Подлые
Шрифт:
— Кого сейчас пытаешься обмануть? Себя или меня?
Я смотрю в его глаза. Поразительно как он, одним словом, может добраться в самый потайной уголок души. Что бы это не значило, если я уступлю это плохо закончится.
— Не хочу ехать. Не хочу оставлять мужа и дочь даже если это займет чартов час. — Твердо отрезаю я.
— Не выражайтесь мэм. — С ухмылкой говорит он, закрывая крышку ноутбука. — Хоть ты уже достаточно взрослая, но я все еще твой отец.
Он по-прежнему смотрит на меня.
— Зачем? — Прищурившись я всматриваюсь в его лицо издавая мучительный стон.
— Ты должна с посмотреть
— Все еще не понимаю к чему ты клонишь.
— Так уж вышло, что, к твоему сожалению, я не дурак, и могу сопоставить кое какие факты. — Тяжело вздохнув, он смотрит своими голубыми глазами полными любви и нежности. — Все чего я хочу, это чтоб ты была счастлива.
— С чего ты решил, что я не счастлива? У меня замечательная дочь и любящий муж.
— В том то и проблема Октавия. Любящий, а не любимый. Милая, все эти четыре года, каждый день я винил себя за то, что был слеп, что не был внимателен к тебе. Возможно, если бы ты поделилась, рассказала, все могло сложиться по-другому, все что я могу наблюдать теперь. Вы оба не счастливы.
— А что, если эта поездка может все разрушить? — Мой голос задрожал.
Он снял очки и устала потер глаза.
— Если ты поймешь, что твоя любовь к мужу на столько сильная и крепкая, разрушать нечего не придется, Октавия.
— Столько времени прошло, пап, прошлого не вернуть. Мы изменились. Он изменился.
— Октавия, ты должна понять, я не хочу, чтобы, проснувшись через двадцать лет совместной жизни со своим мужем, в одно прекрасное утро ты поняла, что вся твоя жизнь прожита зря и потрачена не на того человека. Понимаешь? Сейчас ты еще слишком молода. Ты еще имеешь право ошибаться, имеешь право на риск. Вся жизнь впереди. Брендон весь вечер не отрывал от тебя глаз.
По коже пробежал озноб.
Я так злилась из-за предстоящей поездки и его дурацкой выходки, которая втянула меня в это все. Что просто не замечала его оставшийся вечер.
Во рту становится сухо, я сглатываю, не могу произнести не слова, он застал меня врасплох.
— Это не имеет значения. Все в прошлом. — Твердо стою на своем.
— Ты счастлива?
Несколько секунд, я мешкаю.
— Можешь ничего не отвечать.
— Кто может ответить на этот вопрос сразу?
— Счастливый человек Тави.
Больше не взглянув на меня, он молча надел очки, открыл ноутбук и вернулся к работе.
Глава 31. Октавия
Октавия
Поцеловав Каллума на прощание, выхожу из дома закрывая за собой дверь. Вздохнув полной грудью свежий воздух, пытаюсь успокоиться. В голове творится полный бардак. Чувствую, мужу не по душе вся эта затея с поездкой, хоть он и пытается это скрыть. Каллум очень эмоционально сдержанный человек, он всегда уважает мои решения. Остается надеяться, что он просто смириться с ситуацией.
С утра я уже выстроила себе четкий план действий и поставила конкретную цель. Все что от меня нужно, это хорошо отработать, показать себя как высококвалифицированного профессионала, добиться подписания контракта, получить рекомендацию. Абсолютно точна я последовательность
Всю ночь я не могла сомкнуть глаз, обдумывая слова отца. Он будто пытался посеять смуту в моей душе. Я счастлива со своим мужем. Я безгранично уважаю его и люблю.
Как и планировала с самого начала буду просто держаться подальше от него и его сестры. Главное не оставаться с ним на едине. Учитывая каким составом, мы едем это будет не так уж и трудно. Если я буду придерживаться четких правил, то точно не навлеку на себя беду.
Хоть отец и пытался убедить меня в обратном. Он не знает всего, что произошло, между нами, тогда, мне остается лишь догадываться о том, что возможно Брендон поделился с ним чем-то личным. Несмотря на то, что слова отца все же глубоко засели в моей голове. Отец ошибается и на счет несчастья Брендона, он давно обо всем забыл живет двигается дальше, а после громкого развода с моей, уж точно чувствует себя самым счастливым. Слишком много времени прошло. Он изменился, стал другим, совсем не похожим на того парня, за которым я когда-то бегала. Раньше могла различить любую его эмоцию, увидев только взгляд, теперь же не могу прочитать, что выражают его глаза. Он стал чужим, холодным. В темноте клуба мне не удалось разглядеть его как следует, но вчера, украдкой, я позволила себе исследовать каждый сантиметр его тела, в попытке найти хоть что-то, что осталось от того родного мне человека, и я не нашла ничего. Он стал мужчиной, взрослым, сдержанным, высокомерным. Внешность его тоже изменилось, волосы стали чуть темнее грубая щетина, усталый взгляд, по-прежнему отличное тело. Когда он позволил себе расслабился и закатал рукава рубашки, вены выступали и пульсировали на крепких грубых руках, это выглядело очень сексуально. Он заставил меня чувствовать ужасно в присутствие мужа, но я не могла остановиться, старалась смотреть куда угодно, но глаза без конца то и дело возвращались обратно к нему как магнит.
Прекрати сейчас же.
Все что нас связывает с ним, детская любовь. Мимолетная интрижка. Не более. К счастью, беспрерывный бред в моей голове оборвал голос водителя.
— Мисс Бакер, мы приехали.
— Спасибо Алехандро!
Через несколько минут на тяжелых ногах я шла по офису «TernerClark industries». На стойке регистрации, получила электронный пропуск приветливая девушка на ресепшене проводила меня дальше. На четвертом этаже у лифта меня встретила Зоу. Милая ассистентка мистера Тернера. Какая же она все-таки миниатюрная. А твидовый костюм Шанель смотрится очень строго и очень горячо.
— Здравствуйте мисс Баккер. — С улыбой на лице она протягивает мне руку.
Я пожала ее в ответ.
— Прекрати меня так называть Зоуи. — Улыбаясь попросила я.
— Не могу. Корпоративная этика «на работе мы работаем» и все такое, — подмигнув она пошла вперед, приглашая меня за собой, и начала очень быстро, что-то тараторить.
— Мистер Тернер сейчас на совещание, — указывает она на большую стену слева от меня.
Я замерла, за стеклом вокруг большого овального стола в переговорной сидело около двадцати пяти человек. Брендон одетый в черный шерстяной костюм, яро жестикулировал, указывая на электронную доску позади себя, на которой было огромное количество текста. Прикусив губу, я наблюдаю за ним.