Полина
Шрифт:
– Евграфыч, ты чего – вообще всё попутал?!!
– Что такое?
– Мне привезли из магазина заказ для школы! Твои пёсики продавцов чуть не перебили! Мои покупки вообще по лоскуткам раздраконили!
– Ну-у, – протянул я, лихорадочно отыскивая оправдания, – вроде бы они и не особенно-то и раздраконили…
– Короче, – лицо Сенаторской дочки пылало неописуемым гневом, – собирай всех своих бойцов – и через полчаса вся разрезанная упаковка уже склеена!! И что бы без швов!! Я в школу такой бардак не повезу! Или на свою зарплату будешь второй раз то же самое
Как это советовали все пособия по психологии, я опустил глаза в землю и про себя посчитал до десяти, когда поднял голову, девочки рядом уже не было.
ГЛАВА 04
Во всей обитаемой вселенной учебный год начинается сразу после рождественских каникул – пятнадцатого января. И только на Земле в силу древней традиции все учебные заведения – школы, академии, институты, Школы юных талантов – запускаются первого сентября.
На эту же дату приходится начало нового сезона почти во всех официальных учреждениях планеты, включая Навигаторские и военные структуры.
После летнего анабиоза просыпаются множество промышленных предприятий, фирм, фирмочек и заводов.
Именно в первый осенний день визоканалы запускают новые сериалы и циклы передач, а в Графонете, стремясь привлечь новых пользователей, меняют содержание и оформление сайтов.
Даже транспортники, которые в ряду прочих муниципальных служб вроде бы должны работать стабильно и ровно, без всяких изменений, – даже они стараются не выбиваться из общей тенденции и меняют расписания рейсов и конфигурацию маршрутов.
Всё вышеперечисленное не лучшим образом отражается на душевном комфорте населения. В один-единственный день года всё приходит в движение: исчезает из привычных мест, появляется там, где никогда не было, переименовывается, меняет сетевой адрес, цвет, форму, размер, улетает или уезжает в другую сторону и в другое время – раньше или позже. Документы с новыми грифами путаются с бумагами, которые ещё не успели перегрифить – и во всём бюрократическом мире, вкупе к обычному, на пару недель вперёд возникает жуткая неразбериха…
А зачем?
Хоть кто-нибудь знает?
Вряд ли.
А Навигаторам, и в этом я абсолютно убеждён, почему-то удобно такое положение вещей – иначе одним-единственным указом давным-давно пресекли бы ежегодный бардак всепланетного масштаба. Почему – это, конечно, вопрос ещё тот.
Меня зовут Борис Емельянович Садовников. В течении вот уже двенадцати лет я исполняю обязанности начальника службы безопасности острова Лимнос. Не скажу, что я в особенном восторге от такой непыльной, в принципе, работёнки, всё-таки мой возраст ближе к пенсионному, чем к школьному, но приказ о моём увольнении вот уже несколько лет валяется в каком-то дальнем ящике в одесской конторе – и никто не горит желанием его подписывать. Впрочем, я ещё буду иметь возможность об этом рассказать.
В первых числах сентября я был занят под завязку, ибо отправлял в школу трёх внуков и двух дочек. У младшего сына в Академии заканчивались вступительные экзамены в аспирантуру. Тёща с
На работе тоже навалилось множество проблем. Именно с первого по десятое сентября в летней резиденции Сенатора проводили профилактический ремонт всех систем охраны. Нужно было поднимать все отчёты, записки, доклады за предыдущий год о любых, даже самых мелких сбоях или просто о недостаточно быстрой работе любого устройства, включенного в сеть безопасности острова.
С местными специалистами я, если и не нашёл общий язык, то, по крайней мере, знал, чего от них можно ожидать. Работу же столичных инженеров приходилось постоянно контролировать. А так как их понаехало немерено и разбежались они сразу и по всему острову, то мне как шефу службы безопасности приходилось быть одновременно в нескольких местах.
Главный программист – мужик вредный и донельзя деловой, – это стало понятно сразу – прибыл последним и даже не зашёл поздороваться, показал в камеру всклокоченную шевелюру, буркнул что-то невразумительное по мобильнику, прислал на персональник полторы сотни бланков для отчётов – и исчез в глубинах технического уровня.
Но и это ещё не всё.
Месяц назад из Одессы пришло извещение, что в сентябре в резиденцию прибудут на стажировку новобранцы для столичного корпуса охраны в количестве четырёх человек. Впрочем то, что они новобранцы – это формулировка не совсем верная. За спиной ребят остались, как минимум, пять лет службы в регулярных войсках, потом – несколько лет – в специальных, ещё год – стажировки. Только после этого совокупность плюсиков в послужном списке позволила перебраться им на высшую ступень военной карьеры – на службу в войсках Сенаторской охраны. Сразу отправлять новичков в главные офисы не принято, и лучшего места для их "обкатки" чем летняя резиденция Сенатора почему-то не находится.
Их прибытие тоже оказалось запланировано на первое сентября.
Вдобавок ко всему, у меня находилось ещё множество дел, которые нужно было решать первого числа каждого месяца. Подчинённые, на которых я мог возложить хоть часть своих служебных обязанностей, отгуливали оставшиеся с предыдущих лет отпуска – поэтому, вдобавок к домашним делам, и на работе приходилось крутиться самому.
Тут было, от чего впасть в уныние.
Прибытие новичков удалось перепланировать на четвёртое число. К этому времени как раз начала разгребаться текучка.
Бойцы прибыли утром, сразу после официального подъёма, хорошо хоть без всяких приключений. Я бросил беглый взгляд в наручный компьютер, куда трансляция со всех камер наблюдения и, не сдержавшись выругался. Этого ещё не хватало: новенькие, особенно если смотреть на них вместе и с одного ракурса – вылитые циркачи. Бродячий балаган. В их тёплую компанию ещё бы мишку с балалайкой – и можно на улице за деньги показывать.
Я вызвал дежурку:
– Эй, кто там свободный – устройте новичков.