Полшанса 2
Шрифт:
Легко сказать, подожди. Мир начел затухать, а ноги заплетаться.
— Да, ладно и тут тоже! Придётся вернутся.
Сколько прошло? Больше двух минут? Думаю, чуть меньше. Учитывая, что я продолжаю двигаться, можно сказать иду на рекорд.
На третьей минуте падаю кулём прямо в густом облаке газа. Из последних сил рывком сдёргиваю бесполезный противогаз, делая последний, глубокий, смертельный вдох.
Так я подумал, так подумал Джага попытавшийся натянуть на меня бесполезную маску. И так бы подумали все остальные…, остальные солдаты и офицеры Гетлонда.
— Это не газ,
— Что? Он искусственный, ползёт с того берега. — Попытался снова натянуть на меня противогаз Джага.
— Нет. Это не газ. У меня нет признаков отравления. Нигде не жжёт и не свербит, нету странного запаха. Воздух чист. — Растерянно скорее, даже для себя произнёс.
— Тогда на кой это делать? — Непонимающе спросил, Джага в прочем не торопясь снимать свою защиту.
— Что бы командование отвело большую часть солдат, не имеющих защиты к третьей линии обороны, а Русланд без проблем форсировал реку. Скрыв своё передвижение в тумане, чтобы их не смела наша артиллерия пока они на подходе.
— Вот же, дерьмо!
Взвыла серена по окопам ударили миномёты.
— Они уже перешли реку. Заняли или спустились с вала к нам. Давай обратно на позицию.
Туман прорезали появившиеся из него лёгкие пехотные юмборы или по-простому, шагоходы. Платформа метров трёх высотой, но если выпрямиться, то станут настоящей сторожевой вышкой удвоив высоту. Передвигаются они на эдаких куриных ножках, выгнутых на зад с широкой трёх палой стопой для устойчивости. На платформе кабина, только не квадратная, а угольная. На стыке смыкания амбразура из которой торчит ствол картечницы. За кабиной короб с движком закрытый, так называемым «надгробьем». Стальной лист толщиной в несколько сантиметров. Ходовые сгибы прикрыты навесными щитами. Не то чтобы они могли дать реальную защиту, они скорее призваны для то чтоб выпущенный снаряд взорвался о них, а не об одну из опор.
Внутри два человека. Причём водитель находится сзади сидя спиной к двигателю, наблюдая за дорогой через перископ. А впереди стрелок по совместительству штурман. Собственно, это и есть главная слабость таких механизмов. Высокая манёвренность и мобильность, в купе с возможностью мгновенно занять господствующую высоту. Сразу завоевали любовь в военной среде. Вот только из-за плохого обзора, к ним легко подобраться если они удалятся от своего прикрытия, но и быть близко к своим во время боя плохая затея. Так как всё из-за того же плохого обзора легко можно подавить своих же.
Блага здесь из техники противника пока только пехотные шагоходы. С ними разберутся сороковки. Правда число их не известно, точнее банально не видно сколько их.
— В окопах! Враг в окопах!!! Штыки на изготовку! — Со всех сторон послышался короткий лязг скользящих колец штыка по основанию винтовок.
Вот и дождался. Первая боевая сцепка. Посмотрим на что, я годен.
Шагоходы строча по окопам из картечниц прижали обороняющихся ко дну. С холмов бахнули восемьдесят восьмые, с первого раза разворотив парочку юмбор. Русладцы решили не дожидаться пристрелки по другой технике. Расположившиеся на вершине вала миномёты бухнули дымовыми снарядами.
Начавшаяся прояснятся картина вновь исчезла
С третий линии обороны сзади к нам быстро начали стягиваться ручейки поддержки, перекрывающие собой проходы. Вставая живой стеной на пути врага. Вовремя. Расклад не в пользу Русланда, однако на прорыв пошла штурмовая пехота. У них имеется полноценная броня, закрывающая всё тело и вооружены они многозарядными пневматическими карабинами. На нас только латанные перелатанные старенькие кирасы с натянутыми по верх подсумками.
Надеюсь расхваленное пороховое оружие действительно стоит того, что мы должны противостоять врагу с однозарядными винтовками. Ощутимый толчок в правое плечо. В ушах зазвенело чуть сильнее. Гильза с металлическим лязгом в облачке рассеивающихся пороховых газов вращаясь упала под ноги.
Следующий патрон моментально обретает своё место в казённике. Сотни и сотни отрывистых выстрелов рассекая воздух заставляют закручиваться дымовую завесу. Вставшие в проходах воины одномоментными залпами пресекают любую попытку прорваться в глубь окопов. Лезущие по верху Русладцы путаясь в кружевах колючей проволоки становятся отличными мишенями. Пристрелявшиеся орудия удачно гасят поддержку шагоходов ориентируясь по всполохам картечниц в густом дыму.
Резвое наступление красных сначала замедлилось, затем застопорилось, а теперь и вовсе грозило захлебнутся. Точнее так показалось…
Из-под земли раздалось гулкое уханье, а после, после мир позади нашей второй линии исчез во взрыве. В третий линии обороны появился огромный пролом. Опираясь на край окопа поднялся, чтобы моментально осознать своё и всего вокруг, падение в низ.
Уйдя на добрый десяток метров в низ, первое что я увидел это обвалившийся тоннель. Диаметром метров пять. С ребристыми, винтовыми стенками закрученные по часовой стрелки.
Два одновременных крика ударили с двух противоположных сторон. Первый принадлежал нашему лейтенанту Блацу, в новь появившемуся из не откуда.
— Грабойды! — Крича это он выдёргивал из грязи солдат. — Это грабойды, вернутся всем на прежние позиции. — Срывая голос он продолжал кричать. — Отставить панику! Вернутся на позиции! Беглецы будут объявлены дезертирами!
После он ещё несколько раз проорал про грабойдов. Словно информация о бурильных машинах, сделавших прямо под нашей позицией подкоп могла вернуть порядок.
Вообще больше похоже на бред. Эти Русланцы совсем с головой не дружат. Мало того, что притащили осадную машинерию туда где, нет бункеров и крепостей. Так и ещё решились бурится под рекой, не боясь самим потонуть. И ведь то что сейчас зима, а значит придётся идти ниже глубины промерзания почвы, их то же не смутило.
Второй крик раздался с задних позиций.
— Баки с горючем поврежде…
Оглушительный рёв пламени, несмотря на зимнюю стужу стало невероятно жарка. Позади взбушевалось целое море пламени, сквозь которое ничего не видно.