Подземные тропы
Шрифт:
— Я говорю о Тени Зикалана. Там сухо, там спокойно, и там вы будете не в меньшей безопасности, чем наша икра.
— Священная Тень! Киен-Каари, ты хорошо подумал? — встревоженно спросил Коривин.
— Такие могучие воины защитят, если что, нашу икру от звёзд, — сказал Киен-Каари и плеснул по воде хвостом. — Идите за мной!
Они ехали вдоль канала, а Киен-Каари вполголоса рассказывал о том, что началось в городе после отъезда великого демона Файлина. "Звёзды", как их называли тут, появлялись часто, разрушали что попало и исчезали снова, хески уничтожали отдельные сгустки, но найти, откуда они возникают, не могли. Коривин правил городом
— Скажи, Киен-Каари, маг по имени Саркес не появлялся здесь? — насторожился Речник.
Но Саркес, увы, был вне подозрений — он приехал уже после появления звёзд и быстро покинул город, да и не по плечу ему были такие мощные чары…
Фрисс, Кесса и Флона поселились в небольшой ступенчатой башне, одной из десятков башен, окружающих бездонный омут, в котором бесшумно скользили водяные змеи и колыхались огромные гроздья икры. В башне было сухо и тихо, но холодно и сумрачно. Фрисс отогнал Двухвостку от подстилки из водорослей, которую животное пыталось жевать, снял со стены вяленую рыбину и предложил Кессе.
— Мы поможем этому городу? — спросила Речница, счищая чешую. Фрисс поперхнулся.
— Наших сил тут маловато, — покачал головой он. — Сюда бы Канфена! Завтра поедем дальше. Отдохни, я схожу в соседнюю башню, посмотрю, что там есть.
Кесса подняла было взгляд на Речника, но со вздохом вернулась к рыбине. Бессилие было невыносимо для Речницы…
Фрисс прошёл в высокую башню, не встретив ни охраны, ни любопытных зевак. Там в центре комнаты свивался в клубок морской змей, выкованный из серебра, а у каждой стены стояли каменные плиты, освещённые синими церитами. Большую часть камней покрывали непонятные знаки, но Фрисс нашёл одну на Вейронке — и остолбенел.
"Во имя Уэй Киаукоатля, Великого Змея Небесных Вод! Да не будут забыты имена тех, кто проложил путь чистой воде в сожжённый мир! Мы помним хранителей рек Орина…"
Фрисс помедлил и достал тетрадь из листьев папоротника. Перед ним был список всех Фаллин-Ри, охраняющих реки в Орине, от Великой Реки до безымянных тёмных вод Мвакевени.
"Так я и думал — он живёт у наших родников… Хранитель Канумяэ, Уоллейс Серебряная Спинка… Вот бы встретить его!"
Он перенёс в тетрадь едва ли десятую часть списка, но тусклый свет церитов и вползающая снаружи мгла уже не позволяли различать значки на плите, и Речник с сожалением закрыл дневник. Кесса давно спала, прислонившись к панцирю Двухвостки, а Флона задумчиво доедала подстилку из водорослей. Фрисс махнул рукой и тоже лёг спать.
Шипение и крики боли разбудили его, и он выскочил на улицу, сжимая клинок в руке. Бой шёл совсем рядом — звёзды больше не висели над крышами, они спустились к земле и затянули в огненный вихрь неосторожных Арнаней и Фаллин-Ри. Отовсюду поднимался дым, Речник видел обугленные тела на мостовой.
Речник послал в ближайшую звезду водяной заряд и потянулся за Кьюнном — сейчас дополнительная сила нужна была, как никогда! Кесса — он видел краем глаза — направила в огненный смерч несколько водяных стрел, но пользы это не принесло. Раскалённые сгустки шевельнулись и медленно поплыли к неосторожным магам, и быть бы им в Кигээле раньше срока…
Сильнейший ветер налетел из ниоткуда, он нёс холод, и звёзды попятились от него. Что-то со свистом летело прямо к городу, чёрной полосой растянувшись по небу. Жители
Это было существо огромной силы, и от его приближения стена закачались, а вода из каналов хлынула на мостовые. Мгновение — и сгустки огня оказались втянуты в серый смерч, из которого посыпались пеплом. Новые звёзды поднимались из подвалов и закоулков и так же бесславно гасли.
— Файлин вернулся!!! — крикнул рядом кто-то из Арнаней, восторженно глядя в небо.
Дождь пепла прекратился, и ни одной звезды больше не было над Лолитой. Серый смерч остановился на миг и послал пучок молний куда-то в переплетение улиц. Жуткий крик заставил Кессу зажать уши, а Двухвостку — встать на дыбы. Чёрный дым поднялся над Лолитой — и развеялся.
С невнятным, но сердитым бормотанием серый смерч собрался в сгусток и рухнул в центр города, прямо на резиденцию Файлина. Стало тихо.
Фрисс помог ближайшему Фаллин-Ри, выкинутому волной на берег, вернуться в канал, и похлопал Кессу по плечу.
— Вот и всё. Можем уезжать с чистой совестью. Быстро же навёл порядок правитель Лолиты…
Дорога до Тарнавеги была, как выяснилось, небезопасна — она поднималась в предгорья Уя-Микены, кишащие скальными змеями, и Фрисс, поколебавшись, нанял проводника-Арнаня с живым оружием — бронированным ящером анкехьо.
Анкехьо глядел на Двухвостку с лёгким презрением, она делала вид, что не замечает его. Аллан, погонщик ящера, ехал молча — дороги предгорий были ненадёжны, тропы вились и переплетались, и нельзя было отвлекаться на болтовню. Фрисс смотрел по сторонам — на скалы, кривые сосны, провалы ущелий, шумные потоки.
Они столкнулись со змеями на второй день путешествия, на широкой террасе между скалами и пропастью. Тихий шелест выдал приближение чудовищ, и Аллан мигом оказался на самом гребне спины анкехьо.
— Скальные змеи! Кто хочет жить — не касайтесь земли!
Змеи соскользнули с горы, неуловимо, как серые реки. Фрисс даже не притронулся к мечу. С этими тварями должен разбираться анкехьо, и Двухвостка ему поможет, но людям лучше не геройствовать…
Кесса, одной рукой держась за шип Двухвостки, метнула нож и попала змее в глаз, но рептилию это не смутило — и она ударила Флону в бок головой, да так, что тяжёлая Двухвостка попятилась. Речник бросил молнию. Змея потеряла направление и свернулась в клубок, и удар хвоста анкехьо добил её. Ящер уже затоптал двоих противников и сейчас выдерживал удары третьего. Змея никак не могла прокусить броню, иначе анкехьо давно бы стал каменной статуей, и пыталась опрокинуть его на спину. Ящер примерялся, как удобнее раздавить врага. Фрисс послал ещё одну молнию и огляделся в поисках других змей. И тут сильнейший удар обрушился на Двухвостку, отбросив её на пять шагов и стряхнув Кессу с её спины.
Речница шагнула в сторону, чтобы не попасть под лапы Двухвостки и хвост анкехьо — и тут издыхающая змея в агонии выпрямилась, отшвыривая Кессу к самому краю пропасти — и чуть-чуть за край.
Она не успела даже вскрикнуть. Когда Фрисс оказался у провала, он не увидел ничего — лишь отвесные скалы и непроглядный мрак на дне. А потом — судя по солнцу, вышедшему в зенит, полдня спустя — увидел совершенно другие скалы вокруг, пыхтящую Двухвостку и убегающего со всех ног анкехьо, и ещё погонщика Аллана, который держал Речника за руки и смотрел на него с большой тревогой.