Подчинись нам
Шрифт:
— Настоящей? — хриплю я, чувствуя, как всю меня трясёт и шатает.
От этого неотрывного мёртвого взгляда.
От осознания случившегося.
Одно дело допускать… а другое воочию увидеть весь этот кошмар. Увидеть, как сильно меня хотят убить. Я же обычная… обычная… я даже мёртвых никогда не видела, кроме мамы в гробу на похоронах, а тут… стояла и смотрела, как живое существо кромсают на куски, не подпуская ко мне.
За мной послали убийцу. Камикадзе. Сколько таких ещё придёт? Скольких убьют на моих глазах, защищая? И всех ли смогут остановить?
По коже словно всполохи пробегают
«Да. Это скорее всего двойник. Биосинтезоид. Неодушевлённая запрограмированная кукла, которую сделали похожей на твою служанку», — поясняет мне змей.
Но я его уже едва слышу. Что-то происходит со мной. Странное, страшное, болезненное.
Мужчины один за другим оборачиваются ко мне. Лица удивлённо вытягиваются. А меня уже трясёт так, что кажется, будто земля под ногами вибрирует. И мир расплывается перед глазами, подёргиваясь голубовато-серой пеленой.
— У неё просыпается сила, — первым нарушает воцарившуюся тишину Тэ-атсур. — От испуга, судя по всему. Я вызываю Повелителей.
Он отходит в сторону.
«Лина, успокойся, девочка. Всё хорошо», — непривычно мягко произносит Чотжар, протягивая ко мне руку. Вокруг ног обвивается его хвост, словно удержать пытается.
Но я отшатываюсь от когтистой ладони, тряся головой.
Нет! Не надо! Не трогайте меня! Не прикасайтесь!
Все мои инстинкты будто с ума сходят. Хочется сбежать, спрятаться, исчезнуть отсюда, чтобы не видеть всего этого, чтобы меня никто не видел. Чтобы никто не нашёл. Никакие убийцы.
И внезапно понимаю, что смогла отскочить на пару шагов от Чотжара, даже не почувствовав тугих колец змеиного хвоста, обвитых вокруг меня.
— Куда она исчезла? — рычит Ха-эчир, бросаясь к моему хранителю. И все они потрясённо смотрят на то место, где я стояла секунды назад. Не на меня.
Глава 58
Что значит… куда исчезла?
Вот же я стою!
Комкая юбку дрожащими руками, непонимающе смотрю на Чотжара. А тот хмуро и пристально вглядывается в очерченное его хвостом кольцо. Между тонких губ то и дело мелькает раздвоенный язык, пробуя воздух. Потом змей поднимает голову и быстро сканирует взглядом всё вокруг. Не задерживаясь на мне. И ещё больше хмурится, темнея лицом…
Мне кажется, будто я слышу в голове его голос. Но так далеко и неразборчиво, что это больше похоже на игру воображения.
— Чотжар, — зову жалобно. — Что происходит?
На миг мне, кажется, что он меня слышит. Глаза сужаются. Мой хранитель устремляется в мою сторону. И молниеносно проносится мимо. Настолько близко, что громадный хвост, извиваясь, задевает мои ноги. Точнее… должен задеть, сильно задеть. С ног сбить. Вот только я не чувствую этого. Он проходит сквозь меня, словно я… призрак.
Меня что, убили?
Может… я не заметила… как умерла? Не запомнила момент смерти?
— Чотжар! — вскрикиваю в панике. — Тэ-атсур, Ха-эчир, вы меня слышите? Ланджит, Киморуш, хоть кто-нибудь?
Но мужчины продолжают меня игнорировать, напряжённо осматриваясь вокруг.
Бросаюсь к ним, заглядывая в хмурые лица. Хватаюсь за запястье Тэ-атсура, но пальцы будто воздух загребают.
— Она
— Нет, я чувствую её энергетику, хоть и приглушённо. Она где-то здесь, — возражает Тэ-атсур. — И Чотжар что-то слышит, — кивает на возвращающегося на-агара.
Значит, жива. Но почему невидима?
— Я здесь! Здесь! — машу перед их лицами руками, но без толку.
«Лина!» — тихим шелестом доносится до меня голос Чотжара.
Я разворачиваюсь ему навстречу, но наг по-прежнему смотрит сквозь меня.
— Услышь меня, пожалуйста, — прошу, заглядывая ему в лицо. — Чотжар! Я здесь!
Он не слышит. Никто не слышит.
А меня внезапно словно ещё дальше уносит. Я теперь даже их голоса едва различаю. И мир ещё больше тускнеет, становясь сизым и чуждым. Я словно исчезаю.
Всё внутри скукоживается от леденящего холода.
Тэ-атсур что-то громко говорит, кажется, даже мне. Но лишь сосредоточив все свои силы, у меня получается разобрать его слова. Частично.
— Лина… Повелитель Са-оир… близко… поможет, — выхватываю самое важное. И дышать становится чуточку легче.
Да. Да. Мои сэ-аран мне должны помочь. Са-оир поможет. Мы ведь связаны.
Я так хочу, чтобы они были рядом. Или хотя бы кто-то один. Мне так холодно. Без них.
По щекам уже безостановочно текут слёзы, тогда как зубы выбивают чечётку. Шмыгая носом, я ещё некоторое время наблюдаю, как безрезультатно ищут меня в саду мои телохранители. Как убирают и уносят тело фальшивой Нэоко. И понимаю, что стоять здесь больше нет сил. Меня знобит так, что уже зуб на зуб не попадает. Мне хочется туда, где тепло и безопасно.
Обняв себя за плечи, я возвращаюсь во дворец. Одна.
Если меня никто не видит и не чувствует, то и убить не сможет.
Пробежав по садовым дорожкам, взбегаю на каменную террасу. И останавливаюсь, когда вижу закрытые двери и застывших рядом стражников-ашаров. Они тоже меня не слышат и не видят. И открывать дверь не спешат. Отчаявшись, я пытаюсь толкнуть её сама, и моя рука проходит через белую поверхность.
Может… я и через стены могу ходить?
Не веря, что получится, ступаю ближе. Протягиваю и вторую руку. Она тоже утопает в белом сверхпрочном композите, матовую гладкую, как кость, поверхность которого я уже не раз трогала на ощупь.
Ох мамочки, получается.
Ещё шаг, и мое тело просто проваливается сквозь дверь. Как через более плотный и холодный поток воздуха. Вот только радоваться этому у меня не получается. Наоборот сердце сжимается от ужаса. А вдруг я такой навсегда останусь? Бестелесной, невидимой и неслышимой, призраком бродящим по коридорам императорского дворца.
Мне говорили, что я уже не человек. Но до сих пор я во многом оставалась прежней… Теперь же, не знаю, что я такое.
Чувствуя, как подкатывает истерика, ускоряю шаг. Бегом миную просторные светлые коридоры, и анфиладу заполненных светом и тьмой залов, проскакивая между суровых стражников на постах, не обращая внимания на попадающихся на моём пути слуг и рабов. И на бегущих к выходу в сад вояк. Подгоняемая рвущимися изнутри рыданиями, я почти не замечаю, как добираюсь до императорских покоев.