Подарок
Шрифт:
– Как хотите, – согласился Валерий Сергеевич. – У меня кое с кем из этого заведения уже был разговор. Сошлись на том, что вам дают три дня на размышления, после чего проведут регистрацию. Я это время побуду еще в Москве, а потом буду вынужден съездить на Урал. К сожалению, не все дела можно переложить на подчиненных, иногда приходится работать самому. Свидетелей, если не возражаете, я вам уже нашел. У моей дочери есть хороший друг, и они мне в этой малости не откажут. Может быть, посмотрят на вас и сами узаконят свои отношения.
– Надолго уезжаете, если не секрет? – спросил Игорь.
– Пока планирую на
– Вот ты опять будешь моим! – сказала Ольга, готовя себе в спальне место для медитации. – Муж – это звучит!
– А то я и так не твой! – он сгреб ее в охапку и начал целовать.
– Пусти, ну, Игорь! Ты меня сейчас заведешь, и прощай медитация.
– Так ты определилась, чем будешь заниматься?
– В первую очередь кундалини-йогой. Мне нужно срочно открыть высшие чакры, а это, на мой взгляд, самый быстрый путь.
– А для чего у стенки?
– Спина должна быть прямая, – пояснила Ольга. – Мне кажется, что проще всего это обеспечить, прислонившись к стене. Для этого в шатре у шамана специально вкапывали небольшой столбик. Я тогда еще гадала, для чего он нужен деду.
– Неужели для опоры?
– А ты попробуй несколько часов держать спину прямой, при этом не напрягать мышцы и ни на что не опираться или опираться о стенку шатра. Ладно, не мешай.
– Тогда я пойду за комп. Тебе сколько времени нужно?
– Часа полтора-два, трудно сказать.
Телефонный звонок Сажина разрушил все планы на вечер.
– Надо было отключить мобильный, – недовольно сказала Ольга, беря телефон из рук Игоря. – Кто звонит?
– Наш майор. Что-то у них там случилось.
– Здравствуйте, Игорь Васильевич! – сказала она в трубку. – Что случилось?
Некоторое время Ольга молча слушала, что ей говорили, потом чертыхнулась и принялась собираться.
– Одевайся! – сказала она Игорю. – В ДТП сильно пострадал сын одного генерала с очень большими звездами. Фишка в том, что этот генерал закадычный друг отца Сажина. Их семьи дружат лет двадцать. Пострадавший тоже служит, но в чине майора. Пять часов назад его машину протаранил какой-то кретин. Состояние очень тяжелое, грудь смяло, много внутренних кровотечений. Он еще жив, но жизнь поддерживают только аппаратно. Стоит все выключить и финита. Пока еще на что-то надеялись, Сажин меня не беспокоил, но теперь родственникам открытым текстом сказали, что надежды нет.
– И много родственников?
– Здесь в Москве, кроме стариков, еще его жена и двое детей.
– И как же ты его думаешь вытаскивать после двух больных? Рогожин в курсе?
– Звонил он Рогожину. Шеф не возражает, но оставил окончательное решение за нами. А как лечить... Что-нибудь придумаем, постараюсь не надорваться. Иди предупреди Сергея, пусть тоже собирается. Они минут через двадцать пришлют машину.
– Оля, я за тебя боюсь!
– Ты вот что запомни. Если мне вдруг станет плохо, по логике должны помочь уколы глюкозы внутривенно и кислород. Но постараюсь до такого не доводить. Давай к Сергею, времени почти не осталось.
За ними приехал сам Сажин.
– Здравствуйте, ребята! Садитесь быстрее, ради бога! Петр, ставь мигалку!
Водитель закрепил на крыше красный проблесковый маячок, включил сирену и погнал машину довольно
– Сейчас будем на месте, здесь совсем недалеко, – сказал Игорь Васильевич. – Слава богу, что такое время, что хоть как-то можно проехать, иначе пешком к вам прибежал бы, честное слово! Слава едва жив, у него сейчас все искусственное, и сердце, и легкие, и еще бог весть что. Я бы позвонил раньше, но его отец и слышать не хотел ни о каких целителях, пока ему врачи не сказали, что надежды нет.
– Я постараюсь сделать все возможное, – сказала Ольга. – По закону подлости у меня сегодня уже были два больных, и оба страдали не насморком. Поэтому трудно сказать, насколько меня хватит. И имейте в виду, что в палату я иду с Игорем. Если мне станет плохо, он знает, что делать.
Машина въехала на территорию лечебного центра, немного сбавила скорость и по пандусу подкатила к большим двустворчатым стеклянным дверям. Им пришлось надеть халаты и маски, а Ольга еще тщательно вымыла руки, после чего все почти бегом добрались до палаты, возле которой стояли в обнимку пожилой мужчина в генеральской форме и молодая симпатичная женщина с заплаканным лицом. В самой палате, кроме облепленного шлангами и проводами больного, находились двое: медсестра и врач, которые следили за показанием приборов и время от времени что-то меняли в аппаратах системы жизнеобеспечения.
Не говоря ни слова Сажин завел Славиных в палату и предупредил попытку врача их выдворить.
– Сядь рядом с медсестрой, – сказала Ольга Игорю. – И попроси ее подготовить все, что может потребоваться. И попрошу никого мне не мешать.
Она взяла единственный свободный стул, перенесла его к пострадавшему и наклонилась над ним, осторожно обняв руками, чтобы не касаться всей закрепленной на нем техники, чем вызвала еще один взрыв негодования со стороны врача.
– Девушка, – сказал медсестре Игорь. – Сейчас может срочно потребоваться внутривенное вливание глюкозы и кислород. Не больному и не мне, а этой девушке. Она уже сегодня вытянула двух тяжелых больных и может надорваться на третьем. Подготовьте, пожалуйста, все необходимое.
– Я сама не могу отвлекаться, – ответила медсестра, – но сейчас позвоню, и все принесут.
С полчаса ничего не происходило, только другая медсестра принесла все необходимое для инъекций глюкозы и пару кислородных подушек, после чего ушла.
– Ты как? – спросил Игорь Ольгу.
– Терпимо, – ответила она. – Пока только небольшая слабость.
Прошло еще столько же времени, и состояние пострадавшего начало меняться. Врач немедленно принялся названивать по разным номерам, и вскоре в палате стало не протолкнуться от набежавших медиков.
– Может быть, хватит, – с тревогой спросил Игорь. – Ты бледная как смерть. Этот майор и то выглядит лучше тебя.
– Я чувствую, что нужно еще, – слабым голосом ответила Ольга, – иначе все будет зря, и они его не вытянут.
Игорь не следил за тем, чем занимаются возбужденные медики, все его внимание было приковано к Ольге. Внезапно ему показалось, что она перестала дышать. Перепугавшись, он вскочил, и хотел взял ее на руки, но женой занялись врачи.
– Пульс нитевидный! – сказал один из них. – Быстро кислород!