Похитители душ
Шрифт:
Алексей Иванович плюнул ему под ноги.
– Меня не получишь! – сказал он и погрозил продавцу кулаком. – Не жди.
Сделав свирепое лицо, он отправился искать проход, ведущий к другой ветке.
II
Через час к трамвайной остановке, на угол улицы, поразившей Алексея Ивановича названием – Верхние Липки – подъехала дребезжащая «Татра», из которой вышли двое. В одном из них, неприметном, но уверенном в себе господине, который щурил немигающие глаза, по-змеиному затянутые пленкой, Алексей Иванович, случись он рядом,
Этот господин выглядел так, будто у него украли ботинки: его убогие тапочки не сочетались с аккуратными брюками и шелковистой курткой песочного цвета. Его товарищ, долговязый, как каланча, и разлапистый, как гусь, волок на плече обвислую сумку, похожую на колбасу.
Путешественники изучили безлюдный квартал и отправились к зданию, в которое упиралась короткая улочка.
Вокруг был старый, законсервированный в прошлом веке московский район. На солидных домах выделялись колонны, эркеры, башенки и прочие архитектурные излишества, а просветы между зданиями заполняли насаждения, разменявшие полвека. Улочка избежала ретивой урбанизации, и даже ремонт теплотрасс – московская летняя беда – обошел эту улочку стороной.
– Что за конспирация, – брюзжал долговязый. – Зачем-то тряслись в плацкарте, а кепку выбросили. Нас бы встретили с машиной.
– Вопрос, кто бы встретил, – кивнул неприметный. – Свои или чужие?
Он окинул взглядом корпус, похожий на стандартное заводоуправление. Бюджетные машины, припаркованные под окнами первого этажа, поблескивали разноцветной эмалью. Почтенный район внушал зрителям совсем не столичную безмятежность: вот мимо прошаркала старушка во вьетнамках, а вот хозяин магазинчика, свесив брюхо поверх ремня, выбрался на крыльцо и душераздирающе зевнул.
– Вам под каждым диваном мерещатся враги, – проворчал долговязый.
Неприметный, рыская глазами, насвистел обрывок мелодии.
– Это вам они мерещатся, – сказал он. – А я их слышу, наблюдаю, даже осязаю… иногда.
Путешественники добрались до здания и изучили табличку, которая возвещала:
Фирма ООО «Негасимый свет»
А чуть ниже еле заметным, затертым от времени шрифтом, пробивалось тихим вздохом из прошлого:
Институт Космических Излучений.
В пустом вестибюле с колоннами могло показаться, что здесь остановилось время, если бы не модерновая лоджия второго этажа, закрытая стеклом и металлом.
– Похоже, пуленепробиваемое, – прокомментировал неприметный.
Он снял трубку с древнего аппарата и набрал номер. Через пять минут из двери под аркой, суча длинноносыми туфлями, выскочили двое молодых людей. Они отработали затейливый ритуал и проводили гостей в переговорную, где их встретил пожилой мужчина, которые сжимал и разжимал пальцы, как заведенный.
– Мы вас потеряли!.. – пророкотал он хрипловатым голосом.
Но он быстро совладал с собой, уселся за необъятный стол и в качестве верительных грамот вручил гостям по визитке, где среди титулов и должностей содержательным было лишь имя: Вячеслав Павлович.
– Не все говорится вслух, – пробормотал он, переводя глаза с одного гостя на другого. – Но как к вам обращаться?
– Я привык, что меня называют Эксперт, – коротко
Вячеслав Павлович захлопнул ногой дверь, проверил замок, распорядился «Юля, меня нет ни для кого» и уставился на Эксперта, а его глаза забегали жалобно, как у бродячего пса.
– Это все, – он обвел рукой кабинет, – Было институтом космических излучений. Слышали про академика Небогатова? Во дворе его установка, моделировали космос. А потом, – он запнулся, – здание перешло ко мне. Мы планировали разместить арендаторов, но мне подали идею, как использовать оборудование. Посоветовали технолога. Если облучать на агрегате стекло, оно светится в темноте, а когда попадает на солнце, играет как алмаз. Что там хрусталю! Таких люстр, как у нас, нет нигде в мире, заказов на пять лет вперед. В этом кабинете представитель фирмы «Каспарус» рыдал в голос и руки ломал, а потом неделю жил на раскладушке в коридоре и разведывал секрет – накося, уехал ни с чем. Я опасался, что кому-нибудь приглянется такая благодать, но ни одного наезда. Словно кто-то, – он указал пальцем на потолок, – охраняет установку, а нам – навар… живи и радуйся!
Вячеслав Павлович помрачнел и хлопнул ладонью по столу.
– Недолго музыка играла. Что-то происходит с Сергеем, это мой младший. Я его поставил генеральным, и ему нравилось, а потом все пошло насмарку. Он свихнулся из-за этой установки, будь она проклята. Живет на территории, никуда не выходит, к себе не пускает. Я велел, чтобы в продукты добавляли снотворное, но без толку. Он заявил, что отравится, если его комнату штурмуют. Я хотел закрыть установку, я не могу терять сына, но он запрещает категорически. У нас начались неприятности… я знаю, что Сергей позвонил некому лицу, – Вячеслав Павлович опять запнулся, называя известное имя, – и сказал, что подорвет себя вместе со зданием, если кто-то подойдет близко. Я ждал, что пришлют ОМОН, войска, танки… но опять тишина. Я вывернул наизнанку всех ученых, но современники Небогатова умерли, а архив мы сдуру уничтожили, кто же знал! Технолога я чуть не закопал, но он бубнит инструкции, и делает морду ящиком. У него и образования нет – коммерческое ПТУ, а по диплому он менеджер широкого профиля.
Вячеслав Павлович умоляюще сложил руки, уставился на Эксперта, и на его глаза навернулись слезы.
– Разберитесь, я хочу знать, что я, черт подери, приватизировал! Что мне всучили? Эти ученые мерзавцы наплодили термоядерных устройств, а простым людям небо с овчинку!
Он дергался, и костюм из дорогой ткани топорщился на его неуклюжей фигуре, создавая комичное впечатление.
– Первый вопрос, – Эксперт наклонил голову. – Кто посоветовал производство, и кто привел технолога?
Вячеслав Павлович понурился.
– Олег… это мой старший.
Пряча глаза, он объяснил, что его старший сын занимается собственным бизнесом. Между близкими явно пробежала черная кошка, но Эксперта не увлекали семейные подробности. Пока секретарша, путаясь в номерах из адресного талмуда, вызванивала Олега, Вячеслав Павлович предложил гостям разместиться в институтской гостинице, где селилась публика, стерегущая вожделенные люстры. Минут через десять Юля разыскала Олега в охотничьем хозяйстве под Москвой, и Эксперт попросил у хозяина машину.