Полина
Шрифт:
Очень скучно.
Так скучно, что не описать никакими словами.
Но он не знал, что скучать ему осталось ровно три часа сорок восемь минут – как раз до конца обеда.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
ЗЕМЛЯ
ПОЛИНА
ГЛАВА 01
Моя одиссея началась ровно в половине пятого утра. Вдоволь налюбовавшись на себя в зеркало, я
Сама не ожидала таких успехов, но моя компаньонка вскочила так резво, будто и не спала.
– Бахмурова, ты точно проснулась?
– Угу.
– Не верю. Иди умойся.
– Это ещё зачем?
– Чтобы я точно знала, что ты не спишь.
– Не сплю я. Заснёшь тут с тобой!
– Прости, – деланно потупилась я, хотя никакого раскаяния не чувствовала. Ей хорошо – послушает меня пару минут – и спи-отдыхай. А мне ещё часов пять до дома пилить.
– У самой старческая бессоница, так хоть бы другим спать не мешала!
По поводу "старческой" – это она конечно, загнула. Или хотела меня поддеть и спросонок это не очень получилось. Не сообразила, что на подобные определения я смогу серьёзно обидеться лет, пожалуй, через тридцать.
– Короче так, Настюх, я прямо сейчас поеду домой. Когда вернусь – не знаю, предполагаю завтра, но, может быть, задержусь ещё на день или на два. Это зависит от того, как у меня дела пойдут. У меня список из двадцати трёх пунктов получился, что мне надо сделать и что купить. Вместо себя я оставляю…, – я сделала интригующую паузу, чтобы огорошить мою собеседницу. Я лелеяла слабенькую надежду, что от выплеска адреналина Бахмурова проснётся.
– … меня ты оставляешь!
– Ты-то откуда знаешь? – Удивилась я.
– У тебя больше выбора не остаётся.
– Вообще-то верно. А самое главное, мне нужно денег у папы занять. Для Белохвостикова. Довольно большую сумму, что не очень радует. Очень надеюсь, что папа сейчас на Земле… Проклятая изоляция, даже новостей нельзя узнать!
– А просто так ты не можешь деньги взять? – Буркнула Настюха. – Обязательно занимать нужно?
Я подумала и отозвалась:
– Могу просто так взять. Даже больше чем уверена, что папа будет на этом настаивать. Но не буду.
– Почему?
– Если ты этого сразу не поняла, то не поймёшь вообще, не стоит и пытаться.
– Ну и ладно.
– Знаешь, Настюха, сонная ты мне нравишься больше – такая покорная, что дальше некуда.
Лицо Бахмуровой приобрело совсем уже зверское выражение.
– Иванова, – сдерживая кипящую внутри ярость прошипела она (не знаю, как ей это удалось, в моей фамилии нет ни одного шипящего звука), – будь добра, объясни внятно, зачем ты меня разбудила! Если ты решила испытать моё терпение…, – её
– Тысяча моих – Бахмуровой! – Сказала я и на всякий случай посмотрела на потолок.
Наши карточки перебулькнулись. Точнее, это был звук, похожий на шипение воды в неисправном кране.
– Ага! – Слабым голосом отозвалась Бахмурова, куда-то растеряв весь запас злости. – Но столько-то зачем?
– Пригодится. Постарайся их не растранжирить и оставить к моему приезду хотя бы половину. – Я подумала пару секунд и ободряюще добавила. – Больше мне от тебя ничего не надо.
Она молча кивнула.
Я спохватилась:
– И с ребятами чтобы ничего не случилось.
Она опять кивнула.
Неподвижно сидя в кровати, Настюха была жутко похожа на большую пластиковую куклу: слушая мои инструкции, он не моргала и не шевелилась, лишь изредка зрачки её остекленевших глаз начинали блестеть чуть сильнее. Дождавшись небольшой паузы, которую мне пришлось сделать, чтобы перевести дыхание, Бахмурова мягко, словно в обмороке, осела на подушку и тут же уснула.
– Ладно, спи! – пришлось разрешить мне задним числом. – Ты вообще меня слушала – нет?
Я подождала минуту и, не дождавшись ответа, вышла из комнаты. Остаётся надеяться, что утром хоть что-нибудь из моих речей Настюха сможет припомнить.
За спиной аккуратно закрылась дверь, едва слышно пискнул замок. Я сразу подумала, интересно, какой будет наша комната через пару дней, когда сюда вернусь. Настюха порядок додумается навести? Или хотя бы пыль убрать, которая появляется на всех поверхностях с завидной периодичностью. Дома почему-то такого нет. Или её там кто-то протирает?
В холле стоит тишина. Звуки шагов скрадываются мягким толстым ковром. На стенах, отбрасывая на обои жёлтые круги света, горят светильники. Обстановка тут совсем домашняя, словно в старой деревенской избе.
Я видела хорошие дома. Я видела очень хорошие дома. Пару раз мне приходилось бывать домах, хозяева которых всю свою жизнь и все свои средства положили на обустраивание гнёздышка. А так как люди с такими бзиками, как правило, достаточно обеспеченные люди, у них получались настоящие шедевры.
Будучи достаточно искушена во всяких навороченных интерьерах, ещё в первый день я задала себе вопрос, насколько случайно в общем жилом корпусе сложилась такая не в меру уютная атмосфера. А потом решила, что ещё в то время, когда все здания школы были только в проекте, над видом будущих интерьеров работали десятки психологов и дизайнеров; к нашему обучению – а мы – суперы – всегда сильно отличались от обычных детишек – в любом случае должны были подойти серьёзно.
Вот мне, к примеру, находиться в подобных интерьерах не впервой. Я доподлинно знаю, что нашу летнюю дачу на острове Лимнос (куда я сейчас и направляюсь, кстати говоря) проектировали полторы тысячи человек.