Поход Командора
Шрифт:
Главное преимущество врага – в знании местности. Для нас джунгли – нечто враждебное, непонятное. Для них это дом родной. Дома же и стены помогают. Или, в данном случае, деревья.
– Всем зарядить оружие! Не стрелять без команды!
Ничего другого в голову не приходит. Расстояние между нами невелико. Вполне реально под прикрытием огня сделать энергичный бросок и сойтись с индейцами вплотную. А там посмотрим, что больше стоит – легендарные томагавки или стальные клинки сабель и шпаг.
Что-то весь мой путь
– Готовсь!
Часть моряков взяла заросли на прицел. Остальные обнажили холодное оружие и приготовились к решительному рывку.
Нас опередили. Стычка была столь внезапной, что все как-то упустили ушедший вперед авангард. Десяток человек – не очень много. Только люди были решительны и никогда не колебались, вступать им в бой или побыть простыми зрителями.
На левом фланге противника дружно громыхнули мушкеты, а затем грянул боевой клич. Нечто, наподобие знаменитого русского «ура» в приложении к разномастной вольной компании.
– Пли!
Люди не нуждаются в моей команде. Пули навылет прошивают заросли, а мы уже несемся следом, стремясь сблизиться с противниками, пока они не опомнились от обрушившегося на них свинцового ливня.
Проламываюсь сквозь кусты и лихорадочно озираюсь в поисках врага. Вдали среди деревьев мелькают несколько силуэтов. Вокруг же никого. Лишь разгоряченные бегом и жаждой схватки флибустьеры с обнаженными саблями в руках.
Индейцы не выдержали комбинированного удара. Они пустились в бегство, не доводя дело до рукопашной схватки. Преследовать туземцев в лесу бесполезно.
В разных местах валяется полдюжины трупов. Почти все с огнестрельными ранами, и только один замешкавшийся зарублен Антуаном. Да Ширяев приволакивает откуда-то раненого юношу.
– Уходим!
Задерживаться на месте нет никакого смысла. Мы подбираем своих убитых. Потом в более спокойном месте похороним их по христианским обычаям. Еще трое пиратов ранены. Все легко, поэтому наскоро перевязываем их и выступаем дальше.
Один из раненых – Владимирцев. Стрела вошла ему в левое плечо. Он вытащил ее сам и после вместе со всеми принял участие в нашей стремительной атаке.
– Ерунда, Командор. – На подобные раны обращать внимание как-то не принято. Рука свободно ходит, а что болит, так это только задело.
Сказать мне нечего. Не выражать же сочувствие мужчине! Поэтому ободряюще киваю и отхожу.
Теперь мы двигаемся с удвоенной осторожностью. Прямо на ходу несколько наших полиглотов, из тех, кто в разное время сталкивался с индейцами, пытаются допросить единственного пленного. Но индейских языков много, и никак не удается найти точки понимания.
Впрочем, ответ на главный вопрос, о причинах нападения,
Следы Ягуара выводят нас к индейскому поселку. Вокруг ни души, однако достаточно кинуть взгляд, дабы представить разыгравшуюся здесь трагедию.
Почти все хижины были разломаны или сожжены, повсюду валялся нехитрый скарб, местами же на земле темнели слишком хорошо знакомые мне в последнее время пятна.
Пятна крови…
33
Флейшман. Нежданный союз
– Вот и след Ягуара. Вот и след, – пробормотал Командор.
Больше в селении так отметиться было некому. Флибустьеры ни в грош не ставили чужую жизнь. Здесь же им выпал шанс выместить накопившуюся злобу на тех, кто не мог дать им сдачи.
Последнее было понятно даже такому бездарному следопыту, как я. Пираты явно прежде вошли в селение, и уже потом начался бой, а никак не наоборот. Не было тут никаких следов штурма. Ни малейших.
Собственно, боя как такового не было тоже. Была резня, сопровождавшаяся насилием над женщинами и грабежом. Я не мог этого доказать на примерах, не криминалист, однако кожей чувствовал, что прав.
Скажу иначе. Увиденное чем-то напомнило мне наш остров после внезапного нападения пиратов Фрейна. Разве что трупов здесь не было. Их наверняка успели унести пришедшие позже соплеменники, дабы похоронить согласно обряду. Не знаю, какому, только ни один народ не оставляет тела умерших на потребу зверям и птицам.
Время же у тех, кто на нас напал, было. Трагедия явно произошла не пару часов назад, да и вообще не сегодня. Я бы предположил, что вчера. Хотя кто знает? В последнем уверенности я не чувствовал.
– Что будем делать, Сережа? – спрашиваю Командора.
Шрам на щеке нашего предводителя набух красным. Это не сулит ничего хорошего Ягуару и всем, кто побывал здесь с ним.
– Делать? – Командор недобро ухмыляется. – Враг моего врага – мой друг. Пусть даже временный.
Понимаю и принимаю мысль.
– Передай всем, чтобы ничего в поселке не брали. Привал. Остановимся чуть в сторонке. Ширяеву выставить часовых. Первыми не стрелять. Приготовить обед. И приведите сюда пленного.
На лицах оказавшихся поблизости моряков возникло легкое недоумение, почти сразу сменившееся пониманием.
Тактика разделяй и властвуй возникла задолго до нас. Тем, кто ходил в дальние рейды на испанца, уже приходилось налаживать отношения с попавшимися по пути племенами. Не по доброте душевной, исключительно из-за практических соображений. Брать у детей природы все равно было нечего. Так зачем вступать в напрасные стычки?
Странно, Ягуар этого не понял. Или же его люди изголодались настолько, что готовы убить любого из-за куска хлеба, или вконец озверели от тягот пути, да и вообще всех последних событий.