Поединок
Шрифт:
– Но я директор, я просто с ними разговаривал о том, как правильно себя надо вести. Мальчик рассеяно вздохнул и почесал поцарапанное колено.
– Все знают, что законы и правила устанавливают старшие… Мне нужно идти, и я объявляю своё желание. С сегодняшнего дня и целый месяц ты не будешь никого есть в своем кабинете, поклянись!
Директор беспомощно посмотрел на санитаров, они от смеха уже ползали по полу. Тогда он тяжело вздохнул, смущенно улыбнулся, поднял свою правую руку вверх и проговорил.
– Клянусь!
Мальчик довольно рассмеялся, гордо приосанился и снова исчез в кустах.
– Эй вы!
– директор хмуро взглянул на санитаров.
– Вы знали про эту игру и специально
– Те, продолжая смеяться, усердно закивали головами.
– Уводите меня отсюда, пока не появился какой-нибудь новый кот-охотник, иначе вы сами станете моей законной добычей!
Тося зашла в комнату Крона, тот сидел перед своим компьютером, с печальной нежностью трогая руками мертвый экран.
– Почему они сделали это со мной?
Тося хмыкнула, сбросила со стула наваленные полицией во время обыска распечатки и села, предварительно обмахнув платком стул.
– Мы уже говорили с тобой об этом, ты сам виноват в том, что произошло. А, кроме того, пришло твоё время взрослеть…
Я знаю, ты хотел узнать большой мир, теперь ты кое-что о нем узнал…
Крон печально кивнул головой.
– Не так и не этого я хотел, я думал, что всё будет совсем по-другому.Скажи мне, почему люди во внешнем мире так ненавидят друг друга? Тося грустно усмехнулась.
– Представь себе ночной лес, ничего не видно, слышны странные страшные звуки и маленький ребенок посередине его. Так вот и люди во внешнем мире они, как этот ребенок. Они очень мало знают об окружающем мире и самих себе, поэтому всего и всех боятся. Они же не понимают друг друга, не понимают логики поступков, потому что не слышат чужих мыслей…
Крон грустно покивал головой.
– Они смотрели на меня, как на урода. Как на какое-нибудь мерзкое чудовище, как на какую-то букашку. Я чувствовал их ненависть, презрение и жалость, и я не понимаю, почему они так ко мне относились? Кстати, а что такое ночной лес?
Тося чуть улыбнулась.
– О лесе я, конечно, зря с тобой заговорила. Они жалели тебя потому, что ты не можешь слышать, видеть и говорить, как они, и поэтому они не считали тебя равным себе.
Крон печально покивал головой.
– Но же я вижу, чувствую и понимаю многое лучше, чем они.
– Но об этом они не знают, они знают только себя, и то достаточно плохо.
– Когда-то я хотел увидеть большой мир, я думал об этом, но, похоже, что неправильно. А теперь скажи, почему меня не защитили старшие и отдали им меня на растерзание? Я должен знать.
– Конечно, ты имеешь право. Причин было две.
Одна из них, что старшие сами создали эту ситуацию, чтобы спасти директора от увольнения.
Вторая в том, что ты решил, что достаточно взрослый и можешь сам о себе позаботиться, они дали тебе возможность убедиться в том, что ты ещё к этому не готов!– На лице Крона отразились разные чувства, но главным была обида.
– Почему они хотели его спасти? По моему мнению, он самый бесполезный здесь человек. Он не понимает ничего из того, что происходит
Тося пожала плечами.
– Он нам нужен, а ты по-прежнему многого не понимаешь. Возможно, ты прав в своей оценке, хотя акценты ты поставил не там. Иногда, чтобы люди понимали и любили друг друга, нужен один, - чужой из внешнего мира. Он, как напоминание о том, что нельзя забывать.
«Дир» - не самый худший человек из большого мира, он добр, и он, действительно, хочет нам всем помочь. У него многое не получается, он многое не осознает из того, что происходит вокруг, и он не слышит наших мыслей, тут ты прав.
Крон неопределенно хмыкнул.
– Ты была бы лучшим директором, чем он.
– Тося отрицательно покачала головой.
– Нет, я была бы худшим директором. У меня мало времени и очень много дел - я должна о вас всех заботиться. Каждый день я решаю, чем вас кормить, во что одевать, какие игрушки вам нужны, и многое другое из того, что ты даже представить не можешь.
Директор, он то, что связывает нас с тем миром, он - часть его, а я никогда не буду его частью, и ты тоже…
– Может быть,– согласился Крон.
– Но я все равно я этого не понимаю.
– Представь себе, что завтра его не будет, что тогда произойдет? Крон пожал плечами.
– Думаю, что ровным счетом ничего…
– Ты ошибаешься. Из нашего детского дома что-то уйдет, что-то важное, необходимое нам, то, что мы не осознаем. И очень скоро мы начнем ссориться друг с другом, обижаться и ненавидеть. Он - тот человек, что связывает нас вместе, и именно из-за тех качеств, которые ты назвал. Для многих, он напоминание о детстве. Когда дети видят его, они вспоминают себя, таких маленьких и беспомощных тогда.Они вспоминают об этом, и тогда они учат других малышей добру и пониманию, как когда-то учили их. Для них он напоминание о нас, младших и о клетке внешнего мира…Для младших, а это ты уже знаешь, он - сказочное чудовище, которого следует бояться и прятаться от него. Ты сам не так давно боялся его…Ты боялся его, а значит, не боялся многих других гораздо более страшных вещей. Например, своей слепоты, глухоты и одиночества, ты забывал об этом, когда прятался от него, когда слушал страшные истории о том, как он ест маленьких детишек в своем кабинете.– Крон мягко улыбнулся.
– Я думаю, что ты не права, он не нужен нам, но зачем-то нужен старшим. Ты права только в одном, я слишком замкнулся в себе. Да, ещё один вопрос. Тося улыбнулась.
– Спрашивай.– Крон повернул к ней голову.
– Я смогу избавиться от этого?– Он поднял руки к глазам.
– Ты хочешь видеть? – спросила Тося со странным любопытством.
– И видеть, и слышать, и говорить… Я хочу стать таким, как ты. Я вдруг понял, что я беспомощен, что я не могу за себя постоять. Что вся моя сила здесь, за вашими спинами, а на самом деле…, - он горестно махнул рукой.
– Помоги мне, ты же тоже когда-то была немой.
– Тося кивнула.