Поединок сердец

Эдвардс Мэриан

– О, ты был более серьезным, чем сейчас? С трудом могу в это поверить. Не ты ли запер меня в башне, угрожая самыми суровыми последствиями?

Ройс улыбнулся.

– Я воин, cherie, но тебе известна и другая моя сторона. Ты одна из немногих, кому было позволено взглянуть на нее.

– Знаю, Ройс, – согласилась Бетани и взглянула на него с серьезностью, тронувшей его сердце. – У тебя было счастливое детство?

– Я знал, что начертано мне судьбой, и научился принимать это.

Она замахала рукой:

– Понимаю,

но как тебе жилось?

Ройс заглянул в самые глубины ее глаз:

– Мне было очень одиноко.

Сострадание, наполнившее взгляд Бетани, явилось для него полной неожиданностью. Быстро отпустив ее, он поспешил переменить предмет разговора.

– А ты? Наверное, наследница Нортумберленда целые дни напролет играла и веселилась со своими подругами. Я прав? – спросил он, обнимая ее за плечи.

Бетани рассмеялась:

– Ты будешь удивлен, но я была в детстве очень серьезной.

– Non, я этого и ожидал. Ты стремишься взвалить на свои плечи все тяготы управления этими землями.

– Я должна так поступать. Я отвечаю за своих людей.

– В таком случае просто замечательно, что я оказался именно в этой части Англии. Я сниму с тебя эту ответственность.

– Только нормандский воин может так рассуждать!

Она вопросительно посмотрела на Ройса, и он понял, что ступает на зыбкую почву.

– По правде сказать, cherie, ты сама не смогла бы защитить замок от шаек разбойников.

– Ты хочешь сказать, что мне следует быть довольной своим положением рабыни?

– Как ты умеешь перевирать смысл сказанного!

– Тебе не нравятся мои слова, потому что в них звучит правда, которую ты хочешь заглушить.

– Возможно, ты и права, – уступил Ройс. – И все же судьбы наши это никак не изменит.

– Ройс, мы с каждым вздохом меняем свою судьбу. Я не верю, что наши жизни расписаны наперед чьей-то высшей волей. Считаю ли я, что ты повелеваешь собственной судьбой? Ни в коем случае!

– Анни, что касается тебя, то сейчас я твоя судьба. И будет лучше, если ты примешь настоящее, позволив будущему самому заботиться о себе.

– Я всегда считала, что Бог помогает тем, кто не сидит сложа руки. Моя судьба не расписана ни Господом Богом, ни тобой.

Бетани попыталась было отвернуться от Ройса, но он, схватив за руки, удержал ее.

– Моя упрямая дикарка! Клянусь, покорная и послушная ты не была бы и вполовину такой привлекательной, – Ройс привлек девушку к себе и шепнул ей на ухо: – Каждое мгновение, проведенное рядом с тобой, – это само волшебство, неведомое и таинственное.

Искрящиеся янтарем карие глаза Бетани были красноречивее любых слов, но Ройс, смалодушничав, не высказал того, что было у него на сердце.

– Принимай жизнь такой, какая она есть, Бетани. Никому не дано заглянуть в будущее, – пробормотал он, накрывая ее губы поцелуем.

От этого нежного прикосновения по всему его телу разлились жаркие

потоки страсти. Бетани оказывает на него более сильное действие, чем любые вина, а уж удовольствие, которое она дарит, не сравнится ни с чем. Ройс никак не мог насытиться этой женщиной, и по тому, с какой готовностью Бетани ответила ему, он понял, что то же самое испытывала и она.

В эту ночь их единение было не таким, как раньше. Ройс почувствовал это и понял, в чем причина. Он любит эту женщину, хочет, чтобы она стала его женой и всегда была рядом с ним. Но он запрятал эту мысль в самые потаенные глубины своего сердца, чтобы надежно держать ее там взаперти. Или чтобы самому скрыться от нее.

Глава 15

Вердон, посланник короля Вильгельма, подъехал к воротам замка Ренвиг с первыми проблесками утренней зари. Объявив стражникам, кто он такой, Вердон въехал во внутренний двор.

Подмораживало, и дыхание вырывалось изо рта белым облачком, теряющимся в предрассветном полумраке. Кутаясь в опушенный мехом плащ, Вердон повел своего скакуна на конюшню. Промерзший до мозга костей, он озабоченно покачал головой, увидев спящую в сене пару. Проходя мимо сеновала, он ступал едва слышно, но мужчина тем не менее очнулся от сна и, подняв голову, взглянул на того, кто разбудил его. Убедившись, что никакой опасности нет, пробудившийся воин снова занял уютное положение, предварительно крепко прижав к себе свою возлюбленную.

Вердон, расседлывая коня, то и дело украдкой бросал взгляды на обвившие друг друга тела. Когда первые лучи солнца пробились сквозь тучи, он узнал в мужчине владельца поместья. Женщина же была ему незнакома, хотя Вердон твердо мог сказать, что это не леди Дамиана. Судя по всему, де Бельмар стал более разборчивым в женщинах. Рыжеватые волосы и необычайно нежная кожа придавали женщине неземной, прямо-таки ангельский вид. Влюбленные лежали под меховым плащом, но рыцарь к тому же укрывал женщину руками и ногами, а та льнула к нему, кутаясь в покрывало.

Она, вздохнув, заворочалась во сне, теснее прижимаясь к рыцарю. Тот в ответ еще крепче обвил ее руками. Не оставалось сомнения, что эта женщина для него значит очень многое; впрочем, и он для нее тоже.

Вердон улыбнулся. Вильгельму будет интересно узнать о таком развитии событий.

Зевнув, Бетани согнала с себя остатки сна. Ее снова тошнило, но она уже знала, что, если немного полежит неподвижно, это скоро пройдет. Напряжение последних дней оказывало на Бетани странное действие. Если подобные приступы не прекратятся, придется обратиться к Майде с просьбой приготовить ей какое-нибудь снадобье. Щекой Бетани ощущала ровное сердцебиение Ройса. Присутствие рыцаря наполняло ее душу радостью. Он предпочел быть на холодном сеновале с рабыней, а не в теплом замке с леди Дамианой.