Полундра!
Шрифт:
— Вот возьмите, — тихо произнес Рон. — Тут в бочке Антипохмельное, а в бутыли спирт, что вам больше нравится.
— Вот молодцы какие! — Магия после зелья приободрилась. — За это я вам не только право подтвержу, я вам… Смерть! — крикнула она в сторону.
— Ну чего вопишь? — женщине в черном, появившейся в зале, было точно нехорошо, причем также.
— Выпей, — показала ей на дары Магия. — И дай мне Артура на минутку.
— Артур — это к Моргане, — заметила Смерть, присасываясь к бочке. — Но за такой подарок она что угодно отдаст. Да и Артур тоже…
Рон
Появившийся бородатый мужик в семейных трусах и с мечом на плече, в первую очередь выхлебал треть бутыли, а затем невнятно благословил, причем несло от него так, что впору было вешать табличку «огнеопасно», как на цистерне с горючим. При этом смысл происходящего ни Рон, ни Невилл не поняли — очень уж невнятно бородач говорил. Решив, что ничего плохого не будет, подростки дождались окончания ритуала, отправившись затем обратно — строить планы.
Глава восемнадцатая
Невилл
Артур с мечом у меня вызывает только одну ассоциацию — король Артур. Надеюсь, корону он нам не передал, потому что тогда ситуация будет совсем не смешной — править придется и магглами, а там все сложнее, чем у магов. С другой стороны, вякнуть никто и не посмеет, но проверять не хочется.
А хочется мне сейчас пообщаться с командиром о наших планах. До школы остается немногим меньше месяца, потому нам очень важно определиться с вопросом — надо ли нам туда вообще, и, если надо — зачем? С одной стороны, наши души уже не соответствуют носителям, но кровь и плоть остались теми же. Ну и кроме того, проверять, действительно ли контракт существует, мне не сильно хочется.
Проверить это можно в Хогвартсе и, насколько я знаю, нигде больше. Но тогда и наши девочки в опасности?
— Командир! — зову я о чем-то задумавшегося Рона. — По идее, ты, как глава семьи, можешь разорвать контракты.
— По идее, могу, — кивает он. — Если контракты есть, если их в принципе разорвать можно, если… Много этих «если».
— Власть надо брать, — понимаю я его аргументы. — Отменять этот бардак, как наши в семнадцатом, строить нормальный социализм, и чтобы никакая…
— Есть одна проблема, — сообщает мне командир. — Дамблдор.
Тут он прав, Дамблдор может много гадостей сделать, вплоть до местного аналога Гражданской войны. Значит, нужно начинать с него? Или начать одновременно? Тут нужно подумать. Если его взять, но не кончать на месте, то может сбежать. Правда, он и так, и так может.
— А хватит у нас сил и на Министерство, и на Дамблдора одновременно? — интересуюсь я у командира, погружая его в глубокую задумчивость.
— Колина, Гермиону и товарищей разведчиков собрать надо, — решает он, тяжело вздохнув. — Ты прав, власть брать пора, но делать это необходимо правильно.
Тут я с ним согласен,
— Мистер Грейнджер, — зовет отца Гермионы Рон.
Ему, видимо, в голову аналогичная мысль пришла, а я топаю в библиотеку, благо она недалеко. Недалеко-то недалеко, но огромная у нас она — уходящие вдаль шкафы до почти невидимого потолка. Я здесь что-то искать до морковкиного заговенья буду. Значит, нужен каталог. Замечаю большой полупрозрачный шар, как раз на том месте, где обычно лежит каталог — в поместье у нас, например. В Хогвартсе на этом месте библиотекарь сидит, мрачная леди, непонятно зачем оказавшаяся в школе. Она же ненавидит детей!
— Каталог, определение текущего титула и статуса, — прошу я шар, положив на него руки.
Откуда-то сверху на меня, подобно «Мессеру», прицельно пикирует внушительный том. Отскакиваю, но, как оказывается, зря — он на стол приземляется и сразу же раскрывается на нужной, как я сейчас понимаю, странице. Что же, почитаем…
Гермиона
Я внимательно смотрю на папу. Сейчас он не только отец той Гермионы, что родилась тут, он мой старший товарищ. Вопрос, который нам надо решить, — очень важный. За время своего существования Министерство Магии приняло множество законов, включая те, что против нас. Мы можем отменить все эти законы, но если не предложить своего, то воцарится анархия, а наша задача — построение социалистического государства, и анархии в нем не место.
— Как именно вы можете отменить все законы? — не понимает нас товарищ Криви.
— В ритуальном зале мы можем либо подтвердить их, — объясняет Рон, — либо отменить, как не соответствующие нашей воле. Как-то так в книге написано.
— Страна непуганых… — вздыхает папа. — За основу хотите Сталинскую Конституцию?
— Да если бы, — очень грустно вздыхает наш командир. — Сталинская, как и Ленинская, были ориентированы на рабочих и крестьян, а тут у нас одни паразиты. Если с ними как с «бывшими», Магическая Британия обезлюдеет, потому надо думать.
— Можно взять Конституцию восемнадцатого года, — вношу я свое предложение. — Конституция тридцать шестого же просто закрепляла существование страны и сложившегося порядка, а вот восемнадцатого…
— А ты ее помнишь? — удивляется папа.
— У нее родители из НКВД, — улыбается Гарри, приобнимая меня за плечи. — По идее…
— Ну да, аттестация же была, — хихикаю я, начиная цитировать по памяти: — Россия объявляется Республикой Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Вся власть в центре и на местах принадлежит этим Советам.