Полундра!
Шрифт:
Если бы Рон был менее зол, если бы в нем не сидел моряк, если бы…
Глава шестнадцатая
Симус
Мы с милой и первым отделением прибываем первыми. Во-первых, надо обустроить лагерь, во-вторых, здесь все разведать. За давностью лет не помню уже ничего, да никто не помнит. Итак, большущий стадион амфитеатром, вокруг места для расселения. Так как мы относимся к древней семье, то я имею приоритет расселения.
— Давай лучше
— Хорошая мысль, — киваю я, втыкая флаг.
На красном полотнище синеет рука с ладонью, сжатой в кулак. Это наш знак, наш символ, подтвержденный Магией. Ну, почему синий, думаю, понятно, если припомнить состояние, в котором находилась Великая сила. Впрочем, так даже лучше. Пока товарищи размечают лагерь, я беру под руку зазнобу и топаю с ней по периметру зоны расселения, рассматривая отметки о том, кто где.
— Не помню точно, — говорит мне моя Катя. — Но, кажется, откуда-то отсюда началось.
— Ну тогда оставим сюрпризы и подарки, — усмехаюсь я.
На складе нам такие подарки достались, что просто счастье — радиодетонаторы, мишенные мины, «лягушки»… Поэтому я сейчас быстренько минирую в шахматном порядке. Если фрицы действительно пойдут отсюда, то будет фарш крупного помола, ну а если нет, то мины тоже зря не пропадут, потому что «своих» у нас тут нет. Все свои у нас в крепости, да на далекой Родине, а здесь только фрицы.
Видел я, что творили эти гады в деревнях, да и ребята рассказывали, что бывает, если фашисты поганые наших девок встретят. Так что нет у меня к ним жалости, всю жалость выела война. А помню еще мальчонка к нам прибился — он девочку лет двенадцати на себе тащил. Так гады эти над ней… Она цеплялась за него, как за последнюю надежду. Вот в его глаза смотреть было страшно — одиннадцать лет, а такая ненависть в них горела… Потому не будет пощады местным фрицам.
— Скоро наши прибывать начнут, — напомнила мне следящая за временем Катя, прижимаясь ко мне.
— Да, милая, — киваю я, отправляясь в обратный путь. — Надо будет еще раз пройтись, когда гады понаедут уже, что-то меня беспокоит.
— Надо — пройдемся, — хмыкает она, о чем-то задумавшись. — Ну, или сверху посмотрим.
На нас всех флотская форма, потому как матросы пехотную форму так и не приняли, а нам все равно, только летный состав в своей. Потому Катя у меня в фуражке с голубым околышем, а я в привычной пилотке. И всем это до фонаря. Либо не знают, что значит эта форма, либо просто не воспринимают угрозой детей. Ну это мы их разочаруем, конечно…
Интересно, как Дамблдор отреагировал на утрату героя? По идее, ему должны были дать знать, что Поттер уже не тот. А если нет? Хм… Если нет, то будет сюрприз. Потому что никакой власти у старикана уже нет, он даже палочку поднять не сможет на члена семьи властителя этих земель, потому как прямой бунт. Или магия накажет, или ребята пристрелят. Так что год у нас ожидается средней веселости.
Наверное, надо с Роном поговорить, чтобы девчонок наших в крепости
Гермиона
Простившись с родителями, я беру в руку метлу, становясь в общий строй. Прямо рядом с Гарри, а Кэти уже на месте. Рон построил нас всех, чтобы сказать напутственное слово. Нам пора на точку временной дислокации, ведь именно там мы примем первый бой. Оружие заряжено и проверено, патронов взяли с собой видимо-невидимо, но все равно мало, ребята пару гранатометов и пулемет с собой берут, потому что случаи бывают разные.
— Товарищи, помните, враг коварен, работаем только по команде! — напоминает нам командир. — Без приказа огня не открывать!
— Товарищи! — вперед выходит Колин. Он у нас за комиссара, пока своего нет. — Фашисты напали на нашу Родину и тем подписали себе приговор. Здесь они зовутся иначе, говорят на другом языке, но спрятать свою мерзкую сущность не могут. Если дорог тебе твой дом… — без перехода начинает он читать стихи Симонова.
И мы все, весь строй, подхватываем эти грозные яростные строки. Я чувствую, как негасимым пламенем, яростным огнем во мне разгорается ненависть. Я уже и сама готова рвать проклятых фрицев зубами, только бы прихватить еще хоть одного с собой. Поэтому, едва лишь заканчивается стихотворения, я запеваю, а за мной сразу и Луна, затем только присоединяются ребята, а за ними родители, что Колина, что мои. Они понимают, что мы чувствуем, они очень хорошо осознают это, потому что это действительно наш решительный, хоть и не последний бой.
— Вперед! — командует Рон.
С ощущением протаскивания через очень узкую трубу мы оказываемся на зеленой поляне, среди поднятых шатров и готовых уже полевых укреплений. Все тщательно замаскировано, но если будет надо, то держать оборону сможем долго, учитывая, что авиация у нас есть, а как у фрицев с этим самым — еще не известно.
— Авиации занять левый шатер, — командует Рон. — Медицине — правый, любимая, там щель есть на случай чего. Ерохин!
— Я! — отзывается пробегающий мимо краснофлотец.
— С пулеметом отвечаешь за медицину! — короткая команда строго по делу.
— Сделаю, — кивает названный Ерохиным, как только Рон их всех помнит…
Я отправляюсь с Гарри к нашей палатке. Она хитрая, потому что прикрывает вход в землянку. Случись налет — а мы в безопасности. Ну, сравнительно, конечно, но тем не менее. Надо проверить оружие, все подготовить к вылету, ибо Чемпионат мы смотреть не будем, нет там ничего интересного, а вот после него и начнется самое интересное.
— Командир, я там заминировал слегка, — докладывает Симус, я его слышу, потому что недалеко ушла, и вот услышанное заставляет меня улыбаться.