Полк, к бою !
Шрифт:
Всплыли все, только рация ушла на дно. Хорошо еще, что радист ефрейтор Кочетков при посадке снял ее со спины. А то бы...
До берега добирались уже вплавь.
* * *
Весть о том, что командир полка вместе с ними на этом берегу, мгновенно распространилась среди бойцов, придала им уверенность в своих силах. Ведь знали же фронтовики: коль скоро старший начальник лично руководит боем, то будет сделано все возможное, чтобы удержать занятые позиции. И назад пути не будет.
– А мы не только отбиваем контратаки, но и тесним противника понемногу, - доложил заместитель командира
– Обязательно представьте всех отличившихся к наградам и передайте списки майору Петушкову, - приказал я. - Кстати, где парторг батальона?
– Старший лейтенант Мошков с первой ротой. Они выкуривают гитлеровцев из корпусов табачной фабрики. Но если надо, я его сейчас вызову.
– Не надо. Просто мне хотелось, чтобы он, как партийный руководитель, засвидетельствовал, что сегодня я не по своей воле замочил партийный билет.
– Товарищ подполковник, да весь батальон это подтвердит!
Тем временем стало известно, что командир дивизии решил ввести в бой юго-восточнее железнодорожного моста 885-й стрелковый полк. Чтобы помочь ему с переправой, я нацелил 2-й батальон начать продвижение вдоль берега реки.
В первые часы б,оя обозначился успех. Но к вечеру положение осложнилось. На направление нашего главного удара гитлеровское командование начало спешно перебрасывать части мотодивизии СС "Мертвая голова". А непосредственно в районе боевых действий 2-го батальона полка роты, пытающиеся продвинуться по прибрежной полосе, гитлеровцы забросали с крутого обрыва гранатами. И те, прижатые к подножию обрыва, несли большие потери, не имея возможности ни проскочить вперед, ни повернуть назад.
– С наступлением темноты они, конечно, смогут вырваться из этой ловушки, - с горечью сказал я замполиту. - Но вот потери... Опростоволосились мы здесь. Надо срочно искать какой-то выход. А что, если...
Замысел, родившийся в голове, был простым и дерзким: воспользовавшись тем, что сплошной обороны у фашистов здесь пока нет, направить в их тыл полковых разведчиков с хорошим запасом гранат. И когда старший лейтенант Маякин со своими людьми пустит в ход "карманную артиллерию", наведет в тылу у гитлеровцев панику, подразделения 2-го батальона рывком устремятся вверх, атакуют и собьют врага с обрыва.
– Что ж, если разведчикам удастся проникнуть в тыл противника, то успех, конечно, будет обеспечен, - выслушав этот мой план, согласился майор Петушков.
– Подготовкой разведчиков я займусь сам. А ты иди пока во второй батальон, разъясни задачу. Атака в два часа ночи, к рассвету надо успеть закрепиться.
Замполит ушел.
Внезапный удар с двух сторон буквально ошеломил фашистов. Весь берег вскоре оказался в наших руках. А затем подразделения полка ворвались, на территорию крупных складов и начали очищать ее от гитлеровцев.
Одновременно 1-й батальон, воспользовавшись тем, что внимание фашистов отвлек бой на окраине заречной части города, тоже улучшил свое положение, выбив врага с табачной фабрики.
Наступило
В этих боях мы недосчитались и многих своих боевых товарищей. Был смертельно ранен один из лучших моих комбатов капитан И. П. Хирный. Отдали свои жизни и командиры рот старшие лейтенанты М. М. Загуляев, И. З. Гаврилов, Н. Ф. Фоминский...
Преследуя отходящие части противника по шоссейной дороге Гродно Домброво, советские войска к вечеру 24 июля уже достигли Государственной границы СССР. Первым у высоты 235, что в пяти километрах западнее населенного пункта Вакуны, на нее вышел наш 878-й стрелковый полк.
Глава шестая.
Дорогами освобождения
Перейдя нашу государственную границу с Польшей, части дивизии к шести часам вечера 25 июля вышли в районе населенного пункта Сидерко на реку Сидро. На ее левом берегу оборонялись, как сообщила разведка, 43-й полицейский и 1069-й гренадерский полки противника.
В течение двух дней 878-й стрелковый полк, как и другие части дивизии, проводил разведку, готовился к преодолению водной преграды. А на рассвете 28 июля двумя полками - нашим и 885-м стрелковым, форсировав Сидро и сбив противника с высот по ее западному берегу, а затем и с промежуточного рубежа в районе Садово, Решковце, 290-я дивизия стремительным броском вышла на реку Бжозувка. Но здесь, по линии деревень Суховля и Тжижиче, встретила упорное сопротивление частей 14-й пехотной дивизии врага.
Попытка с ходу прорвать оборону противника ни одному из полков не удалась. Заболоченная пойма реки не позволяла нам подтянуть поближе артиллерийские и минометные подразделения, сковывала маневр, не давала возможности использовать местность и в инженерном отношении.
Началась новая и более тщательная подготовка к прорыву вражеской обороны. Для его осуществления было выбрано новое направление, севернее деревни Суховля, на узком, всего полтора километра шириной, участке, вдоль шоссе Домброво - Генендз.
Из-за небольшой ширины участка прорыва, на котором могли одновременно действовать не более двух батальонов, так как справа и слева от шоссе тоже было болото, командир дивизии принял решение построить боевой порядок соединения в три эшелона.
Нашему полку предстояло наступать в первом. Задача, которую мы получили, сводилась к следующему: прорвать оборону противника на глубину хотя бы полутора-двух километров, после чего пропустить через левый фланг своего боевого порядка 885-й стрелковый полк, одновременно обеспечивая огнем всех видов развитие его успеха влево же. В дальнейшем развивать стремительное наступление на крупный населенный пункт Гонендз.