Похищение

Малков Семен

Однако Цыгана в угрожавшей его жизни критической ситуации не слишком волновали вопросы наживы.

— Ты напрасно так спокойна, Настенька, — озабоченно наморщив лоб, охладил он ее пыл. — Думаешь, Седой и братва оставят тебя в покое? Будут следить в оба, чтобы поймать меня здесь. Могут и силу применить!

— Неужто я похожа на дуру, Сашок? — небрежно бросила Настя. — Как влезут, так и слезут! Пальцем не тронут!

— Это почему же? — недоверчиво посмотрел на подругу одним глазом Цыган, так как второй был закрыт

повязкой.

— Да потому, что у меня в надежном месте их погибель хранится, — злорадно усмехнулась Настя. — В почтовом пакете, готовым к отправке в ментовку. Как узнают, сразу от меня отцепятся!

— Пожалуй, так и будет, — успокоенно произнес Цыган и, полушутя, добавил: — А ты опасный человек, Настенька!

— Обычная самозащита, — самодовольно улыбнулась ему Настя. — Действует безотказно! Я об этом позаботилась сразу, как порвала с Седым.

— Но меня запросто замочат. Поэтому, не теряя времени, мне надо рвать когти! — отнимая от лица полотенце, сказал Цыган. — Забегу домой за вещами и нырну в одно укромное местечко. И тебе лучше о нем не знать.

Он встал и без нежных прощаний, как был в домашних кожаных тапочках, пошел к двери.

— Когда дашь о себе знать? — бросила ему вслед Настя.

— Связь будем держать по телефону. Первый раз не отзовусь. Во второй раз буду говорить, если скажешь: «Все в порядке», — обернувшись и прикрывая рукой подбитый глаз, ответил Цыган. Даже сейчас ему не хотелось представать перед любовницей в неприглядном виде. — «Алло» или любой другой отзыв будет означать, что у тебя засада.

Лишь только за ним закрылась дверь, Настя схватила трубку и набрала номер домашнего телефона Петра Юсупова. Несмотря на позднее время, он еще не ложился, так как недавно вернулся от родителей.

— Зина, это ты? — встревоженно воскликнул он, узнав ее голос. — Говори скорее, что с Оленькой и Надей? — голос его прервался. — Они еще… живы?

— Пока живы, — Настя заранее решила не щадить нервы Юсуповых. — Но эти сволочи Олю уже продали кому-то за бугор, а жизнь Наденьки в опасности, так как отдают ее медикам для какой-то чудной операции, — запнулась она, делая вид, будто плохо осведомлена, — трансплантацией называется, что ли?

— Да что ты говоришь? — пришел в ужас Петр, не желавший верить в то, что услышанное, — это правда. — Они же договаривались встретиться через два дня и за полмиллиона отдать Надю. А потом вернуть и Олю!

— Прости, Петя, но я никогда не думала, что ты такой лопух! — почти искренне укорила его Настя. — Вот подлецы этим и пользуются! Сначала сто штук баксов хапнули за здорово живешь, теперь пытаются и лимон обманом выманить. Да они и не собирались отдавать, — фальшиво всхлипнула, — наших девочек. Почти сразу их продали!

Она сделала паузу, изображая, что плачет.

— И меня обману-ули, — лживо пожаловалась ему, горестно растягивая слова. — Костыль заверя-ал, что

их обеих вернут вам за деньги. Нет, не могу говорить — совесть заеда-ает!

— Прошу тебя, не вешай трубку! — отчаянно взмолился Петр. — Обещаю, Зина, что будешь нами прощена и получишь деньги, предназначенные бандитам, если поможешь вернуть наших девочек!

— А чем я могу помочь? — с деланной грустью произнесла Настя, мысленно радуясь тому, как успешно осуществляется ее план. — Да я на все готова, только скажи!

— Первым делом помоги спасти Наденьку! — не задумываясь, выпалил Петр. — И постарайся узнать, кому продали Олю. Ты поняла?

— Насчет Оленьки пока ничего не знаю, но постараюсь, Петя! Может, смогу, — осторожно пообещала Настя. — А вот для спасения Нади даю точный адрес. О ней все известно проклятому мокрушнику Костылю. Знаю наверняка, что она — в его руках. Но, чтобы спасти, вам надо поспешить! Могу дать его адрес.

— Этого не требуется, так как мы о нем все знаем, — торопливо «закруглился» Петр, понимая, что ему нужно, не медля, связаться с родителями. — А пока будем заниматься с Костылем, ты действуй, Зина! В накладе не останешься!

«Уж само собой, придется тебе раскошелиться, дружок, — положив трубку, очень довольная, как все хорошо у нее получилось, подумала хитрая мошенница. — И Наденьку ты получишь, и Костыля вместе с Седым в тюрягу засадишь! Потому что коротышка его ненавидит и выдаст».

— Ай да Настенька, ай да умница! Правильно сделала, что ничего не сказала про Олю, — вслух похвалила она себя. — Ведь они сразу бы взялись за Василия, а так я первая у него выведаю, кому ее запродали!

Решив, что за успех обязательно надо выпить, Настя, фальшиво напевая модный шлягер, открыла бар и, налив полный бокал выдержанного коньяка, осушила его до дна.

Михаил Юрьевич и Светлана Ивановна уже засыпали, когда позвонил сын и, волнуясь, рассказал о том, что сообщила Настя. Понимая, что уснуть после этого ему уже не удастся, отец мягко предложил:

— Знаешь, Петя, садись в машину и приезжай! Думаю, ты тоже, как и мы с мамой, спать сейчас не сможешь. Сообщение Зины вынуждает пересмотреть планы и ускорить захват Башуна, — по его тяжелому дыханию чувствовалось, как он взбудоражен. — Вот и обсудим втроем, чем прямо с утра займемся.

Уговаривать Петра не требовалось. Он быстро спустился вниз, бегом устремился к припаркованному поблизости джипу и на большой скорости погнал его по опустевшим ночным улицам. Ехать было недалеко, и не прошло получаса, как машина затормозила у подъезда родного ему с детства дома. Родители, оба в ночных пижамах, его уже ждали, сидя в гостиной.

— Значит, эта мерзавка не сказала, кому отдали Оленьку? — спросила мать, едва он вошел. — Не верю ей ни на грош! Она знает, но почему-то не хочет говорить.