Пограничник
Шрифт:
Девушка еще спала. Иван поднялся, размял затекшие ноги, потянулся, наклонился над спящей и с удивлением вспомнил, что так и не спросил ее имени.
— Эй! — тихонько позвал он. — Как тебя зовут-то? Давай вставай, наверх надо идти…
Она проснулась неожиданно быстро, легко соскочила с кровати, одернула курточку, удивленно оглянулась в поисках объяснений.
— Там это… — Иван смутился, — небезопасно было. Лучше здесь.
— Пойдем! — он принялся освобождать дверь.
— Мне надо… — стеснительно прошептала она, — в туалет,
— Ну началось! — Иван вздохнул, открыл дверь, проверил, все ли спокойно, прошелся по коридору. — Давай, скорее! Там вон туалет. Да нет, другая дверь!
Управилась она в самом деле быстро: видать, приучили к порядку. Но, возвращаясь, она наклонилась:
— Кис-кис-кис!
Иван совсем забыл о кошке. Кошка, нимало не заботясь о приличиях, мяукая, вспрыгнула на плечо девушке. Она потерлась о мокрую щеку головой, приветствуя старого друга.
— Твоя, что ли? — спросил Иван.
Девушка посмотрела на него снизу вверх.
— Мария.
— Что? — Иван наклонился ниже, не расслышав, как следует.
— Меня зовут Мария, — тихо, но отчетливо произнесла девушка. — Ваши звали меня Мари, но называть можно Марьей.
И Иван ощутил нежный, тонкий аромат цветов.
Марья… Что-то далекое всколыхнулось в нем при звуках этого имени. Далекое, теплое, из детства… Так звали его мать. И никакая она не Мари. Пусть оставят эти клички для своих раскрашенных силиконовых шлюх. Марья… Мария… Машенька… Он увидел отделанную сибирским кедром гостиную, отца у камина, мать, сидящую в кресле. Света не было, и алые сполохи пламени рисовали на стенах причудливые тени… Иван услышал голос матери. Она читала свои стихи:
Если есть на земле теплый дом, Где спешат на звонок шаги, Где любовью встречают глаза, Береги этот дом, береги. Если светит в ночи окно Для тебя, хоть не видно ни зги, Не беги от него, сынок, Береги его, сын, береги…Все время после происшествия он задавался вопросом: зачем он приехал в Москву? Зачем? И он понял, что, может быть, ответ сидит перед ним.
А она кормила кошку, вытащив лакомство из кармана куртки… Кошка оглушительно мурлыкала в тишине.
Иван так громко и отчетливо скрипнул зубами, что Мария удивленно взглянула на него. Он резко отвернулся, не глядя сунул ей в руки сумку.
— Подъем!
Он слышал, как она кинулась следом.
— А тебя как зовут? — спросила она в спину Ивану.
Иван резко остановился, и она налетела на него, ткнувшись лбом в баллон со сжатым воздухом. Схватилась за лоб, глядя на Ивана испуганными глазами.
— Вас… — поправилась она. — Вас как зовут?
—
— Ян?.. — она какое-то время молчала, немного отстав, потом догнала его. — Я поняла! Иван? Ведь Иван, правда?
— Правда. Все? Вопросов больше нет? Тогда шагом марш!
Чтобы поспеть за Иваном, Марии пришлось почти все время бежать. Но он не сбавлял шага. А она не жаловалась, терпеливо стараясь не отставать. Оказалось, она тащит с собой кошку.
— Брось! — скомандовал Иван, приостановившись на лестничной площадке.
Она прижала кошку к себе, опасливо глядя на Ивана, но глядела так, что Иван понял: кошку просто так не отберешь.
— Зачем она тебе?
— Она же тут умрет с голоду, — сказала она, упрямо глядя на него.
— Ладно, только, чур, отпустишь ее наверху. Пусть ест мышей.
Иван возобновил подъем.
Вообще-то, Иван думал, что наверх они не пройдут, а лестница окажется заваленной обломками обрушившегося здания. Но никаких завалов они не увидели ни на третьем, ни на втором, ни даже на первом этаже. Здание «Нового Авалона» было целым. Молчал и дозиметр. Совсем молчал, не регистрируя даже случайных частиц. Иван подумал, что он, скорее всего, тоже сломан и бесполезен, как и все остальные приборы здесь.
Когда лестница закончилась, Иван удивленно присвистнул и двинулся по галерее первого наземного этажа, то и дело оглядываясь и ища признаки разрушений. Но кругом было тихо. Если бы Иван не знал, что работа в «Авалоне» идет круглосуточно, можно было подумать, что сейчас ночь и все просто ушли домой. Вот только некоторые офисы остались незапертыми, и кое-где Иван видел разбросанные бумаги. Значит, все-таки был кто-то живой? Может быть, был и ушел? Или работавшие здесь люди увидели нечто и все, что было у них в руках, выпало от ужаса?
Сейчас Ивана в первую очередь интересовал арсенал. Все остальное — потом.
Но его ждало разочарование: все, что он смог найти в арсенале, — это несколько пистолетных обойм. Они лежали на стойке, словно арсенальный кому-то их выдавал в то самое время, когда все произошло. Все остальное оружие, если и существовало, было тщательно скрыто за цифровым замком толстенного сейфа. Поразмыслив, Иван направился в единственное место, где еще могло храниться оружие, — в кабинет полковника Мигая. Мария едва поспевала следом.
В свете фонарика полковник неодобрительно глянул на Ивана с обычной, висевшей на стене фотографии. Старый солдат сидел на броне танка Т-90, который выпускали лет сорок тому назад. Впрочем, только танк и выдавал возраст полковника. В остальном он выглядел так же, как и… Иван вздохнул. Теперь полковник никак не выглядел.
В углу Иван обнаружил сейф. Сейф был заперт, но на этот раз Иван не отступил. Без серьезного оружия они на сто процентов обречены.
— Поищи нормальную одежду, — скомандовал он Марии. — Там, в шкафчиках!