Половинки космоса
Шрифт:
– А дисков совсем не осталось? – переспросил Козодоев, хотя своими глазами видел, как стопа лазерных дисков оплывала стеклянным блином.
– У кого «один-один»? – спросил Жих.
Дима Грановский опаздывал на факультет. Торопливо застегивая рубашку, он смерчем пронесся по кухне. Щелкнул чайником, перебросил на стол из холодильника два батона колбасы, паштет, тарелку с нарезанным сыром, шоколадную пасту и йогурт. Пометался в поисках пульта от телевизора. Выключил свет в ванной, вернулся на кухню, из пустой хлебницы достал черствую
Наливая чай, он перебирал каналы, пока не нашел «Новости».
«…по-прежнему нет. Расшифровка последнего принятого пакета позволяет утверждать, что пожар был локализован в головном отсеке корабля. Остается только надеяться, что не пострадали основные элементы управления кораблем и бортовой компьютер. Напомню, что через восемь месяцев по расписанию должны включиться маршевые двигатели для вывода «Ивана Ефремова» на эллиптическую орбиту вокруг Марса. Видимо, до этого времени…»
В коридоре зазвонил телефон.
– Слушай, отстань уже со своими деньгами! – повысил голос Бекхан.
– Ну играть-то нужно на что-то, – упрямствовал Козодоев. – Не на щелбаны же!
Он только что победил в первой партии и явно ждал приза.
Жих отплыл к иллюминатору. Райнис скрестил руки на груди.
– Мне кажется, что вероятность того, что мы долетим туда, куда собирались, достаточно мала…
– Вся система управления кораблем, кроме блока обработки сигналов, не пострадала, – жестко возразил Бекхан. Как командир экипажа, он не мог допустить подобных разговоров.
– …Это станет ясно еще очень нескоро. А пока нам нужно какое-то занятие. У нас даже книг нет.
Латыш был прав. Собрания сочинений, энциклопедии, справочники, фильмы, фотографии – все это перестало существовать, спеклось в перегретых корпусах нескольких пострадавших машин.
– А давайте сами напишем книгу, – предложил Жих, не отрываясь от иллюминатора. – Автобиографию или что-нибудь такое. Или послание потомкам. Или…
– Мы не писатели, – сказал Козодоев.
– Прекрати мне это, – предупредил Жиха Бекхан. – Потомки, послание! Через двести сорок пять суток мы поворачиваем к Марсу. Еще через сто двадцать вы двое спускаетесь вниз и работаете по программе. Потом возвращаетесь. Мы улетаем назад. Всё.
– Я хорошо знаю Древнюю Грецию, – сказал Жих. – Можно попробовать восстановить историю мира, например. Представляете, как потом будет прикольно почитать! Когда вернемся.
– Я много читал по истории Ближнего Востока и Малой Азии, – неожиданно поддержал его Бекхан. – Про всяких сельджуков, османов, о походах крестоносцев – всего понемножку. Можем проверить наши школьные знания.
Козодоев задумчиво хмыкнул.
С одной стороны, в результате пожара они практически лишились работы. Все запланированные исследования, измерения, расчеты планировалось проводить именно на сгоревших машинах. Но дел все равно было полно – от тестов и профилактики систем жизнеобеспечения до спортивных тренировок для поддержания
В итоге договорились, что играть будут два раза в сутки. Победитель получает призовой час у компьютера.
Маленький и кряжистый Козодоев первым примостился за клавиатуру. За свой час он разметил эпохи и внес несколько коротких записей. Все начиналось с записи «Глава 1. Появление человека», а в последней стояло: «2018. Первая экспедиция на Марс».
Жих не находил себе места. Висел в стороне с листочком, вспоминал даты, имена, города, битвы…
Но вторая победа досталась Стрелку. Он пробежался по позднеримской эпохе и раннему Средневековью, его комментарии были четкими и легко читаемыми. Третью партию выиграл он же.
– Стрелок, а ты что тут написал?! – Козодоев изумленно оторвался от экрана.
– Что там? – Бекхан, прицепившись к условному потолку двумя леерами, осторожно раздирал сплавленные провода.
– Читаю, – угрожающе предупредил Козодоев. – В одна тысяча двести сорок втором году у берегов Чудского озера произошло сражение между новгородской дружиной князя Александра Невского и рыцарями Ливонского ордена. В попытке заманить неприятеля Александр разорвал строй своего войска, отводя легкую пехоту на заснеженное озеро. Тевтонский военачальник Гуго фон Ротенфельд не поддался на эту уловку и продолжил атаку основными силами вдоль берега, повернув на лед лишь легкий конный отряд барона фон Пассау, который и завершил уничтожение и распыление легкой пехоты Александра, после чего вышел на его тылы с фланга. В попытке остановить фланговую атаку барона князь вывел на лед тяжелую пехоту. Тонкий лед у края озера не выдержал, и десятки воинов оказались в воде, что внесло полный хаос в действия новгородской дружины. Александр был пленен, Псков и Новгород присоединены к владениям ордена…
Пока Козодоев читал, все понемногу прекратили работу и собрались около компьютера. Райнис, похоже, был готов защищаться и прервал чтение первым:
– А какая вам разница? Что, сейчас можно что-то изменить? Да, я хотел бы, чтобы Европа заканчивалась в Уральских горах, как на уроках географии учат, а не в Бресте и Чопе! Хотел бы, чтобы восемьсот лет назад цивилизованная сила объединила ваши дикие племена в гордое и могучее государство. Чтобы из-за татарского ига не произошло обазиачивания Руси! Мы все равно все сдохнем, так пусть хотя бы здесь будет кусочек той истории, в какой было бы лучше жить!
– Стрелок, – сказал Жих, – а в рыло хочешь?
Райнис гордо поднял подбородок, глаза как льдинки:
– Ну зачем же в рыло! Не нравится – так исправь. Выиграй – и исправь!
– Алло, херр Грановски?
Вот шайзе! Это же руководитель проекта!
– Да, херр Данлоф, доброе утро!
– Мне казалось, что у нас была назначена встреча в одиннадцать ноль пять. Ваша последняя неудовлетворительная оценка по ботанике…
Дмитрий не запомнил, что соврал в ответ. Уже через минуту он скатился по лестнице и с портфелем под мышкой вылетел на плац. Налево, к шнельбану, или прямо к шоссе, на стоянку такси?