Подчинись нам
Шрифт:
И лишь забежав в спальню, останавливаюсь, тяжело дыша. Воздух ледяным паром вырывается из груди, инеем оседая на коже. Как же холодно. Даже здесь, возможно, в самом тёплом помещении дворца, где температуру сделали комфортной для меня.
Скорее бы Са-оир вернулся.
Шмыгнув носом и потирая озябшие руки я подхожу к креслу, в котором обычно люблю сидеть, просматривая новости в инфосети. И забираюсь с ногами, сворачиваясь в жалкий клубочек, тихо плача от страха. Вокруг так тускло и темно.
Не знаю, сколько проходит времени прежде
— Лина! — разбивает тишину потускневшего пространства громкий и отчётливый голос Са-оира.
Он вернулся. Прилетел. Мне же не показалось?
Вскинув голову, я напряжённо смотрю на арку, соединяющую спальню с большой общей гостиной. И когда в её проёме появляется массивная фигура моего тёмного сэ-аран, сердце в груди пропускает удар.
А потом его пылающий тьмой взгляд безошибочно находит меня.
Глава 59
— Мой господин, — выдыхаю хрипло, стуча зубами. — Вы пришли… вы видите меня?
Цепляюсь за подлокотник, пытаясь вытащить из-под себя окоченевшие ноги, чтобы спустить их на пол. Чтобы подняться ему навстречу. Но они не слушаются. Зацепившись за собственную юбку, я чуть не падаю.
— Вижу, — в пару шагов Са-оир преодолевает расстояние между нами. И за подмышки, как пушинку, вынимает меня из кресла, прижимая к своей груди.
Жар его тела обжигает почти до боли. Но я всё равно, как блаженная, со всхлипом цепляюсь за своего тёмного сэ-аран, обвивая его руками, вжимаясь лицом в мощную шею. Вдыхая на полную грудь его тепло, пропитанное дурманящим запахом. Целуя гладкую кожу. Дурея от жёсткой собственнической хватки сильных рук на моём теле. И плача теперь уже от сметающего все барьеры облегчения.
Он нашёл меня. Он видит и чувствует. Касается и держит. Я больше не одна.
— Мой господин, я так ждала, так скучала, — шепчу прерывисто, сходя с ума от радости быть в его объятиях. Таких крепких. — И так испугалась сегодня. Спасибо, что нашли.
В волосах уже так привычно смыкается жёсткая хватка. Са-оир оттягивает мою голову, заставляя посмотреть в лицо.
— Скучала? — его жгучий взгляд, кажется, в саму душу проникает. Насквозь меня видят. Такому невозможно соврать, даже если бы хотелось.
— Очень, — признаюсь не только ему, но и самой себе.
Глаза моего сэ-аран вспыхивают удовлетворённо, и, кажется, темнеют ещё больше, превращаясь в бездонные провалы клубящейся тьмы.
— Хочешь согреться? — рокочет вкрадчиво, пробирая до нутра грозовыми перекатами в низком хриплом голосе.
Я только и могу, что кивнуть, умоляюще смотря на него и закусывая губу.
В ответ Са-оир, хищно оскалившись, буквально вгрызается в мой рот. По-звериному жадно. Выпивая дыхание и душу. Пожирая мою волю.
Развернувшись, направляется к кровати. Роняет на неё, тут же опускаясь сверху. Снова целует. Кусая и глубоко толкаясь языком в рот. Уже одним этим поцелуем
Ухватив за ворот моего платья, одним резким рывком разрывает его до пупка. И, не обращая внимания на мой испуганный вздох, дорывает его по подолу, обнажая моё тело для себя. Тонкие лосины и обтягивающие шортики-трусики с меня сдёргиваются в мгновенье ока. Туфли сами слетают.
Миг и мои ноги широко раздвинуты, а Са-оир, пожирая голодным взглядом моё распростёртое перед ним тело, принимается быстрыми и чёткими движениями избавляться от собственной одежды.
Китель, сорочка, штаны… освобождая возбуждённый напряжённый член. Усмехается с мужским довольством, когда замечает мой невольный взгляд и прерывистый вздох.
О небо, как же этот мужчина красив. Совершенство и сила в каждой линии бугрящихся мышц, в хищной грации великолепного тела. Будто тёмное божество, он ужасает и притягивает одновременно. Страшит и манит… Но ещё больше меня страшат собственные чувства, то, как сильно мне нравится быть желанной им, как сильно хочется сейчас ему принадлежать. Не только телом… душой. Мне так хочется согреться в его пламени.
Затаив дыхание, облизываю припухшие губы. Бёдра сами приподнимаются навстречу, когда Са-оир становится между ними на колени. С губ срывается хнычущий стон, когда твёрдая головка прижимается к моей промежности, раздвигает и скользит вверх, задевая клитор, распределяя влагу. Возвращается вниз, продавливая вход.
— Смотри на меня, — велит жёстко. И одним толчком пронзает на всю длину.
— А-а-ах, — выгибаюсь, закатывая глаза. Не смея отвести от него поплывший взгляд. Пальцы сминают простыню….
— Нравится быть моей? — рычит, отстраняясь. — Хочешь меня? — вбивается обратно.
— Да, мой господин, — хриплю, сходя с ума от этой невыносимой, почти болезненной нужды, сменяемой жёсткой распирающей наполненностью. Раз за разом. — Да-а-а… очень нравится.
Оскалившись в торжествующей ухмылке, Са-оир опускается на меня, накрывая своим телом. Перехватывает мои запястья, прижимая их у меня над головой, вытягивая в струнку под собой. И продолжает двигаться. Ещё сильнее, глубже, быстрее. Наполняя меня таким нестерпимым огненным удовольствием, что, кажется, и мир вокруг начинает пылать, а не только я внутри.
Под этим напором из моего сознания уходят даже воспоминания о холоде, который ещё недавно сковывал всё естество. Теперь я сама себе кажусь головешкой, которая вот-вот сгорит дотла.
В какой-то момент Са-оир отпускает мои руки, и я с радостью хватаюсь за его плечи, прижимаясь, раскрываясь больше, встречая каждый толчок встречным движением бёдер.
Пока огненный вихрь не накрывает меня с головой, сметая разум чистым удовольствием.
С гортанным вскриком, я выгибаюсь в мужских руках, вздрагивая от накатывающих волн оргазма. Не замечая, как царапаю широкие плечи, впиваясь в них ногтями.