Полшанса 2
Шрифт:
Так мы, разделившись по взводам, тоща на себе бессознательные тела, прокладывали путь через сугробы и лестной бурелом двигались к расположению части.
Благо лес был не густой. Но лес днём и ночью это две разные вещи. Да и снегопад, который идёт, не прекращаясь уже четыре дня несколько не облегчает путь. Радует, что указатели, высвечиваемые единственным фонарём на всех, всё ещё видны.
По прибытию в место базирования штрафных батальонов. Следующие три дня мы провели в нескольких больших камерах, где-то под землёй. Освещения там не было. Кормёжка так же не предполагалась, только
На утро четвёртого дня нам приказали строится. Мы потерявшие всяческий человеческий облик шаркая и опираясь друг на друга построились. Несмотря на множество ран, на тяжёлый кашель. Удивительно, но из моего взвода все были живы. Пока что.
Инструктор прошёлся вдоль строя внимательно смотря на каждого из нас.
— Рядовой Беляш.
— Я. — В перёд сделал шаг боец, держащийся за локоть.
— Что произошло с ротой?
— Нас изб… — Беляш замолк, покосившись на взвод. После чего выпрямился, отпустив разбитый локоть. — Мон, было проведено физическое наказание за совершённое преступление, мон.
— Вернутся в строй. Рядовой Яков Николаевич шаг в перёд.
— Я.
— Наказание было справедливым?
— Мон, не могу знать, мон!
— Повторяю вопрос: — «наказание было справедливым»?
— Мон, рота понесла наказание соразмерное вине, рядовой считает если наказание было применено, значит оно было достаточным, мон.
— Вернутся в строй. Рядовой Туша.
— Я.
— За что рота понесла наказание?
— За…эээ…Мон, рота понесла наказание за нападение на военную полицию во время исполнения их прямых обязанностей, мон.
Инструктору явно не понравилась формулировка, но он всё же сказал.
— Вернутся в строй. Рядовой Студер.
— Я.
— Повторится ли наказание в будущем?
— Мон, не как нет, мон.
— Почему?
— Мон, следующего раза не будет. Взвод повторно допустивший подобное происшествие или схожее будет расформирован, как элемент несущей угрозу. Судьба каждого из бойцов взвода будет решатся отдельна, но по законам военного времени каждый будет заочно признан изменником, подлежащим расстрелу, мон!
— Верно. Встать в строй. Все слышали!?
— Мон, так точно, мон!
— У вас не будет второго шанса. — Дождавшись появления понимания у каждого из бойцов. Инструктор скомандовал. — Налево! В баню, бегом, марш!
Глава 10
— А, ты можешь не махать топором около моей головы!
— Могу. Просто убери свою бестолковку подальше от места где я работаю.
— Тогда может ты и дрова сам будешь таскать, а я постаю, покурю.
— Без проблем, иди сообщи о своей идеи инструктору. Уверен он оценит.
— Джага, Беляшь, работайте молча.
Оба шмыгнули красными носами и вернулись к работе. Я, затянув потуже узел на вязанке, закинул её на сани. За последнии недели я как-то свыкся с этой работой. Сейчас заготовка дров в зимнем лесу не кажется чем-то плохим. Только тут можно отдохнуть от постоянного ора инструктора.
По просеке, по которой мы отвозим сани с дровами, послышался перестук копыт. На поляну, где шла заготовка, на взмыленной лошади ворвался солдат.
— Приказ! Прекратить работу! Всем
С этими словами воин развернул кобылу, ударив её в бока и умчался обратно.
— И что это было? — Проговорил Джага с занесённым над головой топором.
— Приказ. — Сплюнув мокроту в снег буркнул Яков Николаевич, и надрывая воспалённое горло прокричал отделению. — Строимся!
Солдат на кобыле успел объехать весь лес и уже подходя к дороге рота выстроилась по взводам, оперативно выдвинувшись в сторону базы. Перед самым КПП нам пришлось пропустить колонну техники.
— Эй, смотри, не видел раньше таких юмбор. — Джага ткнул локтем в бок Беляша.
— Много ли ты вообще видел боевых-юмбор? — С насмешкой спросил Беляш.
— Достаточно. Я ведь с запада Гетлонда, именно там находятся центры по разработке и заводы по производству юмбор. Я их с детства видел. В городе, в котором я жил, даже несколько памятников им стояло. Так что кое-что понимаю. И вот это. — Джага кивнул в сторону…
Юмборы, словно замершую в изготовке для прыжка, твёрдо стоят на двух выгнутых назад массивных гидравлических стойках. Те, в свою очередь, удерживают на так называемых «гусиных лапках» широкое листообразное основание с тремя полуметровыми шипами на переднем крае и одним в «пятке».
Опорно-двигательные стойки крепятся шарнирами трёхметрового диаметра к поворотному механизму, состоящему из четырёх передаточных частей. Первая и вторая отвечают за движение стоек. Третья — за вращение корпуса, который без проблем оборачивается вокруг своей оси, делая полный оборот за сорок секунд. Четвёртая или «кольцевая» жёстко держит на себе навесные угольные бронелисты, прикрывающие сам механизм.
Корпус начинается лишь на отметке в восемь метров выше земли. По сути многоугольная коробка с приспущенной чуть вниз передней частью. Там с правой стороны располагается кабина пилота, наблюдающегоза окружением через четыре монокуляра, размером с человеческую голову. Один смотрит, прямо. Второй — в лево. Третий — в низ. Четвёртый — в небо. А за левую сторону остаётся лишь молиться. Так как с той стороны, пилот ни черта не видит без поворота всего корпуса на девяносто градусов.
Слева располагается оператор основного орудия и вспомогательного трёхпалого манипулятора. Весьма полезная вещь, если нужно разобрать завал на дороге, поработать краном для перемещения грузов, оказать поддержку в возведении водной переправы или порубить в фарш вражеских хтоников на которых жалко тратить патроны.
На данной юмборе, в качестве главного наступательного орудия, установлен огнемёт. Есть вариации со скорострельными тяжёлыми картечницами, миномётами или семидесятимиллиметровым орудием. На их фоне огнемёт кажется не серьёзным, в особенности учитывая потребление топлива. Только огнемёты устанавливают на те юмборы, которые будут участвовать в массовой зачистке живой силы противника в непосредственной близости или для выкуривания солдат из окопов, дотов и полевых бункеров. Казалось бы, как это осуществить? Как доставить такую махину в тыл к противнику для выполнения этой цели? Кто подпустит близко этого железного монстра, если только оборона уже не прорвана.