Покорители неба

Джендели А.

Они прошли дальше. Из освещения, зеркального потолка и тумана казалось, что уровень бесконечный. Из динамиков доносились стоны, смех, глубокие низкие голоса, что завораживали или отдавали приказы, вздохи и визги. Эти звуки были неестественные, созданные симуляторами. Помимо лабиринта из мониторов, здесь так же были стойки, где продавались не только напитки, но и психостимуляторы и вещества. А в глубине уровня, скрытые за туманом, располагались кабинки с номерами. У некоторых была очередь. Над каждой кабинкой висел небольшой дисплей, на котором проигрывался

ролик определенного содержания, а также код и цена.

Самая большая очередь столпилась у кабинке, где ребенок в маске с кроличьими шутками просил почитать сказку перед сном. Голос у него был до омерзения неестественный и слащавый.

— Это ведь просто видео, верно? — угрюмо спросил Доран, требуя скорее подтверждения, чем правды.

— Когда как. Насколько я понял, если первая цифра в коде 1, то это живой человек. Если 0 — симуляция. Причем вторые гораздо популярнее.

У ребенка-кролика код был 08874666. Доран почувствовал облегчение от этого.

— Подобное вообще законно?

— Это Джикэй, — отвечали ему, словно это все объясняло.

— И вы сюда ходите? — недовольно пробурчал Доран.

— Нет, но ты должен знать, что подобное существует в Джикэе, — сказал Ханай. — Посмотри, как много тут людей. И до какого дна они опускаются.

Посетители эйфо-салона были такими же разнообразными по возрасту и внешности, как и предложения на экране. Большинство все же люди зрелого возраста. Дорану стало не по себе при виде них. У этих людей было бессмысленное выражение лиц, как у животных под успокоительными. Они просто брели на голоса. Лишь изредка в пустых глазах появлялись искорки, которые будто давали сигнал мозгу двигаться вперед, а лицо искажалось от глупого оскала. Они выглядели жалкими.

Мимо них прошла группа из женщин лет 35–40, кидая в парней веселые взгляды. Они покачивались на высоких каблуках и смеялись.

— Красавчики, вышли подышать?

— Скажи мне свой код, сладенький, и мамуля о тебе позаботиться.

— Ты высокий! У тебя все большое?

— Тихо, дамы, — их встретил человек, не похожий ни на женщину, ни на мужчину. Скорее смесь и того и другого. Глаза с длинными ресницами полуприкрыты, на пальцах поблескивают перстни, ногти также покрыты золотым лаком. Одежды почти нет, вместо этого цветные татуировки неприличного содержания.

— Не распугивайте их. Пускай осмотрятся и сами решат, где хотят быть — сверху или снизу, — человек игриво подмигнул им.

Судя по его уверенным расслабленным жестам, он тут работал. Или вовсе был владельцем.

— Мужчина, — предположил Ханай, когда они, громко смеясь, удалились. — Адамово яблоко и запястья.

— Но ты видел талию и ноги? — покачал головой Эргис.

— Гермафродит?

— Ага. Врожденно или само с собой сделало?

— Всё возможно в Джикэе.

Мимо Дорана прошла девушка, покачивая бедрами. У нее были карнавальная маска на лице, кошачьи уши и пятнистая кожа. Она остановилась у стойки неподалеку и заказала крепкий напиток.

— Ну, что думаешь? — спросил Эргис.

—

Она не в моем вкусе.

— Да я не про нее! Я в целом.

Доран мотнул головой.

— Сюда ходят не из хорошей жизни, — проговорил он скорее с жалостью, чем с осуждением. — Искалеченное общество.

— Согласен, — кивнул Ханай.

— Ой, какие моралисты нашлись.

Парни обернулись на голос — это была та девушка-кошка в маске. Она смотрела на них с улыбкой.

— Сразу видно — верхние, — засмеялась она. — Они на всех нижних смотрят, как на дерьмо.

— Это не так, — возразил Ханай спокойно. — Мы просто к такому не привыкли.

— Кстати, — девушка-кошка выгнулась демонстрируя свое тело. — Я не товар. Я клиентка. И я родом не из Джикэя.

— Ты из станции? — не поверил Доран. Она провела пальцем по маске.

— А ты думаешь, что все верхние — правильные святоши?..

— Ну, как бы… — начал Доран, но Эргис толкнул его.

— Всего хорошего! Желаем продуктивного дня! — и они направились к лифту.

— Сразу предупреждаем, — обозначил Эргис, когда они ехали вниз. — В Джикэе никому верить нельзя. И лучше долго не разговаривать, не сообщать о себе никаких сведений, не брать ничего из рук и не отдавать.

— Да понял я, понял, — отвечал тот.

Дорану казалось, что его окатили грязной водой. Он отряхнулся и постарался забыть об этаже 17. На этот раз они поднимались вверх.

— А хочешь узнать причину, почему мы опоздали в прошлый раз? — поинтересовались парни

— Теперь не особо, — честно признался тот.

Тем не менее, парни отвели его на 25-й этаж. Это был торговый район, залитый ярким светом, с праздничной атмосферой и несмолкающими голосами. Посетителей тут было больше, чем в эйфо-салоне.

— Это торговый уровень! — догадался Доран. — Можем что-то приобрести?

— Координатор запретила уносить с собой что-нибудь из Джикэя, — сказал Ханай. — Но если честно, мы покупаем тут мелкие побрякушки. Так, на память. И проносим незаметно.

Эргис хмыкнул.

— Ты реально думаешь, что Даби не знает? Она в курсе, просто закрывает глаза, если не считает наши “покупки” опасными.

— Эй, ты пропустил эйфо-салон, — вдруг сказал Ханай.

— Плевать. Вы в торговом?

Доран взглянул на данные визора шлема и только сейчас заметил, что Ситим снова на линии связи.

— Купите мне пару стаффов. Вы знаете какие.

Парни двинулись к торговым рядам. Чего тут только не было! Кроме палаток с едой и товарами, игровые терминалы, аттракционы, аффи-румы. Тележка с колокольчиками и ракушками соседствовала с новыми смартфонами, а напротив них — подержанные роботы для удовольствий. Но никто не брезговал и не удивлялся.

Они остановились у одной палатки, где продавался только один товар — разноцветные драже. Полки ломились от стеклянных и жестяных банок, контейнеров, тетрапаков, блистеров. На полу палатки лежали целые коробки и тары.