Подружки
Шрифт:
— Какой позор, — заметила Дороти. — А как выглядит ваша комната?
— Моя комната?
— Да, я хотела бы взглянуть на нее.
— О'кей. — Ширли направилась к своей спальне и вошла первой, Дороти за ней. Женщина внимательно оглядела комнату, задержав взгляд на потолке.
— Зеркальный потолок? — уточнила она.
— Ах, это… Очень забавно, вы не находите? Я… Я… Я занимаюсь йогой по ночам. Упражняюсь на кровати и смотрю в зеркала, чтобы убедиться, правильно ли все делаю.
— Неужели? — заинтересовалась Дороти. — Я тоже занимаюсь йогой. Вы предпочитаете «кундалини»
— Э-э-э… «Конделинья» мне нравится больше.
— О, у кровати пепельница! Это ваша?
— О нет, нет, конечно. Это пепельница Честера. Единственная вещь, которая осталась на память о нем, поэтому я держу ее рядом с кроватью.
Из спальни Ширли повела Дороти в кухню. Там социальный работник заглянула в холодильник, в котором (редкий случай!) были не только пиво, колбасные нарезки и кока-кола. Ширли уже считала осмотр законченным, но согласилась посидеть в гостиной, пока Дороти писала отчет, и заодно заполнить предложенные бумаги. Вписывая необходимые сведения, Ширли перебрасывалась с Дороти короткими фразами, когда в дверь постучали.
— Кто там? — спросила Ширли.
— Ширли, это я, — отозвался мужской голос из-за двери. Ширли сразу узнала этот голос, но не поверила себе. Гость не объявлялся уже несколько месяцев.
— Извините меня, — сказала она Дороти и открыла дверь. — Коллин?
— Привет, детка. Мне надо поговорить с тобой.
— Мне нечего тебе сказать.
— О, пожалуйста, Ширли, можно войти? — не дожидаясь ответа, Коллин шагнул через порог. — Прости меня. Я не должен был терять тебя. Черт побери мою жену, мне наплевать на нее. Я хочу быть с тобой. — Все это Коллин произнес в полный голос и лишь потом заметил Дороти, сидевшую на диване.
— Это явно личный разговор, — сказала та, сгребая бумаги. — Я вернусь позже.
— Отлично, Коллин, ты спугнул мою гостью, а с ней накрылись шесть сотен баксов в месяц, — сообщила Ширли, когда за Дороти закрылась дверь.
— Пропади она пропадом, твоя гостья. Мне нужна только ты. Что скажешь, Ширли? Согласна ли ты начать все сначала?
— Что я скажу? Хм-м… Дай-ка подумать… Хрен тебе, а не все сначала, чертов ублюдок!!! Мой ответ понятен?
— Ширли, умоляю, выслушай меня.
— У меня нет времени, Коллин. Я теперь делаю карьеру.
— Карьеру?
— Да, открыла собственное дело. — Ширли вынула из кармана визитку и подала ее Коллину. Сняв с крючка пару поводков, она вышла в коридор. Коллин последовал за ней. — Я занята, мне надо выгулять собак.
— Ширли, это просто здорово — иметь свой бизнес и все такое.
— Ну еще бы. — Ширли заперла дверь и пошла к лестнице, не дожидаясь Коллина.
— Ширли! — умоляюще позвал Коллин. Она не ответила.
Сравнять счет
— Так, значит, полет прошел нормально, София? — спросила Шерил пожилую женщину. Они с Джиной только что встретили Софию в аэропорту и сейчас сидели за столиком в «Палм», дорогом ресторане, где обедали красивые, прекрасно одетые люди, а над огромными бифштексами и гигантскими лобстерами заключались крупные сделки. Джина и Ширли решили не стесняться в расходах. Из Кливленда София прилетела первым
— Да, дорогая моя. Все было чрезвычайно удобно. Я не очень-то привыкла к полетам. — В речи Софии чувствовался легкий итальянский акцент.
— Я рада, что нам удалось обеспечить ваш прилет. Теперь вы сможете присутствовать на торжестве, — сказала Джина. — Это будет так интересно!
— Несомненно. Я очень счастлива, что приехала сюда. Принимая во внимание мой возраст, можно сказать, что вряд ли я увижу столицу еще раз.
— О, пожалуйста, не говорите так, — возразила Шерил. — Вы выглядите вполне здоровой.
— Мне и впрямь грех жаловаться на здоровье, — согласилась София.
В этот момент их беседу прервал официант:
— Дамы готовы сделать заказ?
— Мы ждем еще одного человека, — ответила Джина.
— Как вам угодно… Я подойду через несколько минут.
— Спасибо. Посмотрю в холле, возможно, он уже пришел. — Джина извинилась и уже встала из-за стола, когда заметила Гриффина у входа в зал. Выманить его на встречу оказалось делом непростым. Сначала Джина сказала ему, что у нее есть интересное деловое предложение, не объяснив никаких деталей. Она надеялась, что любопытство заставит его прийти в ресторан. Но Гриффин наотрез отказался от встречи, повторив, что видеозаписи ей не видать. Получив отказ, Джина сообразила, как подсластить приманку, и позвонила снова. Девушка объяснила, что коль скоро они с Шерил не могут получить видеопленки и независимо от своего согласия скоро попадут в число порнозвезд мирового масштаба, то им есть смысл задуматься о карьере в этой области. Джина сообщила, что согласилась бы участвовать в съемках фильмов для взрослых. Услышав предложение снять сцену лесбийской любви между ней и Шерил, Гриффин не устоял. Джину мутило при мысли, что придется сидеть рядом с таким Большим Г, но она твердо решила заманить его в ресторан.
Увидев Гриффина в дверях, Джина помахала ему из-за столика. Шерил и София сидели спиной ко входу. Гриффин приблизился к столику, широко улыбаясь Джине, однако улыбка внезапно исчезла, сменившись удивлением и недоумением.
— Гриффин! Как приятно тебя видеть! — воскликнула София, вставая, чтобы заключить его в объятия.
— Мама? Что ты тут делаешь? — Гриффин был явно потрясен.
— Эти милые девочки организовали мой перелет из Кливленда, чтобы сделать тебе сюрприз, мой дорогой, — ответила София.
— Так это они?.. Как они нашли тебя?
— В Интернете есть любая информация, Гриффин. Кому, как не тебе, это знать, — отозвалась Джина. — Мы позвонили твоей матери несколько дней назад и рассказали ей все о твоей многообещающей карьере.
— О моей карьере? — встревожился Гриффин.
— Да, мы ей все рассказали, — подтвердила Шерил. — Мы решили привезти Софию в Вашингтон, чтобы вместе отпраздновать выход твоего последнего видеофильма.
— Последнего видеофильма? — переспросил Гриффин, уже не на шутку волнуясь.