорошо, это все признают. Так что капитаны забегают к Миле утром, перед работой, затем после обеда – это святое, и, наконец, пятичасовой чай они тоже заменяют кофе. Так что если поспешу, я как раз успею их застать.
– Бонни, ты куда собрался? – удивилась я, заметив торчащий из пасти моего бегемота поводок. –
«Еще чего…» – слегка рыкнул Бонни.
Они с Милой очень симпатизируют друг другу, точнее, Бонни симпатизирует горячим бутербродам с ветчиной и сыром, которыми регулярно потчует его Мила. Но дело в том, что Бонни терпеть не может Лешу Творогова. У Лешки дома живет кот. Поэтому никакого задушевного разговора у нас с капитанами в присутствии Бонни не получится.
– Бонечка, – сонным голосом позвал дядя Вася, – иди сюда, книжку почитаем!
Уверена, что, вернувшись, найду эту парочку сладко спящей на диване!
Капитанов я, разумеется, застала у Милы. Они сидели в уголочке, мрачно нахохлившись, из чего я сделала вывод, что у них служебные неприятности. Если у Лешки неприятности на личном фронте – к примеру, снова поругался с родственниками или очередная пассия его бросила, – то он выглядит просто несчастным, но не мрачным. А у Бахчиняна вообще личных неприятностей не случается – его все любят: жена, трое детей, теща, многочисленные армянские родственники, а также все без исключения особы дамского пола (я тоже).
Я переглянулась с Милой, показав глазами на дальний столик – что, мол, с нашими капитанами такое?
Она в ответ развела руками – по всей видимости, дело серьезное, сама попробуй выяснить…
– Привет, мальчики! – осторожно начала я, подсаживаясь к капитанам с чашкой кофе. – Что это вы такие расстроенные?
– Будешь тут расстроенным… – проворчал Творогов. – Начальство каждое утро стружку снимает, вот уже вторую неделю никакого покоя нет! Каждое утро вместо зарядки мордой по столу возят! Еще немного – вообще уволят или в постовые переведут…
– Ну, уж будто! – не поверила я. – Да если таких толковых сотрудников, как вы, увольнять, кто тогда преступников ловить будет? Такие классные специалисты на дороге не валяются!
Обычно Леша Творогов ведется на лесть, причем особенно успешно – на грубую и примитивную, но на этот раз он ее просто не заметил. Даже не взглянул на меня, только горестно вздыхал и размешивал ложкой кофейную гущу. Значит, дело действительно плохо.
– Давай я тебе погадаю! – предложила я, незаметно подмигнув Бахчиняну.
Отняла у Леши чашку, перевернула ее, дала кофейной гуще стечь и принялась фантазировать, разглядывая
– Вот тут, видишь, видны ступеньки, ведущие наверх, а над ними просматривается звездочка, причем большая… так что тебя наверняка в скором будущем ждет повышение по службе, ты наконец получишь майорскую звезду…
– Какую звезду! Что ты несешь! – вспылил Творогов и отнял у меня чашку. – Да нас с Ашотом вообще скоро уволят!
Он опустил глаза в стол и замолчал.
– Что с тобой сегодня? – спросила я, старательно показывая обиду, даже слезу очень удачно в голос подпустила.
Но Творогов даже не взглянул в мою сторону.
– Понимаешь, Вася-джан, – ответил за друга Бахчинян, – на нас висит нераскрытая серия квартирных краж. Почти год орудует у нас в районе шайка, грабят квартиры богатых людей. Мы с Лешей это дело ведем. Уже шестая кража – и никаких зацепок.
– Седьмая, – подал голос Творогов.
Из этого я сделала вывод, что он все же слушает наш разговор, а не просто молча страдает. Бахчинян, однако, на слова напарника никак не отреагировал.
– А почему именно сейчас начальство на вас взъелось? – спросила я, чтобы показать свой интерес к рассказу.
Вообще-то мне не терпелось поговорить с ними о своем, о девичьем, но если хочешь, чтобы тебя выслушали, сначала умей выслушать других… Это дядя Вася так говорит, и я с ним совершенно согласна.
– Да такое дело, Вася-джан… на прошлой неделе эти ловкачи обнесли квартиру дочки самого Корсакова!
Произнеся эту фамилию, Бахчинян поднял глаза к потолку, из чего я сделала вывод, что Корсаков – это очень большой начальник.
– Богатая квартирка? – оживилась я.
– Ну, – буркнул Лешка, – там дочка замужем за каким-то крутым перцем. Квартира из пяти комнат, набита добром разным под завязку.
– Обнесли по полной, – подтвердил Ашот. – Корсаков – это заместитель начальника городского управления, и он эти кражи взял под свой личный контроль, так что теперь каждый день звонит нашему шефу…
– А тот мордует нас! – закончил за друга Творогов.
– А почему вы уверены, что это одни и те же люди орудуют? – поинтересовалась я.
– Почерк схожий, – ответил Ашот. – Работают каждый раз около двенадцати часов дня, дверь квартиры открывают без взлома, значит, как-то достают ключи. Действуют очень быстро, значит, точно знают, где и что искать. Берут в основном драгоценности, наличные деньги, дорогой антиквариат…
– Наличные деньги сейчас мало кто в доме держит! – усомнилась я. – Все теперь умные, деньги держат в банке…