Полигон призрак
Шрифт:
Майор долго ворочался в кровати, пока не уснул. Разбудил его громкий голос Веригина, который выговаривал что-то провинившемуся солдату. «Пять суток ареста!» — грозно заключил полковник.
Коготь встал с постели, которую не расстилал, и взглянул на часы. Стрелки показывали без четверти пять. Майор обулся в сапоги, причесался. И только он положил расческу в карман, в дверь постучали. Вошел начальник полигона.
— Доброе утро, товарищ майор, — бодро сказал полковник. — Как спалось?
— Более-менее нормально, — буркнул Коготь. Он снял со стола папки и протянул
— Судя по вашим покрасневшим глазам, Владимир Николаевич, вы, видимо, вчера долго работали?
Майор кивнул и промолчал.
— В соседней комнате ваши люди уже завтракают, там и ваша пайка, товарищ майор. Так что идите подкрепитесь. Все, что вы просили в плане оружия и так далее, мои солдаты принесли.
— Хорошо, Семен Петрович. Спасибо, — сдержанно поблагодарил Коготь.
— Вы пойдете без рации? — поинтересовался полковник.
— Почему? Мы захватим свою, новой модели, испытанную.
— Понятно, значит, связь будет. Ну, я пойду. Дела. А вам желаю удачи. Ждем вас обратно, — Веригин развернулся и вышел.
Плотно позавтракав хорошо разогретой перловой кашей, щедро заправленной свиной тушенкой, офицеры СМЕРШа облачились в маскхалаты, погрузили в вещмешки сухпайки, патроны, взяли оружие, рацию и, спустившись по лестнице вниз, вышли из здания штаба. У входа стояли вчерашние «Виллисы». Погрузившись в джипы, смершевцы поехали, огибая ангар, к видневшейся вдали вышке.
Выгрузившись, офицеры группы Когтя поправили амуницию. Солдат спустился с вышки и открыл железные ворота, встроенные в ряд колючей проволоки. Смершевцы один за другим вышли с территории полигона и направились вглубь леса.
— Какой план, товарищ майор? — поравнявшись с Когтем, спросил Андронов.
— В первую очередь обойдем полигон, постараемся посмотреть на него глазами врага, — взглянул на капитана майор.
— Что ж, разумное решение, — произнес Андронов.
— А потом нужно пройти к одному таежному озеру. Вчера перед сном, после того как я изучил документы и карту местности, мне пришла в голову одна мысль. Проверю все на месте, тогда и поговорим. Пока это только предположения. Вернемся к этому разговору позже, Степан Иванович.
— И сколько до этого озера топать? — спросил капитан.
— Если верить карте, километров пятьдесят по тайге.
— Не проспект, конечно, но зато здесь свежий воздух, а движение, как говорили древние, — это жизнь, — пошутил Андронов.
— Выходит, что будем жить на полную катушку.
Продвигаясь неподалеку от полигона и огибая при этом минные поля, обозначенные на карте, Коготь и его бойцы часто останавливались, рассматривая полигон. Майор то и дело доставал из кармана маскхалата блокнот, карандаш и делал пометки. В небольшой низине он остановился.
— Надо бы залезть на одну из этих сосен, — Коготь посмотрел на высокие, стройные деревья, окружавшие офицеров со всех сторон. — Судя по карте, в этом месте небольшая плотность охранных вышек, хочу глянуть на все это сверху. Кто полезет со мной за компанию, для подстраховки?
— Разрешите мне, товарищ майор? — улыбнулся другу лейтенант Самойлов.
— Разрешаю. Думаю, мне
— Это вряд ли, и не на такие высоты забирались, — намекнув на бой под Смоленском, сказал Самойлов.
— Тогда вперед, — Коготь отдал свой автомат Андронову, а Самойлов оставил снайперскую винтовку своему коллеге, снайперу и радисту Егорову.
Возле сосны Самойлов наклонился. Майор с разбега вскочил на спину друга и, подпрыгнув, ухватился за одну из веток. Затем он подтянулся и принялся карабкаться вверх. Поднявшись примерно до середины сосны, Коготь посмотрел вниз. Самойлов карабкался вслед за ним, отставая на пару метров.
Усевшись на ветке и смахнув пот, майор сказал:
— Надо передохнуть.
Подтянувшись на длинной ветке, лейтенант сел рядом и ответил:
— Есть, товарищ майор.
— Андрей, перестань. «Товарищ майор» я для тебя в строю и в бою, а сейчас я ничего такого не наблюдаю, — Коготь перевел дыхание.
— Это я так, по привычке, Володя.
Коготь познакомился с Самойловым в Москве, еще до войны. Майор оканчивал в то время военное училище. Однажды, возвращаясь из увольнения ранней весной, он заметил в одном из переулков, как трое хулиганов избивают какого-то парня. Коготь бросился на выручку и мощным хуком справа сбил с ног самого дюжего из хулиганов. Это было неудивительно, потому что к тому времени Володя уже два года занимался боксом и успел занять третье место на боксерском чемпионате Москвы.
Один из нападавших выхватил нож и бросился на курсанта. Коготь ушел с линии атаки и перехватил бьющую руку хулигана, но тот порезал Володе запястье. Несмотря на сильное кровотечение, курсант сбил врага с ног, нанеся два мощных удара в голову, и обезоружил его.
Коготь поднял голову и увидел, как парень, которого избивали, пришел в себя и колотит, прижав к стене, согнувшегося в три погибели хулигана.
— Все, ему хватит, уходим, — сказал Коготь парню.
Увидев, что у его спасителя из руки хлещет кровь, парень вызвался помочь, сообщив, что он учится на третьем курсе медицинского института. На скамейке в одном из старых московских двориков студент снял с себя куртку, а затем и рубашку, которую тут же разорвал и использовал в качестве бинта для перевязки руки курсанта, спасшего его от нападения хулиганов.
— Надо бы продезинфицировать рану, иначе может быть заражение крови. Я живу здесь неподалеку, пойдем со мной, ведь ножевая рана — дело нешуточное, — серьезно сказал студент.
Андрей оказался сыном потомственных врачей. Его отец, Виктор Борисович, был профессором медицины, известным в стране хирургом. Мать, Александра Васильевна, работала гинекологом в одном из московских роддомов.
Увидев раненого курсанта и сына с синяком под правым глазом, Александра Васильевна изменилась в лице и позвала мужа. Узнав, что курсант защитил Андрея от хулиганов, Виктор Борисович осмотрел рану, похвалив сына за хорошую перевязку. Тут же, дома, прославленный хирург продезинфицировал порез и зашил рану. Андрей наблюдал за операцией, сидя на стуле и приложив к синяку небольшой кусочек льда.