Подземелье
Шрифт:
— Как ты? Как Кристина?
— Ждет в машине. Сначала хотела выйти вместе со мной, но в последний момент передумала. Не хочет бередить старые раны.
— Скажи ей, что бередить уже нечего.
— Так и скажу.
Чеко улыбнулся, и Артем подумал, что впервые видит такую улыбку на его лице. Не оскал, не саркастическую ухмылку, а обыкновенную счастливую улыбку.
— Мы улетаем сегодня, — сказал
— Отличные новости, я рад за вас.
Они пожали друг другу руки. Чеко встал, и Артем, немного помедлив, обнял его.
— Берегите друг друга, — сказал он.
— Вы тоже, — сказал Чеко.
Он ушел. Артем собрал рисунки и медленно пошел следом. Выйдя из кофейни, он увидел, как Чеко сел в машину. За рулем сидела Кристина и смотрела в окно. Она заметила его и он, улыбнувшись, помахал ей. Она помахала в ответ.
Машина тронулась и вскоре скрылась из виду. Артем вышел к набережной и медленно пошел вдоль нее, глядя на туристов, катающихся на катерах. Мобильный завибрировал: Шанти прислала ему очередное смешное видео с Айшей. Он улыбнулся и зажмурился, запоминая момент. «Вот оно», — подумал он. «Как же приятно жить».
Он ускорил шаг, торопясь вернуться туда, где в нем нуждались, где он чувствовал себя дома. Наконец-то, спустя столько лет. К семье.
* * *
— Пойдем скорее, нужно занять хорошие места!
Чеко шел за Кристиной сквозь толпу, пробираясь к краю моста. Она указывала дорогу, а он расталкивал стоявших плотными рядами людей. Продвигались медленно. Иногда кто-то встревал между ними, и Чеко терял Кристину из виду. Ее рука, которую он крепко сжимал, оживала и тянула его, пока они снова не оказывались рядом.
— Давай отсюда посмотрим, дальше уже не пройти, — сказала Кристина.
Чеко кивнул и обнял ее за плечи, отгораживая от пробивающих себе путь прохожих. Он ненавидел толпу и пустую суету. Хотелось забрать Кристину и вернуться в отель, где и без всяких фейерверков им было чем заняться. Он улыбнулся и взглянул на нее. Она вытягивала шею и смотрела на реку, по которой плыл корабль с алыми парусами. «Начинается», — взволнованно сказала она.
В небо одновременно запустили десятки салютов.
Она стояла с полуоткрытым ртом, и ее лицо загоралось золотым, красным, изумрудным свечением. Небо будто разрывало на части, и каждый новый взрыв отражался в ее глазах.
— Кристина, — позвал Чеко, но она не слышала под оглушительными залпами и криками толпы.
Он крепче обнял ее и склонился над ухом.
— Не жалеешь? — спросил он.
Кристина улыбнулась, не сводя восторженного взгляда с неба.
— Посмотри, — сказала она. — Это мой любимый цвет.
Оранжевые огни летели во все стороны, будто кто-то швырнул в небо тысячи зажженных сигарет. Чеко смотрел, как они медленно растворялись, оставив выжженный след, но и он рассеялся, открывая ровное небо. Полотно, на котором можно рисовать что угодно.
Завтра в это время они будут в самолете.
— Пойдем, все закончилось, — Кристина потянула его за плечо.
Он взял ее за руку и повел к выходу. Сквозь толпы чужих людей, в чужом городе в чужой стране. Вопреки всем предсказаниям, вопреки здравому смыслу, он нашел ее здесь. Вдвоем наперекор всему миру они шли, оставив позади запах гари и отжившие огни.
А в тысячах километрах их ждет белая церковь, в которой совсем скоро они соединятся навсегда.
Кристина, будто услышав его мысли, остановилась и взглянула на него с улыбкой.
— Не жалею. Ни о чем.
Лопнули последние нити, державшие его в напряжении. Чеко видел — она говорила правду. Он выдохнул, схватил ее и покружил вокруг себя. Кристина вскрикнула от неожиданности и рассмеялась, и ему казалось невозможным, чтобы кто-то любил кого-то сильнее, чем он любил ее в этот момент. Они еще долго стояли обнявшись, пока прохожие брели к выходу.
Небо прояснилось. Улицы опустели. Где-то вдали машины мыли мостовую. Они вновь пошли, взявшись за руки. И торопиться им было некуда.
Впереди у них целая жизнь. И они собирались прожить ее вместе.