Поддаться

Джозеф М. Р.

— Круз, я горжусь тобой, мужик. Это будет долгое лето, и я действительно не хочу никаких неприятностей в доме своих родителей, а мать Уиллоу придет в ярость, если что-то с ней случится. Если мы вынуждены жить рядом друг с другом, то все должны поладить.

Все кивают, кроме Харлоу.

Ха!

Она осознает.

Она теперь знает.

Круто!

Черт. Пофиг!

Ее невозмутимость сменяется выражением ужаса.

— Что ты имеешь в виду, Портер, под «мы должны жить рядом друг с другом»? Кто? Мы с тобой и Максом? Пожалуйста, объясните,

прежде чем я свихнусь?

— Ой, я забыл тебе сказать. Круз — наш сосед. Он будет жить в моем доме с Максом и со мной, и…

Харлоу хватает полотенце и пляжную сумку, запихивает в нее вещи, лежащие на полотенце. После этого она перебрасывает сумку через плечо и быстро сваливает.

Подруги кричат, чтобы она вернулась.

Харлоу поворачивает и идет обратно, ну, практически бежит к нам.

— Я не буду жить здесь, Уиллоу, с этим, этим, этим… парнем-шлюхой.

Она показывает жестом на меня, и я должен согласиться еще раз.

Меня зовут Рафаэль Патрик Круз, и я мужчина-шлюха.

Да. Мое второе имя — Патрик, моя алкоголичка мать — ирландка. Вот так!

Она смотрит в мое лицо (о, у меня новоприобретенная любовь к веснушкам) и обдает меня взглядом, полным отвращения. Ее тон спокоен, речь впечатляет:

— Если ты думаешь, что я собираюсь жить по соседству с тобой в течение следующих десяти недель, смотреть, как ты разгуливаешь с потаскушками, слушать, как ты трахаешь их в доме или рядом, и наблюдать за тобой и твоими пещерными манерами, то ошибаешься. Меня отправят в психушку для душевнобольных преступников из-за твоего убийства еще до окончания лета!

Упс, она кричит, когда сердится, и, если память мне не изменяет, когда кончает.

Мысли… встреча в туалете.

Харлоу уходит, а ее друзья выглядят злыми. Кузина Портера, Уиллоу, чокнутая, подходит и начинает толкать меня в грудь:

— Слушай сюда, говнюк, ты не будешь причиной, по которой эта девочка уедет отсюда. Она определенно заслуживает летний перерыв. Я не могу даже назвать тебе достаточно причин для этого, но просто позволь предупредить тебя, — она хватает мой сосок, ауч, и начинает выкручивать его, — если Харлоу уйдет, а ты не попытаешься исправить это, я отрежу твой драгоценный член и отправлю его в рыбный ресторан вверх по улице. Они замечательно его приготовят, после чего я засуну его в твою глотку. Ты меня понял, легавый?

Оу, как болит, и я уверен, что это не угроза. Думай, Круз, думай.

Поступить правильно?

Разрешить ей оторвать мой сосок?

Разрешить ей отрезать Морти?

Я люблю Морти. Мы друзья с рождения.

Делать правильные вещи отстойно. Совершенно.

— Прекрасно. Окей. Я попытаюсь, но, пожалуйста, прекрати скручивать мои соски.

Уиллоу отпускает меня. Изобразив знаком, что будет следить за мной, переводя указательным и средним пальцами со своих глаз на меня. Девушки уходят, а я остаюсь с травмированными соском, икрой и яйцами.

Жизнь несправедлива.

— Полагаю, мне лучше пойти извиниться.

Ребята

кивают мне.

Я ненавижу быть взрослым. Это отстой.

Глава 4

Введение овощей

Круз

К моменту, когда я добираюсь до дома, и до раздвижных стеклянных дверей девушек, пересматриваю вещь об извинении. С какой стати я должен? Потому что попытался немного повеселиться с ней? Ничего особенного не произошло. Я думал, что будет весело видеть ее танцующей на улице.

Сражаюсь со своей совестью — ангел на одном плече, а демон на другом. Обычно черт побеждает, но я действительно побаиваюсь Уиллоу. Абсолютно уверен, что она настроена серьезно. Поэтому предполагаю, что в этом случае мой ангел одержит победу у моего друга с рожками. Мне нужно только найти причину, чтобы Харлоу не уезжала, и я действительно не знаю, как справиться с этим. Никогда не извинялся, не признавал свою вину и даже не был виноватым. В своих глазах я близок к совершенству. Мне нужно остаться здесь, делать добро на временной работе и тогда, возможно, я получу постоянную должность в полиции.

Струсив пару раз, я, наконец, осторожно стучу в дверь. Подходит Уиллоу, аккуратно открывает и приглашает меня войти. Я следую за ней, в то время как она награждает меня убийственным взглядом.

— Где она? — тихо спрашиваю.

— Упаковывает вещи, а ты как думал?

Дерьмо. Мне придется это исправить.

— Могу я поговорить с ней?

Она кивает:

— Последняя дверь слева, и помни, что я говорила, мудак. Харлоу должна остаться, так что хорошенько постарайся, чтобы остановить ее. Я понимаю, что, возможно, быть хорошим парнем в новинку для тебя, но лучше постарайся. Твои гениталии будут тебе благодарны.

Эта девушка наводит ужас, и, если не получится уговорить Харлоу остаться, мне будет страшно идти спать ночью.

Я глубоко вдыхаю, делая два больших шага в сторону двери Харлоу. Подхожу и тихо стучу несколько раз. Это не похоже на меня, думаю, ничего не выйдет.

Мне слышно, как она слабо разрешает мне, или кому она думает, войти.

Я медленно поворачиваю ручку двери и делаю шаг внутрь. Харлоу стоит спиной ко мне, лицом к шкафу, вынимая оттуда вещи. Большой чемодан лежит на кровати, он открыт и в нем уже немного одежды.

Закрыв дверь, я прислоняюсь к ней. Когда девушка поворачивается и замечает меня, то выглядит шокированной, но удивительно спокойной. Она встречается с моими глазами на долю секунды, отворачивается и продолжает делать то, чем занималась раньше.

— Что ты здесь делаешь? Ты получил, что хотел, я уезжаю. Надеюсь, ты доволен.

Почему внезапно я так отвратительно себя чувствую? На меня не похоже. Мне никогда не бывает плохо. Даже из-за бездомных котят, но когда вижу Харлоу, то могу сказать, что она плакала.