Поединок сердец

Эдвардс Мэриан

Бетани смутилась. Нормандский двор слыл самым утонченным на свете.

– Благодарю вас, Ваше Величество. Я никогда не забуду вашу доброту и мудрость.

Бетани знала, что при воспоминании об этом вечере у нее на душе всегда будет тепло. Она запрячет память о нем в надежное место, где та не потускнеет, не потеряет своего значения.

Когда празднество подходило к концу, в дверях залы появился Седрик, обеспокоенно вглядывающийся в собравшихся.

Почувствовав что-то неладное, Бетани быстро подошла к нему:

– Седрик?

– Миледи! –

с облегчением вздохнул старый воин, наклоняясь к уху своей госпожи. – В замок вернулась Мери. Она в ужасном виде и просит у вас защиты от своего мужа.

Бетани почувствовала, как краска схлынула с ее щек. Внезапно радость настоящего сменилась тревогой и страхами прошлого. У нее задрожали руки, по телу разлился зловещий холод.

Прикусив губу, Бетани повернулась к Ройсу, присоединившемуся к ней.

– У ворот замка моя сестра. Она просит предоставить ей убежище.

– Что?

– Бедняжка Мери убежала от мужа и вернулась домой, она просит – нет, умоляет – предоставить ей убежище. Удовлетворишь ли ты ее просьбу?

Ройс ничего ей не ответил, подошел к королю и тихо заговорил, Речь шла о деликатном деле.

Вильгельм едва заметно кивнул в ответ. Ройс повторил это движение, повернувшись к Седрику, и Бетани облегченно вздохнула.

Она с благодарностью пожала супругу руку:

– Спасибо.

Седрик вышел из залы, и Бетани сразу же последовала за ним.

– Мери сказала, что случилось?

– Нет, миледи. Но, несомненно, имели место побои.

Когда ворота распахнулись и в свете факела в руках стражника Бетани увидела прекрасное лицо своей сестры, у нее перехватило дыхание.

– Боже милосердный! – прошептала она. Лицо Мери было покрыто синяками и ссадинами.

– Сестра… – прошептала она.

– Ш-ш, – успокаивающе произнесла Бетани, чувствуя, что у нее вот-вот разорвется сердце. – Седрик, проводи Мери в башню.

Сейчас это была единственная свободная комната, к тому же, к счастью, расположенная далеко от других помещений и любопытных глаз.

Седовласый воин понес лишившуюся чувств Мери в башню, и Бетани последовала за ним.

Им пришлось пройти мимо главной залы. На них обратились удивленные взоры, но лишь один Ройс присоединился к ним, догнав их, когда они начали подниматься по лестнице.

Глаза Бетани застилали слезы, и она не могла разглядеть лицо Ройса и понять, как он относится к просьбе ее сестры.

– Сделать такое способен только очень злой и жестокий человек.

– Возможно. Но чем были вызваны эти побои? – задумчиво промолвил Ройс.

– Не знаю! – в отчаянии воскликнула Бетани.

Устыдившись этой вспышки, она перевела дыхание, успокаивая бешеное сердцебиение, и продолжала:

– Я выясню это, когда Мери поправится. Но никакие ее действия не могли заслужить такого зверства! Никакие! – сказала она, входя в комнату в бащне и опускаясь на колени перед соломенным тюфяком. Мери застонала.

– Сестра,

успокойся, – ласково произнесла Бетани. – С нами ты в безопасности. Ройс никому не позволит обидеть тебя.

Она повернулась к мужу:

– Ведь так, Ройс?

– Вообще-то я не одобряю тех, кто поднимает руку на женщину, но закон строг. Я должен знать, какой проступок совершила Мери.

– Муж мой, может ли что-то оправдать подобную жестокость?

– Прежде чем принять решение, поставив под угрозу замок и людей, я должен установить правду. Как ты полагаешь, стоит ли из-за побоев, доставшихся твоей сестре от супруга, навлекать смертельную опасность на наших людей, в том числе женщин и детей?

Он прав. Но сестра нуждается в ее помощи. Мери простонала:

– Мы снова вместе, а это главное. Благослови тебя Бог, сестра!

Склонившись над ней, Бетани поцеловала покрытый кровоподтеками лоб. Она закрыла глаза, не в силах справиться с обжигающими слезами, хлынувшими по щекам.

– Я защищу тебя, Мери! – торжественно поклялась Бетани.

О господи, как она допустила, что в ее семье происходит подобное?

Глава 22

Заплывший глаз и распухшее от синяков лицо Мери неопровержимо свидетельствовали о жестоких побоях. Дожидаясь, пока Майда принесет снотворное зелье, Бетани отерла кровь с лица сестры. Мери вздрогнула от этого прикосновения, и у Бетани все внутри перевернулось. Она испугалась, что не сможет хладнокровно заниматься ранами сестры. А Ройс все это время маячил у нее за спиной, дожидаясь объяснений.

Мери продолжала стонать, и каждый ее стон кинжалом пронзал сердце Бетани. Каким должен был быть мужчина, поднявший руку на такое смиренное и беззащитное создание? Чудовищу достаточно было только повысить голос, чтобы Мери затрепетала от страха.

Бетани охватила ослепляющая ярость. Она поймала себя на мысли, что готова с радостью убить супруга Мери.

– Посмотрим, что он скажет, когда ему придется иметь дело со мной!

Слишком взбешенная, чтобы заботиться, слышит ли кто ее, Бетани высказала вслух свои мысли. Мери, вздрогнув, тихо заплакала. Ройс насмешливо фыркнул:

– Он разорвет тебя надвое. Или ты не заметила, что вы с сестрой одного роста и телосложения?

– Да, но характером мы несхожи.

– Верно. Ты бы еще раньше вывела этого человека из себя, – раздраженно бросил Ройс.

– Что ты намерен делать? – спросила Бетани, горя нетерпением узнать, собирается ли ее супруг вступиться за честь семьи.

Но прежде чем Ройс успел ответить, дверь в комнату распахнулась, и на пороге появилась королева.

– Ройс, говорите потише, если не хотите, чтобы весь замок услышал ваш разговор. – Повернувшись к Бетани, Матильда снисходительно улыбнулась. – А еще, дорогая, я выяснила, что вам не по силам перекричать вашего мужа: у него слишком громкий голос.