Полина
Шрифт:
Хотя – почему нет? Очень даже есть! Только он в "Штуке" и вряд ли в ближайшее время сможет оказаться на моём сайте. Да и вредный этот Никита – просто жуть, даже подходить с вопросами не хочется. Ладно, если представится случай, дам ему сетевой адрес ресурса, пусть поломает голову над здешними загадками. А если такой возможности не появится – сильно переживать не буду – у меня достаточно проблем и без этого.
Некоторое время я топала по дороге, особенно не задумываясь, куда я иду и зачем. Вообще-то и в "Джунглях" я оказалась просто так, от нечего делать, без всякой определённой цели, и сейчас
Впереди, среди ветвей, мелькнуло что-то рыжеватое. Сначала я не обратила на это внимания, потом заинтересовалась и ускорила шаги. Через пару минут тропинка вынесла меня на небольшую возвышенность – и тут ноги отказались мне повиноваться. Я опустилась на землю. Мне стал виден окружающий пейзаж.
Лес в низине горел.
Это было феерическое зрелище. Ярко-оранжевый огонь мягко облизывал громадные деревья, словно малыш – мягкое мороженое. Звука не было, дыма не было, запаха – тоже, отсутствовали все атрибуты пожара, был только огонь – дикий и всепоглощающий.
Повадками пламя походило на пресмыкающегося – стелилось по земле, приподнимало голову, чуть отползало, чтобы с новой силой броситься вперёд; добравшись до очередного дерева, мягко обвивалось вокруг него, по коре добиралась до верхушки ствола, разочарованно останавливалось – и, очертя голову, бросалось вниз, рассыпалось на множество искр, сплетающихся в одно целое; и снова мягко стелилось по земле, с настойчивостью бездушной рептилии завоёвывая окружающее пространство.
Горел весь лес, что я могла различить – от горизонта и до того места, где я стояла – линия огня заканчивалась в добром десятке метров.
Первое, что я подумала: нужно бежать – и как можно быстрее.
Второе: что "Джунглей" больше нет. Третье… Да нет, больше я ни о чём не думала, только развивала предыдущие помыслы.
Если бежать, то как – через переходы? За пять лет жизни на сайте их накопилось довольно много. Но сейчас впопыхах не разберёшься, какие куда ведут. Если окажусь внутри пожара – оболочка безвозвратно пострадает, и, как следствие этого, я потеряю свою виртуальную личность. Сначала придётся перезагружать систему, затем собирать документы, чтобы доказать, что "Джунгли" – моя собственность… – столько головной боли, что и врагу не пожелаешь, даже не знаю, стоит ли и начинать.
Впрочем, какие-такие "Джунгли"? Если огонь будет распространяться с такой же скоростью, как сейчас, через пару часов от моего сайта не останется даже воспоминаний, ещё и прилегающие территории пострадают, за что придётся платить штраф. Мне это нужно? Нет! Придётся однозначно удирать, причём без всяких переходов, ножками, а уже позже, оказавшись вдали от огня, найти переход, ведущий в противоположном от стихийного бедствия сторону.
Вопрос мелькнул где-то в подсознании: почему я не увидела пожара во время приземления?
И тут меня словно дубиной из-за угла огрела мысль, что у меня совсем недалеко находится платформа. Как я сразу не сообразила?! Ведь я только что с неё спустилась!
Думаю, вы не удивитесь, если узнаете, что я бросилась в сторону платформы словно голодный цыплёнок – к пшеничному зёрнышку. Мне нужно было спасти мою виртуальную оболочку, единственную
Совсем как я.
Есть люди, не придающие особенного значения своей сетевой душе. Каждое утро они перезагружают упавшую вчерашним вечером систему и выходят в Графонет, регистрируются на добром десятке сайтов, затем начинают творить всевозможные пакости – не буду их перечислять, это займёт много времени. Таких пользователей банят, закрывают им доступ к сетевым ресурсам, в конце-концов арестовывают и принудительно стирают оболочку. Это – виртуальная смерть. После этого только и остаётся что заново загрузить систему, безвозвратно потеряв все накопленные данные.
Информацию, как правило, можно спасти, если загодя сделать резервное копирование. Это процесс нудный, долгий, и мало кто совершает его с необходимой периодичностью. Мелкие сетевые пакостники о сохранности своих данных заботятся в первую очередь, поэтому они ничего не теряют. А вот я делала последнюю копию информации… даже не помню, когда именно. Года два назад – это по самым скромным прикидкам. Ого! Это значит, что, если что-нибудь не срастётся, я потеряю столько всего, что проще удавиться, чем восстанавливать потерянное.
На третьей скорости я бросилась бежать обратно. Но, успела я сделать и пары шагов, из кустов выпал какой-то человек. Удивились мы оба, ещё неизвестно, кто из нас больше. Наверное, всё-таки я, потому что незнакомец выглядел так же, как я сама: такой же симпатичный загорелый подросток с правильными чертами лица.
Мы были похожи, словно две капли воды.
Поразительное совпадение, если подумать. Нам предоставили тысячи оболочек на любой вкус, мы могли стать кем угодно, от жука-богомола до громадного африканского слона, тем не менее, не сговариваясь, мы выбрали один и тот же образ: мальчика-туземца.
– Привет, – сказала я, нервно оглядываясь на стену огня в доброй полусотне метров от меня.
– Добрый день, – вежливо поздоровался тот.
Мысль, что я встретилась не с малышом, а со взрослым, я сразу отмела – основной контингент развлекательных сайтов ограничивается возрастом 16-18 лет. Да и не будет солидный взрослый человек вести себя так чопорно.
Неужели парень – супер? По мне, так очень похоже. По крайней мере, там, где простой ребёнок скажет "привет", супер выразится более витиевато. Причина более чем проста: если при знакомстве в качестве приветствия скажешь "добрый день", то больше не нужно никаких объснений, все – и взрослые, и дети – сразу понимают, что перед ними – носитель более солидного интеллекта. Постепенно к этой уловке привыкаешь.
– Что ты тут делаешь? – Я постаралась придать голосу как можно больше дружелюбия.
– Тебе-то что?
Я мысленно вздохнула. Можно дать процентов девяносто, в реале этот субчик – мужского пола. Девочки – они более вежливы; даже если они и грубят, то хотя бы ищут для этого предлог, а мальчишки – задиристы по своей природе.
– Как дела?
– Да так, – с деланным равнодушием ответил мальчик, зыркнув на меня широкими внимательными глазами. Ветер взъерошил всклокоченую шевелюру. Именно сейчас я заметила, что у нас различается цвет волос: у меня они – иссиня-чёрного цвета, у него – светло-русые с рыжеватым оттенком.