Поход
Шрифт:
— Никто не хочет умирать, — заметил Нед.
— Они все равно умрут, быстро и верно. — Адъютант выглядел озабоченным, словно оценивал возможности в партии роббера. — Раз споры проникли в человеческий организм, потребуется выжигание при температуре, которую не выдержит человеческая плоть. Ультрафиолетовое излучение и радиация только ускоряют их рост.
— Кажется, можно начинать вечеринку? — спросил Толл Уорсон.
Из рубки вышла Лиссея. Мужчины хлопали ее по спине, когда она шла по проходу.
— Можно
Стыковочная камера шлюпки вышла из люка вместе с креплениями, экипаж не стал тратить время на расстыковку. Автоматические устройства немедленно закрыли люк.
Большинство наемников отошли от экрана. Вестербек, дежуривший в рубке, пока автонавигатор рассчитывал следующий переход, бросил рассеянный взгляд на голограмму: его больше интересовала очередь, выстроившаяся перед Лордлингом.
Точка катера появилась вместе с изображением первого подразделения военного флота Двойных планет.
— Им потребуется медицинская помощь, — вслух размышлял Тадзики.
— Сначала им нужно осознать, что дела действительно плохи, — ответил стоявший рядом Нед. — Если бы они доложили о ситуации, им бы никогда не позволили вернуться в док. Но если бы у них были мозги, они бы все равно доложили!
— Они не воины, — пожал плечами адъютант. — Они просто получили работу на мощном военном корабле. Никто из них не думал, что когда-нибудь они окажутся на грани между жизнью и смертью.
— «О дорогой, так в чем же дело?»— запел Койн, размахивая бокалом бренди.
— Заткнись, — приказал Хэрлоу, — твоим голосом ворон пугать.
— «Дредноут» оставил станцию, — сказал Нед. — Похоже, они отправились обратно к планетам-двойникам?
— «Семь старых дев, запертых в уборной», — дуэтом продолжали Койн с Ясофом.
— У кого есть кости? Смул, кажется, они у тебя?
Тадзики кивнул.
— По-видимому, им просто больше некуда лететь. Они, возможно, не собираются садиться.
— «Они были там со среды на вторник, — подхватил экипаж. У некоторых были неплохие голоса. — И никто не знал, что они были там!»
— Они не смогут посадить «Дредноут», — предположил Нед. — Хотя некоторые спустятся на катерах и лодках. Но они уже будут заражены.
— Да, — ответил Тадзики, — теперь я тоже собираюсь выпить.
Нед подошел к своей койке. В передней части и в центре кубрика проходила вечеринка, а дальше было пусто.
Он смог бы поменять свой ликер на что-нибудь. Но что ему нужно? Ничего, что мог бы дать человек.
Он взял визор для чтения. Во вступлении Тацит описывает парадигму человеческих поступков, а основная часть посвящена двум могущественным народам, которые шли к взаимному уничтожению — не неизбежному, но вполне предсказуемому.
Из-за тонкой перегородки Нед услышал,
Он встал, взял полотенце и осторожно постучал в дверь.
Она была заперта. Нед посмотрел на товарищей: веселье продолжалось. Лордлинг и братья Уорсоны пели, взявшись за руки. Отсоединив от пояса стержень, он попробовал открыть замок. Через тридцать секунд на индикаторе зажегся зеленый свет. Для Неда, не раз выводившего из строя охранные системы на танках, замок был совсем несложным.
Он снова взглянул на веселящихся и проскользнул в комнату Лиссеи.
Она смотрела на Неда покрасневшими злыми глазами.
— Принес полотенце, — сказал он, поворачиваясь к ней спиной.
— Вижу. — Против ожидания, Лиссея не повысила голоса, не выругалась.
— Садись. Выпить хочешь?
Нед сел на край койки. Комната была тесной.
— Спасибо, нет.
— А я выпью. — Она вытащила из ящика бутылку с этикеткой, на которой была изображена сосна. — Древесный спирт. Шучу, парень. Это мы гоним на Делле.
Снаружи певцы вступили в состязание, запев одновременно две песни.
— Они не знают, что натворили, — весело заявила Лиссея, — что все мы натворили.
— Знают, — отозвался Нед. — Они убили экипаж «Дредноута», хотя там были тысячи людей.
— А сколько тысяч людей на планетах-двойниках? — спросила Лиссея, отбросив бутылку. Бутылка подпрыгнула, выплеснув из горлышка жидкость, но не разбилась. — А на следующих?
— Кроме Узла Пэксана, нет другого места, где было бы постоянное освещение, необходимое нодлам для размножения. — Нед поднял бутылку. — Некоторые, правда, принесут потомство. Но немногие, и не за одно-два поколения.
— Я, видимо, должна радоваться, что убила только тысячи, а не миллионы? Ты это хочешь сказать?
— Принимая решение, вы знали, что должно произойти. Этого не произошло бы только в том случае, если бы план не сработал, но тогда мы скорее всего погибли бы.
— Хорошо, Слейд, ты…
— Нет! Ничего не изменилось. Мы все отдавали себе отчет в своих поступках. В дальнейшем тоже будет непросто делать выбор. Мы это знали.
Лиссея рассмеялась:
— Ты бы еще сказал мне, что они грязные ублюдки, пираты.
— Что сделано, то сделано, — мягко возразил Нед. — Если вам не нравится такой способ, в следующий раз выбирайте другой.
Он показал пальцем на переборку, за которой слышался шум:
— Большинство озабочено тем, что может произойти с ними, а не тем, что они сделали. — Он криво усмехнулся. — Кажется, поэтому вы нас и наняли.
Лиссея снова засмеялась и подняла бутылку.
— Хочешь выпить?
— Нет, спасибо.
— Спасибо тебе, Нед. А теперь присоединимся к остальным. Мне не хочется, чтобы у кого-нибудь сложилось ложное впечатление.