Подружки
Шрифт:
— Это что, частная квартира? — поинтересовался наркоман.
Услышав это, Джина взвилась как ужаленная.
— Частная ли это квартира? Нет, это чертов склад всякой наркоты, а мы — пара ширнувшихся шлюх, сидим тут, кайф ловим! — рявкнула она, вскакивая с дивана и решительно направляясь к комнате Сэмми. Повернув ручку, Джина крикнула: — Эй, Сэмми, выходи сейчас же… — и осеклась, увидев, что комната пуста, а окно, выходившее на пожарную лестницу, открыто.
— Похоже, он все же тебя поимел, — заглянув в комнату, злорадно сообщила Ширли визитеру. — Если поторопишься, может,
— Делай что хочешь, но если еще раз заявишься сюда, я вызову полицию! — оттеснив Ширли, сказала Джина наркоману и захлопнула дверь у него перед носом. В глазок было видно, как он медленно повернулся и пошел прочь по коридору. — Ну и что ты собираешься делать, Ширли? Теперь Сэмми сюда нельзя. Возможно, этот тип опасен, ты можешь угодить под шальную пулю.
— Ох, Джина, любишь ты паниковать. Он совершенно безобиден, ты ж его видела. Ему любой пинка отвесит, даже я, а он и не пикнет.
— Ширли, ты хочешь попасть в тюрьму? Если сюда нагрянут полицейские и обнаружат склад наркотиков, они заметут всех, включая тебя.
Схватив «Желтые страницы», Джина нашла нужный раздел и набрала номер круглосуточной слесарной мастерской. Вызвав мастера для замены дверных замков, она потащила Ширли в комнату Сэмми.
— Собери все его вещи в кучу, и вынесем их в коридор.
— Что? Да ты спятила!
— Это я-то спятила? Ты сдаешь комнату Бонни и Клайду, а я у тебя сумасшедшая! Ты представляешь себе, на что способны наркоманы? Сейчас придет слесарь менять замки, и чтобы с этой минуты ноги Сэмми в твоей квартире больше не было! Поживешь у меня, пока он не заберет свое барахло. Господи, Ширли, ну можешь ты хоть изредка сначала думать, а потом действовать! Ты когда-нибудь попадешь в серьезный переплет!
Пускаясь во все тяжкие
— Один «Спрайт», пожалуйста, — попросил Питер официанта.
— «Спрайта», извините, нет. Может, принести «Маунтин Дью»?
— Нет, в «Маунтин Дью» слишком много кофеина. Что у вас есть без кофеина?
«Я тебе, дураку, что, эксперт по кофеину?» — подумал официант, а вслух сказал:
— Боюсь, у нас все с кофеином.
— Тогда воды без газа, — попросил Питер.
— Полно тебе, Питер, пустись во все тяжкие и закажи кока-колу, — пошутила Шерил, сидевшая напротив.
— Спасибо, уже пускался. Ничего хорошего в этом нет.
— Когда это ты успел? Пропустить один прием витаминов в прошлом месяце, по-твоему, означает пускаться во все тяжкие?
— Заткнись.
— Ой какие мы злые! Мы сегодня в плохом настроении?
— Нет, просто устал.
— Я тоже. Понедельник — день тяжелый.
«Господи, поскорее бы кончился этот обед», — с тоской подумал Питер, раздраженный попытками Шерил завязать разговор. Когда утром она предложила ему вместе пообедать, Питер подумал, что есть все равно придется, а после обеда он придумает себе срочное дело. Правду сказать, Шерил тоже не особо хотелось напрашиваться к нему на ночь. Отношения с Купером развивались: после памятного ленча они снова встретились и прекрасно провели время, но давать Питеру отставку Шерил считала преждевременным.
— Я хочу сделать перманент. Как по-твоему, стоит мне
«Вот просто всю ночь напролет не спал, обдумывая, стоит ли тебе делать перманент».
— Не знаю. Разве перманент не вышел из моды в середине восьмидесятых?
— Нет-нет, он снова актуален. Две девушки из нашего офиса уже ходят с перманентом.
— Наверное, они живут в Манассасе или Вулбридже. — Питер упомянул два отдаленных пригорода Вашингтона, где было пруд пруди стюардесс компании «Транс Америкэн», щеголявших объемными, как арбузы, прическами. — Вряд ли после химии твои волосы станут еще кудрявее, чем сейчас, но хозяин — барин.
— Да нет же, дурачок. Специальный состав выпрямит мои волосы. Это то, что мы называем «перманент». Можно было бы заодно удлинить волосы, но с этим слишком много возни.
— Ну, тогда решайся. Можно пойти к Дэнису.
— К этому тощему белому парню — парикмахеру Джины? Нет уж, спасибо. А ты так к нему и ходишь? Может, он запал на тебя?
— Да, я всегда хожу к нему стричься. Нет, он не запал на меня. По крайней мере мне так не кажется. У него все нормально на личном фронте, зачем же ему бегать за мужчинами нормальной ориентации?
— А как поживают Джина и Линда? Ты уверен, что он еще не стали лесбиянками? Неразлучные пташки…
— В те времена, когда я спал с Джиной, лесбиянкой она не была, могу тебя заверить. Сейчас головой не поручусь, но сильно сомневаюсь.
— Очень мне надо знать, как ты с ней спал.
— Ты сама завела этот разговор.
— Неправда.
— Ладно, Бог с ним. Мне кажется, у них все нормально. С Линдой я давно не общался, но знаю, что у нее новая подружка. Я их видел один раз на улице. Жгучая латиноамериканка, похожа на Сельму Хайек. А Джина забежала вчера на минутку и попросила меня сопровождать ее на вечер выпускников.
— И ты пойдешь?
— Сказал, что пойду.
— Значит, она хочет представить тебя как своего дружка, чтобы не выглядеть засушенной старой девой, какая она есть на самом деле.
— А что плохого в том, чтобы сходить развлечься и выпить пива?
— Не стоит тебе идти. Пусть наймет парня из эскорт-услуг, если ей не с кем пойти на вечер. — Шерил отнюдь не приводило в восторг, что Питер тоже собрался на встречу выпускников. Джина, несомненно, надеется сиять красотой, а такого рода официальные мероприятия очень возбуждают. Но Шерил не считала себя вправе вмешиваться. Они с Питером давно порешили остаться друзьями, которые регулярно занимаются сексом.
— А я не против. Там будет весело.
— Иногда меня удивляет, Питер: если ты проводишь с Джиной столько времени, почему же вообще расстался с ней?
— Это сложный вопрос, Шерил.
— Сложный вопрос? Как так?
— Не знаю. Она мне очень нравилась. С ней было… да и сейчас с ней очень весело. Она красива и умна, с отличным чувством юмора. И не морочь мне голову, Шерил, ты тоже надеешься когда-нибудь помириться с ней.
— Эй, не я же начала ссору, а она! Хотя верно: мне иногда не хватает нашей дружбы. Но я все же хочу понять: если она тебе так сильно нравилась, почему ваши отношения закончились?