Половина любви
Шрифт:
Уборщица не помнила, когда Игорь ушел. В офисе началась сумятица. Сотрудники забросили дела и гадали о судьбе издательства и своей собственной.
Даже уборщица не была уверена, оставят ли ее на работе новые хозяева.
К рассказу уборщицы присоединился и охранник.
Неожиданно он вспомнил одну подробность своего ночного дежурства. Кто-то стучал в железную дверь офиса. Вначале охранник решил, что это разбушевался дождь. Сильные струи давно барабанили о жестяной лист под окном. Но когда стук стал явным, он вгляделся в монитор внешнего наблюдения. Заштрихованная косыми струями картина двора была смазана. Все же он распознал местного
— Это Игорь! — убежденно воскликнула Елена, опережая догадку охранника. — Что же вы раньше молчали!? Я же вчера вам звонила.
— Так я, это… Я не подумал. — Охранник виновато моргал длинными, красивыми ресницами.
Елена безнадежно махнула рукой:
— Ладно, покажите мне ту дверь, о которой вы упомянули, за которой Николай — с человеком скрылся.
Охранник подошел к окну, забранному решеткой в виде затейливых железных колец, и ткнул пальцем в стекло:
— Видите, проем напротив в стене, железной заслонкой закрыт? Вот там и живет наш Колян.
Елена посмотрела в направлении, куда показывал охранник.
— Кажется, там заперто? — Елена разглядела большой амбарный замок на подвальной дверце и заволновалась. — Вы не знаете, у кого ключи?
Охранник усмехнулся:
— Замок для понта висит. Он не запирается. Повернете дужку, и готово. Вас проводить?
— Спасибо. Если вам нетрудно.
Пока дежурный объяснял уборщице, как наблюдать за входом через монитор, Елена в нетерпении выскочила во двор и пересекла его. Она уже сняла декоративный замок и потянула на себя скрипящую дверцу, когда охранник с фонарем присоединился к ней:
— Давайте, Елена Павловна, я первый войду.
Охранник встал на корточки. Боком спустил вниз одну ногу, поджал голову к груди, потом спустил другую ногу. Протянув руку Елене, он ждал, пока она последует его примеру.
Они долго медленно шли анфиладами подвального пространства. Узкие переходы сменялись относительно просторными цементными пещерами.
Каменный свод нависал почти над их головой. Местами с него капала вода. Где-то трубы преграждали дорогу. Откуда-то шибануло запахом застарелой мочи, потом едким винным перегаром. Охранник обшарил лучом фонаря очередное помещение.
Желтый кружок света высветил Игоря, лежащего на диване. Елена кинулась к нему и сразу убедилась, что он жив. Игорь спал, шумно, но ритмично дыша. Она аккуратно осмотрела его тело, руки, ноги. После беглого осмотра повернулась к охраннику:
— Спасибо, Андрей, все в порядке, идите.
Охранник еще немного потоптался, но его ждала служба. Он и так нарушил инструкцию, оставив пост.
— Когда сотрудники появятся, я пришлю кого-нибудь, — сказал он, уходя.
— Не надо, Андрей, — попросила Едена. — Я позову помощь сама, если потребуется.
— А вы не заблудитесь? — засомневался охранник.
— Я из любого леса сама выхожу, а здесь все же не лес.
Охранник повернул к выходу. Луч фонарика померк,
Елена не заметила, сколько времени она просидела рядом с Игорем, испытывая счастье оттого, что он жив и невредим. Все остальное сейчас не имело значения. Когда Игорь наконец проснулся от ее нежных прикосновений, бессонная ночь Елены дала себя знать. Напряжение последних суток, отчаяние возможной утраты и неистовая радость обретения — все это обратилось в смертельную усталость. Елена закрыла глаза и упала головой на грудь Игоря. Она с жадностью вдыхала запах его несвежей рубашки, пропитанной дешевым табаком, вином и потом. Сейчас это был сигнал жизни, а потому казался замечательным.
Игорь погладил Елену по волосам.
— Ты можешь встать? — спросила она, усилием воли отрываясь от груди Игоря.
— Сейчас попробую, помоги мне.
Елена двумя руками спустила с дивана его отяжелевшие ноги, высвободив их из-под одеяла. Затем попыталась посадить его. Но Игорь был слишком тяжел для слабых рук Елены.
— Отпусти, Лена, я сейчас встану. — Игорь оттолкнулся рукой от дивана и перевел себя в вертикальное положение. — Слушай, а ты мне пива не принесла?
— Как-то не догадалась, — виновато пожав плечами, ответила Елена. У Игоря не было проблем с алкоголем, и она представления не имела о нужном в таких случаях «лекарстве».
— Ладно. Дай-ка мне кружку, на столе стоит.
Там вода должна быть. Хотя погоди. Мне все равно отойти надо.
Игорь, попеременно опираясь на диван, ящик, заменяющий стол, и склизкую стену, прошел в дальний угол подвала, где стояло ведро, указанное ему Николаем. Характерные трубные звуки разнеслись по подвалу. Елена заметила на столе транзисторный приемник и включила его. «Теперь Игореша может не стесняться», — обрадовалась она.
Елена усилила громкость динамика и стала прибирать на столе.
Скоро Игорь вернулся, дрожащими пальцами застегивая брюки. Елена натянула на него куртку. Потом положила его руку на свое плечо и осторожно повела к выходу из подвала. Они шли в полной темноте. Елена ощупывала стены, опускала голову Игоря под низкими проемами переходов, рукой поднимала его ноги, заставляя перешагивать препятствия. Инстинктивное умение ориентироваться не подвело Елену и на этот раз. Они дошли до маленькой дверцы, толкнули ее и вылезли из подвала. Они медленно шли через двор. Любопытные взгляды из окна фирмы «Игрек» нацелились на горемычную пару. Кто с насмешкой, кто с сочувствием наблюдал неуверенные шаги бывшего шефа. Однако выйти и помочь никто не решился. Елена игнорировала эти взгляды, а Игорь не видел их. На улице Елена остановила проезжавшее такси, и оно без приключений доставило их домой, на площадь Мужества. К вечеру Игорь вполне пришел в себя. Елена сходила за пивом и дала возможность Игорю «полечиться». Сама, не раздеваясь, рухнула на диван и уснула.
Игорь пытался найти деньги для погашения кредита. Но это был не тот Игорь, у которого много друзей, деловых партнеров, замыслов и решений.
Сейчас рядом с Еленой находился жалкий, неуверенный в себе человек. Ей даже приходилось заставлять его позвонить по телефону. Кто же даст ссуду такому человеку? Игорю нечего было и предложить в залог. Весть о том, что «Модерн» подмял фирму «Игрек», быстро облетела издательские круги, и бывшие партнеры Игоря не хотели рисковать своими деньгами.