Подозрение

Сафина Ирина Юрьевна

В обычный день с утра посетителей в магазине практически не было, но это в обычный день. Перешагнув порог, Соня застыла от изумления - в торговом зале яблоку было негде упасть.

Репортеры, камеры, просто зеваки заполонили весь холл. Видимо, информация об убийстве известного бизнесмена успела облететь весь город. Впрочем, стоило удивиться другому, как Томилину удалось держать это происшествие в тайне целые сутки, иначе осада офиса началась бы еще накануне, невзирая на праздник.

Продавцы и менеджеры сбились в

кучку и, как стая испуганных воробушков, озирались по сторонам, тихо перешептывались.

Соня заметила, что посторонние люди свободно покидают торговый зал, заходят в коридоры, ведущие в кабинеты работников фирмы и на склады.

– Соня! Ну, где ты ходишь?! Я замучилась звонить тебе на мобильник, - взволнованная Нина, распихивая локтями посетителей, бежала к ней через зал. Одна из камер поворачивалась вслед за ней.

– Сотовый я потеряла, надо было мне на домашний звонить. Что-то еще случилось?

– Принимай командование! Наталья уже в истерике. Она сидит на телефоне, объясняется с партнерами, поставщиками, с мэрией, черт знает с кем еще!

– А почему в истерике?

Соня шла за Ниной как за ледоколом "Арктика". Нина, устремленная к цели, не обращала внимания на преграды и уверенно расчищала путь локтями, пинками и даже подзатыльниками.

– В истерике, потому что ситуацией не владеет! Все с отцом спорила: "Я уже взрослая, тоже смогу фирмой управлять!". Надо было не спорить, а учиться у отца. Теперь вот локти себе кусает, рыдает над телефоном.

– Разве рядом с ней никого нет?

– Ну, ты интересная! Кому быть-то? Тамара на работу пришла, но толку... странная она какая-то, ладно бы плакала, а то пришла, со мной не поздоровалась, сразу к Торопову зачем-то побежала. Уже полчаса сидят, шушукаются. Вот о чем, скажи?

– Да уж, интересно, о чем...

– Мадам вообще не пришла, позвонила, что будет с обеда. Галина Петровна с Федором - в бухгалтерии спрятались. Я самая первая пришла, к половине восьмого, а они к восьми нарисовались и как засели в бухгалтерии, так там и сидят. Один Полянский молодец! Костик тут с полдевятого ситуацию разруливает. Журналюги его ждут, он обещал описать подробности.

– Где он сейчас?

– С полицией советуется, какие именно подробности можно описывать. В общем, Соня, только ты одна можешь тут все расставить точками на "и". Ты же лучше всех знаешь, что, как и где, да и выдержка у тебя будь здоров!

Соня улыбнулась:

– Нина, это уже подхалимаж! Я всего лишь юрист, да и то среднего качества.

– Ха!
– Нина хмыкнула.
– Я секретарша, до мозга костей! Я знаю, кто чего стоит!

Едва они вошли в приемную, из кабинета Кононова выскочила Наталья.

– Сонечка, лапушка! Сейчас должен перезвонить какой-то Жуков, он что-то твердил о тендере, заявке... о каком тендере, Сонечка?

– Да не будет уже никакого тендера!
– Нина грохнула по столу дыроколом.
– Без Кононова нам это дело не потянуть.

Соня удивленно вскинула брови. Она согласна признать то, что Нина хороший организатор, но организовывать

вечеринки и бизнес, все-таки разные вещи. У Эры хорошие шансы заполучить заказ на поставку компьютерной техники для школ.

– Нинуль, переводи звонки в мой кабинет. Наташ, не расстраивайся, все будет хорошо, и конкурс на поставку компьютеров мы выиграем, а Жуков - наш конкурент - рано радуется, Эра умирать не собирается.

– Сонечка, я все записывала, ну почти все, - Наташа улыбнулась, в еще влажных от слез глазах появилась надежда.
– Ой, а что тут произошло?!

Наташа в недоумении разглядывала Сонин кабинет: открытый сейф, разбросанные повсюду бумаги, небольшую лужицу крови на полу.

– Маленький погром, - Соня выругалась про себя. Ладно в ее пострадавшую от удара голову не пришла светлая мысль убраться в кабинете, но Сергей с Константином должны были об этом подумать! Хорошо еще, что Наталья в ступоре, а то пришлось бы ей, ой как объясняться! Хотя, странно, что Валентина Тимофеевна до сих пор не рассказала о ночном происшествии всем на свете.

Наталья встрепенулась.

– Забыла спросить, как ты себя чувствуешь? Валентина Тимофеевна нам с утра страшилки рассказывала.

Соня рассмеялась:

– Как раз подумала, странно, что о ночном происшествии никто не знает.

В разговор встряла Нина:

– Знают, только видишь, что твориться, тут обо всем на свете забыть можно, - сказала она и отправила в урну стопку бумаг.

– Так, давайте и мы забудем на время о личном. Сначала быстро уберем этот бедлам с пола, хотя бы на подоконник, а затем займемся твоими записями и текущими делами.

Соня сказала это и поразилась собственному тону - приказному, уверенному. У нее не было ни капли сомнения в том, что она на должном уровне проведет переговоры с партнерами, поставщиками, конкурентами. Она сможет починить давший сбой механизм и вновь поставит на рельсы отлаженное Кононовым дело. Эра будет жить!

Сев за стол, Соня погрузилась в свою стихию. Она знала, что нужно делать и как. Да, их с Шестаковым учили одинаково, но юриспруденция многолика. За прошедшие сутки Соня успела убедиться в том, что ни черта не смыслит в уголовном, уголовно-процессуальном праве, но гражданское право, бизнес, сделки - это ее водоем. Если, разрешая загадку, кто убил Кононова, Соня чувствовала себя первоклашкой, впервые правильно сложившей два и два, то теперь она - профессор, и пусть с этим кто-нибудь поспорит!

– Итак, кто нам звонил?
– спросила Соня, поднимая с пола последний листок бумаги.

Наталья открыла блокнот и начала пояснять свои записи.

Время полетело...

Шестаков несколько раз с беспокойством заглядывал в кабинет Сони, однако она лишь отмахивалась от него, продолжая очередной разговор по телефону. Лишь после обеда Соня смогла с облегчением выдохнуть.

Сидевшая рядом Наталья раскраснелась, намокшая от пота и слез прядка золотых волос прилипла к ее щеке. Соня протянула руку и убрала прядь.