Подчинись мне
Шрифт:
Чуть не влетаю в жопу плетущейся впереди развалюхи.
— Ты не охренел так со мной разговаривать?
– зло смотрю на него.
– Сейчас из тачки, как пробка из бутылки выскочишь, понял меня?
— Мне скоро пятнадцать, пап, а ты так и не понял, что я знаю, откуда дети берутся.
— Где ты этого понабрался?
– корю самого себя за слишком фривольное воспитание. —Еще и девкам в школе сиськи мнешь - запоздало вспоминаю зачем, собственно, учительница вызывала меня в школу.
— Пап!
–
— Я серьезно, блядь!
– гаркаю на ребенка.
– Еще раз такое выдашь - реально за борт полетишь!
Маленький ты еще, чтобы такие вопросы задавать, и трахаться тебе рано!
— Пап!
– Никита закатывает глаза.
— Ладно, трахаться можешь. Только про резинки не забывай, а то будешь потом... – хочу добавить, «как я», но не решаюсь.
– И вообще, не бери с меня пример, Никит. Я хуевый образец для подражания.
— Я люблю тебя, пап, - говорит он тихо, и у меня подкатывает комок к горлу.
– И, надеюсь, ты не накосячил опять. С Варей.
— Я тоже, - сухо отвечаю на оба вопроса сразу.
Может быть, чертова учительница права, и я должен простить его мать, чтобы просто идти дальше?
Мы подъезжаем к обшарпанному домишке довольно скоро. Я разве что искры из глаз не метаю.
Если девчонка играть со мной вздумала - убью нахрен! Серьезно!
Вот только Вари в комнатке не обнаруживается. Как и каких-либо веще‚ говорящих о том, что она там когда-то жила.
Глава 69
Тимур
— Сука!
– мой рев, наверное, слышно на другом конце Москвы.
Я не знаю, как получается сдержаться и не разнести к хренам комнату! Я честное, сука, слово, не понимаю, как удержался в этот момент.
С каким-то звериным рычанием достаю из кармана телефон. Набираю чертов номер. Гудки, блядь! Гудки, что снова заканчиваются женским голоском, советующим мне оставить сообщение.
— Она бы не сбежала, - заключает Никита, когда я убираю трубку от уха и с силой сжимаю ее в пальцах.
Мне буквально чуть-чуть не хватает до того, чтобы броситься на пол, и точно псу начать вынюхивать ее следы. Я найду эту шлюху обязательно! Найду, чтобы убить!
— Тебе то почем знать? — огрызаюсь на ребенка.
– Не лезь!
— Ты можешь хоть раз поговорить нормально?
Сын откровенно бесит сейчас. И зачем я только взял его с собой?! Покрасоваться хотел перед
Варей. Мол, вот, блядь, смотри какой я охуенный отец!
— Она бы не ушла, я знаю точно, - продолжает подросток.
Хочу ли я ему верить? Очень! Но все факты говорят за другое. А Никита просто маленький еще.
Романтик. У него пока дурь эта в башке. Вера в хорошее. Но люди, в большинстве своем - дерьмо.
Даже если прикидываются
а там все едино. Как у всех. Гнилое нутро и продажная душонка.
— А это мы сейчас у соседей узнаем.
Скриплю зубами. Как же я зол! Неимоверно! Кулаки чешутся. Жажда крушить все только множится с каждой секундой.
В коридоре отлавливаю какую-то женщину.
— Варя где? — без приветствия и нежностей сразу перехожу к делу.
— А я почем знаю?
– шарахается от меня та, но я крепко схватил ее за плечо. Сжал стальной хваткой.
— Она должна была сегодня вернуться из больницы, пару часов назад.
— Да уехала она с каким-то мужиком под ручку!
– женщина дергается в моем захвате. —Отпусти, или я кричать буду!
— С каким еще мужиком?
– лишь сильнее стискиваю пальцы. Не контролирую силу.
— Да я откуда знаю?
– взвывает баба.
– Приехал мужик, они уехали. Потом вещи забрали. Леша!
— Пап, отпусти ее!
– вмешивается Никита.
Он хватает меня за руку и сам пытается оторвать от женщины.
Из одной из комнат показывается худощавый мужик в засаленной майке. Тут же отпускаю бабу, будто очнувшись. Слышу, как с облегчением выдыхает мой сын.
— Правильно Варька сделала, что от тебя мудака сбежала!
– бубнит женщина, спеша скрыться в комнате, откуда только что показался ее сожитель.
– Абьюзер хренов!
Сжимаю кулаки. Меня от злости буквально рвет на части.
— Поехали!
– командую сыну.
Вылетаю из домишки, а подросток следует за мной. Мы усаживаемся в машину, и я громко хлопаю дверью.
— Ну что?!
– победно спрашиваю у Никиты.
– Все еще будешь защищать свою шлюху-учительницу?
— Не называй ее так!
– зло бросает он мне.
— А как ее называть?
– усмехаюсь.
– Все бабы шлюхи, раздвигающие свои пилотки, когда им выгодно. Даже бабка твоя!
Злюсь на себя, в первую очередь. За то, что оказался таким тюфяком. За то что раскрылся, обнажил душу для очередной бляди. За то, что, сука, влюбился в нее, как пацан!
— Знаешь, пап, когда ты пил, я поехал к Варваре Владимировне просить помощи. И она могла просто выставить меня за дверь. Ты ей никто. Был никем. Я еще ты был похож на бомжа. К тебе даже приближаться было стремно. От тебя за километр воняло. И, знаешь, что она сделала?
Поехала со мной, чтобы вытащить из запоя моего бухого отца. А еще в школе она всегда помогала нам. Вот с любым вопросом можно было прийти. Как-то раз Черкашин окно в коридоре расхреначил, и, знаешь что?! Наша Варя во всю выгораживала его перед Крысой. А та орала, как бешеная. И ты реально думаешь, что сейчас она просто сбежала от тебя?